Пивной алкоголизм: надуманная проблема или новая реальность

Ключевые слова
Похожие статьи в журнале РМЖ

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №15 от 28.06.2012 стр. 748
Рубрика: Гастроэнтерология

Для цитирования: Шатихин А.И. Пивной алкоголизм: надуманная проблема или новая реальность // РМЖ. 2012. №15. С. 748

Социальные аспекты пивного алкоголизма (ПА)

В последние годы в России отмечается значительное увеличение потребление пива – до 80 л на человека в год, что близко к среднеевропейскому уровню. До 100 л на человека в год возросло среднедушевое потребление пива в Москве и Санкт–Петербурге.
По данным В.П. Нужного и В.В. Рожанца [10], при увеличении производства пива в 4 раза его потребление выросло в 3 раза. В России употребляют пиво более половины совершеннолетних россиян (54%), в том числе две трети мужчин и 30% женщин. Особенно заметен рост потребления пива среди школьников, подростков и студенческой молодежи.
Одной из причин роста потребления пива является его доступность, которая определяется покупательной способностью потребителя. Немаловажное значение в популяризации пива имеет реклама, а также убежденность значительной части населения в безопасности и даже полезности пива, лояльное отношение к нему в обществе [4,7,10]. До самого последнего времени пиво (по существовавшему представлению о нем, как о безалкогольном напитке) реализовывалось через все возможные торговые точки в любое время суток.
В ноябре 2010 г. решением Мосгордумы была признана принадлежность пива к алкогольным напиткам и сделаны соответствующие выводы: приняты меры по резкому ограничению места и времени реализации пива и существенному снижению возможностей его приобретения.
По частоте употребления пива потребители делятся на две основные группы: в 1–й употребляют пиво (46%) 1 или несколько раз в неделю, во 2–й (31%) – 1 или несколько раз в месяц. Провинциальная студенческая молодежь (60% респондентов) пьет пиво от нескольких раз в месяц до нескольких раз в неделю. В.П. Нужный, В.В. Рожанец отмечают, что потребление пива является характерным элементом студенческого образа жизни: «Этот напиток постепенно превращается в своего рода символ студенческого статуса. Пиво в студенческой среде является не просто напитком, а ритуалом общения. Студенты, покупая пиво, реализуют свою потребность и в напитке, и в общении» [10].
В 1999 г. в ходе анкетирования московских школьников 15–16 лет, проводившегося в рамках кросс–национальной программы ESPAD [15], охватившей 30 преимущественно европейских стран, было выявлено, что 40% подростков (50% мальчиков и 31% девочек) употребляли пиво 3 раза и более на протяжении последнего месяца, предшествовавшего опросу.
О том, что пиво и сейчас, и прежде являлось «напитком приобщения» детей к алкоголю, свидетельствуют результаты обследования детей в конце 1970 г. (гг. Ленинград, Инта): 50% мальчиков и 30% девочек эпизодически употребляли пиво. В возрасте 16–17 лет доля потребителей пива возрастала: у юношей – до 80–85%, у девушек – до 60–65%. Исследователи считают, что раннее приобщение детей к алкоголю, включая пиво, обусловлено алкогольными обычаями микросоциальной среды, а именно дефицитом нравственно–этических ценностей в семье [10].

Актуальность проблемы пивного алкоголизма
Как отмечают В.П. Нужный, А.А. Ковалев [4,5,10], «в Российской Федерации больных алкоголизмом, заболевание которых обусловлено употреблением пива, до недавнего времени почти не было». Но это вовсе не означает, что больных ПА в РФ не было и не существует в настоящее время. Это лишний раз свидетельствует о том, что указанной проблеме не уделялось должного внимания.
Причина висцеральных поражений у подобных пациентов на приеме у терапевта (даже у гастроэнтеролога) зачастую оставалась невыясненной, поэтому нередок ПА в запущенной стадии заболевания. При сборе анамнеза у таких пациентов врачи практически не задают вопросы о наличии вредных привычек, об употреблении пива (как часто в течение недели или месяца и в каком количестве).
Алкогольные напитки (АН) характеризуются наличием в их составе этилового спирта. По содержанию алкоголя АН подразделяются на крепкие, средней крепости и слабоалкогольные. К крепким АН относятся водки, коньяки, ром, виски, крепкие ликеры, горькие настойки, к АН средней крепости – виноградные и плодово–ягодные вина, плодовые наливки, напитки крепостью 9–20%. Основным видом слабых АН является пиво, которое готовят из сусла, полученного из ячменного солода, с добавлением хмеля. Крепость различных видов пива колеблется от 2,8 до 6% [2].
Исследования, посвященные различным вопросам ПА, являются актуальными для многих медицинских специалистов, так как при ПА поражаются различные органы и системы организма [6,10]. Актуальность изучения данного состояния обусловлена социальной значимостью проблемы ПА и растущей долей данного контингента больных в структуре заболеваемости населения в целом.
С 1998 по 2000 г. в Санкт–Петербурге обследовали юношей и девушек 15–20 лет, обратившихся в наркологические учреждения города по поводу злоупотребления алкоголем. Их разделили на две группы, причем в группу пациентов, употреблявших слабые АН (в основном пиво), вошло 73,5% обследованных. Критериям алкоголизма первой стадии соответствовала половина из них, при этом суточная толерантность к алкоголю у юношей и девушек составила в среднем 2,5–3,5 л/сут. (200 мл чистого алкоголя).
Глубокое исследование больных ПА было проведено в Москве в 2002–2007 гг. – в течение 5 лет обследовали 114 больных ПА в медучреждениях Москвы наркологического и соматического профиля. Авторы отметили, что значимость изучения вопросов клиники ПА, его диагностики и выявления ранних висцеральных поражений, лечения и профилактики ПА обусловлены:
• большой распространенностью ПА;
• влиянием ПА на трудоспособность;
• снижением производительности труда.
Развитие ПА объясняется:
• не только легкой доступностью пива, но и определенными традициями в обществе, в частности расхожим мнением о том, что «пиво – не алкоголь»;
• своеобразными приятными вкусовыми качествами пива, его способностью быстро утолять жажду.
Достоверно чаще ПА встречался среди лиц молодого возраста. В возрастную группу 20–30 лет вошли 55% потребителей пива и лишь 16% потребителей водки. Больные «пивной» группы начинали злоупотреблять алкоголем в более раннем возрасте. Они имели более высокий социальный и образовательный статус. У больных этой группы чаще выявлялись аномалии воспитания: скандалы и драки в семье, деспотизм, побои и т.д.
ПА отличается многими, присущими только ему (в отличие от «водочного алкоголизма») чертами, среди которых наиболее яркими являются:
• постоянный и интенсивный характер первичного патологического влечения к алкоголю, возникающего на самых ранних этапах злоупотребления пивом;
• стремительный рост толерантности к пиву. Уже в начале заболевания больные употребляли чрезвычайно большое количество пива, при этом переносимость увеличивалась в 5–10 раз;
• у больных ПА отсутствуют выраженные интеллектуальные и нравственно–этические изменения личности даже на отдаленных этапах заболевания. Больные ПА остаются интеллектуально сохранными и профессионально состоятельными.
Одним из факторов, определяющих преимущественное влияние пива на формирование алкогольного влечения, выступает объем потребляемого напитка. Данное утверждение базируется на исследованиях системы ангиотензиноген – ангиотензин II, влияющей на центры алкогольной мотивации, контролирующей питьевое поведение.

Экспериментальные данные о влиянии пива
Перед тем, как представить информацию о висцеральных поражениях при ПА, приведем экспериментальные данные о влиянии баночного пива (БП) на печень, поджелудочную железу и почки белых крыс [8]. У опытной группы животных был свободный доступ к БП, воде и корму. Морфологические исследования проводились через 2–4 мес. Через 60 мин. крысы отказывались от воды, пили только БП, потребление корма снижалось на 50–60%. Через 30 дней употребление БП становилось постоянным, начинали пить воду. Через 2 мес. крысы пили воду и БП, потребление корма сокращалось.
Макроскопически: при осмотре печени – расширены вены и лимфатические сосуды, вокруг сосудов – инфильтрация лимфоцитами, единичными нейтрофилами, некротизированные гепатоциты. При исследовании поджелудочной железы – липоматоз, отек ткани.
Через 4 мес. одна крыса из пяти погибла. Макро­ско­пи­чески: печень – множественные подкапсульные кровоизлияния, единичные и слитые; поджелудочная железа – бугристая, отмечается отек. Микроско­пи­чес­ки: печень – кровоизлияния с явлениями стаза, плазма и эритроциты визуализируются отдельно; отек и инфильтрация паренхимы, расширение синусоидов (лобулярный гепатит). Поджелудочная железа – липоматоз, выраженный отек, полнокровные сосуды; почки – кровоизлияния, отек, нефрит.
Выводы: БП вызывает быстрое привыкание. Крысы требуют увеличения дозы БП, перестают пить воду, далее при прежней дозе БП начинают пить воду, резко теряют массу тела, у них нарастают макро– и микроскопические токсические повреждения печени, поджелудочной железы, почек.

Соматические нарушения у больных ПА
Нарушения структуры и функции различных органов и систем организма могут стать причиной смерти больных ПА. Среди соматических нарушений у больных ПА одним из ведущих является поражение печени. На начальных этапах развития «пивной печени» возникает стеатоз печени (жировая дистрофия), а затем и цирроз печени. Риск развития этого заболевания дозозависимо определяется количеством еженедельно употребляемого пива.
Злоупотребление пивом может приводить также к развитию сиалоза околоушных желез, являющегося следствием нарушения функции печени и сопутствующей полинейропатии [9,10,16].
Избыточное употребление пива всегда отражается на гормональном статусе мужчин и женщин, при этом достоверно чаще возникают симптомы сексуальной эндокринопатии: гинекомастия, снижение либидо, вторичная фригидность. Частота различных расстройств половой сферы встречается у 23% таких больных [4,5,9,10,11].
Весьма часто встречающимися и серьезными являются кардиальные проявления, возникающие на самых ранних этапах заболевания и нередко опережающие появление психопатологических расстройств: признаки кардиомегалии («пивное сердце»), для которой характерно тотальное увеличение сердца (правой и левой границ), артериальная гипертензия, ишемическая болезнь сердца. К числу соматических маркеров ПА относятся: ожирение или дефицит массы тела, мышечная дистрофия, гиперемия, отечность кожных покровов лица, гипергидроз, телеангиоэктазии и пальмарная эритема [1,4,5,10].
При наличии указанных внешних и висцеральных признаков заболевания у больных ПА они первоначально попадают к врачам–интернистам (терапевтам, гастроэнтерологам, кардиологам, эндокринологам), которые далеко не во всех случаях выявляют истинную природу расстройств их здоровья.
Приводим клинические примеры больных ПА с имеющимися у них висцеральными поражениями, подтвержденными данными лабораторно–инструментальных методов исследования.

Наблюдение первое
Больной К., 25 лет, не женат, рабочий конвейера Очаковского пивоваренного завода. Употребляет пиво с 15–летнего возраста, сначала по 2–3 банки в день. Особенно интенсивное употребление пива в последние 5–6 лет – 10–12 банок в день во время работы (общее количество – 3,5–4 л) и 4–5 банок (до 1,5 л) вечером дома.
При осмотре предъявлял жалобы на выраженную слабость, резкое снижение физической активности, работоспособности, потенции, похудение на 6 кг за последние 2 мес., снижение аппетита, увеличение живота в размерах, отечность ног. За последние 2–3 нед. дозу употребляемого пива уменьшил до 2–3 банок в сутки.
Состояние больного средней тяжести: склеры иктеричны, резкое уменьшение мышечной массы тела, особенно верхнего пояса и рук, окраска кожных покровов желтая, живот увеличен за счет умеренно выраженного асцита, на коже живота усиленная и расширенная сеть подкожных вен. Удалось определить размеры печени – 25×18×15 см, при пальпации печень плотная, слабоболезненная, край закруглен. На ногах умеренно выраженные отеки. Размеры селезенки перкуторно – 15×12 см, пальпируется ее передний полюс.
Был поставлен диагноз: цирроз печени алкогольного (пивного) генеза в стадии декомпенсации, асцит, синдром портальной гипертензии, гепатолиенальный синдром, печеночно–клеточная недостаточность. Боль­но­му была назначена терапия: Эссенциале форте Н по 2 драже 3 раза/сут., фуросемид – по 40 мг/сут. курсом по 2 дня подряд с однодневным перерывом. На следующий день планировалась госпитализация, но больной в стационар не явился. Его дальнейшая судьба неизвестна.

Наблюдение второе
Больной Д., 40 лет, работник вычислительной лаборатории, не женат. Предъявлял жалобы на быструю утомляемость и снижение работоспособности, резко пониженное, подавленное настроение, периодические боли в эпигастрии, тяжесть в правом подреберье, периодически неустойчивый стул до 3–5 раз/сут. полужидкой консистенции, снижение потенции. Употребляет пиво с 20 лет в количестве 1,5–3 л/сут. в течение 20 лет, непостоянно – с перерывами до 2–4 мес.
Состояние больного удовлетворительное, вес – 92 кг при росте 178 см. В последние 6 мес. отмечает метеоризм, по поводу которого принимал симетикон (без заметного эффекта). Кожные покровы и видимые слизистые – обычной окраски. Из внепеченочных знаков отмечается гинекомастия, не очень яркая пальмарная эритема. Размеры печени – 18×12×10 см, умеренной плотности, край закругленный, слабоболезненный. При эхографическом исследовании: печень увеличена, паренхима повышенной эхогенности. Селезенка не пальпируется, эхоразмеры несколько увеличены – 12×10 см. Поджелудочная железа – 32×28×25 мм, паренхима повышенной эхогенности, ее контуры неровные. При биохимическом исследовании крови: АсАТ – 178 Ед/л, АлАТ – 156 Ед/л (норма – до 40 Ед/л). При копрологическом исследовании отмечаются мышечные волокна, сохранившие и потерявшие поперечную исчерченность, единичные капли нейтрального жира.
Был сформулирован диагноз: хронический алкогольный стеатогепатит (пивного генеза) в стадии обострения, гепатомегалия; хронический стеатопанкреатит с признаками внешнесекреторной недостаточности. Бы­ла назначена терапия: Эссенциале форте Н по 2 капсулы 3 раза/сут. и фестал по 1 драже во время еды 3 раза/сут. Параллельно больной наблюдался у нарколога. Через 4 мес. терапии были отмечены положительные сдвиги в состоянии печени и поджелудочной железы. Указанная терапия была продолжена в течение 2 мес., отмечалась клиническая и лабораторно–инструментальная положительная динамика: нормализация уровней АсАТ и АлАТ, нивелирование повышенной эхогенности паренхимы печени и поджелудочной железы.

Наблюдение третье
Больной Н., 35 лет, работник компьютерного центра, не женат. Употребляет пиво с 14 лет, в среднем по 1,5–2 л в день в течение 20 лет. Периодически на небольшой период переходит на употребление водки – до 0,5 л в день.
Предъявлял жалобы на снижение потенции, периодически возникающие умеренного характера боли в эпигастрии вскоре после еды с иррадиацией в левое подреберье. Отмечал кратковременное улучшение пос­ле приема спазмалгона. Боли усиливались после приема острой или жирной еды. Беспокоили также метеоризм, учащенный стул (до 4–5 раз/сут.) кашицеобразного, мажущего характера, иногда диарея. За последние 6 мес. похудел на 6 кг.
Объективно: состояние удовлетворительное. Кож­ные покровы и видимые слизистые бледноватые. Вес – 68 кг, рост – 180 см. Из внешних признаков отмечаются некоторое увеличение околоушных желез, пальмарная эритема, усиление сосудистого рисунка на крыльях носа. Печень – размером 16×12×10 см, умеренной плотности, слабоболезненная, край ее закруглен. Селезенка не пальпируется. При эхографии ее размеры 13×10 см. При пальпации панкреатических точек и в эпигастрии отмечается болезненность. При эхографическом исследовании поджелудочной железы отмечается увеличение головки до 33 мм и хвоста до 35 мм, паренхима повышенной эхогенности. При биохимическом исследовании крови: АсАТ – 50 Ед/л, АлАТ – 60 Ед/л. При копрологическом исследовании: кал обычного цвета, блестящей кашеобразной консистенции, при микроскопии отмечались в большом количестве мышечные волокна, сохранившие и потерявшие поперечную исчерченность, признаки стеатореи за счет нейтрального жира.
Был сформулирован диагноз: алкогольный (преимущественно пивной) стеатогепатит в стадии слабовыраженной активности, алкогольный стеатопанкреатит сме­шанного генеза (преимущественно пивного) с симптомами выраженной внешнесекреторной недостаточности, явлениями нарушения нутритивного статуса и снижения массы тела. Лечение: немедленный отказ от алкоголя, в том числе пива, наблюдение у нарколога; диета – стол № 5 – 5П; Эссенциале форте Н по 2 капсулы 3 раза/день в течение 6 мес., фестал длительно по 1 драже 4–5 раз/сут.
Комментарий к клиническим примерам
Как видно из представленных примеров, все больные – мужчины молодого возраста, которые не смогли создать семью, высшего образования не получили, один из них, больной К., закончил только курсы при заводе, больные Д. и Н. – компьютерные курсы. Особен­ностью анамнеза указанных больных является тот факт, что употреблять пиво они начали с юношеских лет, сначала в небольшом количестве (0,5–1 л/сут.), затем его количество увеличилось до 3–3,5 л/сут., а у больного К. – до 6–7 л/сут. Каждый из них в течение многих лет употреблял пиво в количестве от 1,5–3 до 4–5 л/сут. У всех больных была выявлена висцеральная патология: цирроз печени, стеатогепатит, гепатомегалия, гепатолиенальный синдром, поражение поджелудочной железы.
Нозологические формы заболевания определялись от алкогольного (пивного) стеатогепатита до алкогольного (пивного) цирроза печени с признаками печеночно–клеточной недостаточности и портальной гипертензии. У больного Н. развился стеатопанкреатит алкогольного генеза с выраженной внешнесекреторной недостаточностью и нарушением питания (похудение).
Вопросы терапии ПА
Основным требованием к больным ПА является полное воздержание от употребления пива. Это является необходимым условием лечения данной группы больных.
Второй, не менее важный момент: совместное наблюдение указанных больных двумя специалистами – наркологом и гастроэнтерологом (терапевтом). Регу­ляр­ное посещение больными нарколога – важный и необходимый компонент успешной терапии.
Диетическое питание, богатое белками и витаминами (стол № 5, 5П), также необходимо этим больным.
Основное место в лечении токсических (алкогольных) поражений печени традиционно занимают эссенциальные фосфолипиды (Эссенциале форте Н). Эс­сен­циальные фосфолипиды (ЭФЛ), в частности препарат Эссенциале, основным компонентом которого является 1,2–дилинолеоилфосфатидилхолин (ДЛФХ), уже более 50 лет занимают первое место среди гепатопротекторов в мире [12,14] и свыше 30 лет – в России. Эссенциале восстанавливает нормальную структуру гепатоцитов с последующей нормализацией их функционального состояния (текучести клеточных мембран); регулирует клеточные сигналы, уровень липидов, воздействует на рецепторы [12,14]. Препарат обладает противовоспалительным, антиоксидантным, антифибротическим, противоапоптотическим, мембраностабилизирующим действием. О повреждениях мембранных фосфолипидов, впервые обнаруженных у животных (бабуинов), у которых воспроизводили модель алкогольной болезни печени человека, известно из ставшей классической работы C.S. Lieber с соавт. [15]. Ее авторы подчеркнули значение ЭФЛ в лечении алкогольной (пивной) болезни печени. Благо­даря наличию в препарате полиненасыщенных связей ДЛФХ обладает способностью встраиваться в клеточные мембраны и заменять в них фос­фолипиды, разрушенные под влиянием оксидативного стресса.
Эссенциале форте Н:
• содержит 76% ЭФЛ;
• имеет широкую доказательную базу эффективного и безопасного применения в гепатологии;
• широко применяется для восполнения диетического дефицита ЭФЛ и омега–3 полиненасыщенных жирных кислот;
• имеет широкие показания к применению, в частности, при самых разнообразных заболеваниях печени.
Терапия Эссенциале форте Н начинается с 10–15–днев­­ного курса внутривенных введений препарата по 5–10 мл 1 раз/сут. с последующим переходом на пер­оральный курс в течение 4–6 мес. Наблюдение за эффективностью терапии осуществляется путем физикального контроля за состоянием печени (ее размеров, болезненности, плотности органа). Положительная динамика состояния печени и поджелудочной железы подтверждается лабораторно–инструментальными методами: при биохимическом исследовании крови отмечаются уменьшение значений печеночных трансаминаз, при эхографии – снижение эхогенности паренхимы печени, вероятно, за счет уменьшения ее жировой инфильтрации и улучшения акустических характеристик вследствие улучшения крово– и лимфообращения в органе. Положительная динамика состояния поджелудочной железы у данной группы больных должна быть подтверждена также динамическим копрологическим исследованием (выраженность стеатореи, креатореи, амилореи).
Приведенные литературные данные свидетельствуют об успешном применении Эссенциале при алкогольных поражениях печени. Так, Knuchel [18] провел всестороннее плацебо–контролируемое исследование биологического действия Эссенциале на 40 мужчин с жировым гепатозом алкогольной этиологии. 1–я группа больных применяла Эссенциале форте Н по 2 капсулы 3 раза/сут., 2–я – плацебо. Курс терапии составил 8 нед. Результаты исследования показали статистически значимое снижение в 1–й группе АсАТ, АлАТ, гамма–ГT, ЩФ; уровни холестерина, триглицеридов и имунноглобулинов в указанной группе также снижались. В 1–й группе было отмечено более выраженное снижение уровня насыщенных и мононасыщенных жирных кислот (ЖК) и значимое повышение содержания полиненасыщенных ЖК (липолевой и арахидоновой).
Hazuka V., Roubal K. [20] провели открытое контролируемое исследование действия Эссенциале в комплексном лечении с витаминами группы В в сравнении со стандартной витаминной формулой у 20 больных с алкогольными заболеваниями печени. Больные были разделены на 2 группы по 10 человек: в 1–й принимали Эссенциале форте Н в дозе 1800 мг/сут., во 2–й – комплекс витаминов В, С и К. Продолжительность исследования составила 3 мес. Критериями эффективности терапии были функциональные печеночные пробы, а также степень гепатомегалии. Результаты исследования показали более интенсивное снижение АлАТ, гамма–ГT в 1–й группе больных.
Shuller–Perеz А., Gonzales San Martin F. [19] провели двойное слепое плацебо–контролируемое исследование с участием 40 пациентов с алкогольным жировым гепатозом: в 1–й группе 20 больных принимали Эссен­циале форте Н по 2 капсулы 3 раза/сут. (500 мг) в течение 12 нед., во 2–й группе принимали плацебо. У больных 1–й группы отмечалось значимое снижение активности АлАТ, АсАТ, гамма–ГT и ЩФ, билирубина. Положи­тельный ответ был получен у 17 из 20 больных 1–й группы и у 9 из 20 пациентов 2–й группы (плацебо).
Panos M.L. et al. [21] проводили двойное слепое плацебо–контролируемое исследование у 104 больных острым алкогольным гепатитом, из которых 53 пациента принимали Эссенциале форте Н по 12 капсул/сут. (6 г), 51 пациент получал плацебо. Исследование завершили 46 больных (27 человек в группе Эссенциале и 19 – в группе плацебо). Помимо отчетливого снижения значений печеночных трансаминаз была отмечена заметная тенденция к повышению выживаемости среди пациентов, принимавших Эссенциале, по сравнению с группой принимавших плацебо (согласно кривым выживаемости по методике Каплана).
Lieber C.S. et al. [22] провели длительное рандомизированное двойное слепое плацебо–контролируемое исследование у 18 больных, употреблявших алкоголь в больших дозах, разделенных на 2 равные группы. Больные 1–й группы (9 больных) принимали Эссенциале в дозе 1500 мг/сут. в течение 2 лет, больные 2–й группы принимали плацебо. При оценке результатов исследования было отмечено, что в 1–й группе Эссенциале благоприятно действовал на все маркеры окислительного стресса в плазме крови: МДА, F2–изопростан и общий потенциал захвата перекисных радикалов. У 9 пациентов, принимавших Эссенциале, фиброз печени не усилился, в то время как у 5 из 9 больных, принимавших плацебо, было отмечено увеличение фиброза.
Таким образом, препарат Эссенциале форте Н занимает достойное место в терапии поражений печени, обусловленных алкоголизмом, в том числе ПА.

Литература
Байкова Н.Е., Никитин И.Г., Гогова Л.М. Алкогольная болезнь печени // РМЖ. Болезни органов пищеварения. 2011. Т. 19. № 17. С. 1071.
2. Большая медицинская энциклопедия. М., 1974. Т. 1. С. 267.
3. Вовк Е.И. Лечение неалкогольной жировой болезни в практике терапевта: Что? Где? Когда? // РМЖ. Болезни органов пищеварения. 2011. Т. 19. № 17. С. 1046.
4. Ковалев А.А. Особенности клинических проявлений пивного алкоголизма: Сб. материалов XIV съезда психиатров России. М., 2005. С. 334.
5. Ковалев А.А. Особенности формирования и клинические проявления пивного алкоголизма: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. М., 2006.
6. Кольцов П.А., Шатихин А.И. М., 1994. Практическая гастроэнтерология.
7. Лавренова Г.В. Пиво и здоровье. СПб., 2001. С. 112.
8. Лазебник Л.Б., Трубицина Н.Е., Федотова Т.З. О влиянии баночного пива на внутренние органы крыс // Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2010. № 8. С. 7–10.
9. Нужный В.П. Пиво: химический состав, пищевая ценность, биологическое действие и потребление // Вопросы наркологии. 1997. № 4. С. 68–76.
10. Нужный В.П., Рожанец В.В. Пиво в Российской Федерации: новая реальность //
Наркология. 2007. № 3. С. 30–41.
11 Рожанец В.В., Нужный В.П. Хмель как компонент пива и биологически активных добавок, применяемых в наркологии // Наркология. 2005. № 11. С. 45–47.
12. Gundermann K.J., Krentzfeldt Ch., Schumacher R. Дилинолеолилфосфатидилхолин – основной ингредиент Эссенциале // Consilium Medicum (Гастроэнтерология – хирургия). 2010. № 8. С. 3–7.
13. Gronbaek M., Jeksen M.K., Iohansen D. et al. Intake of beer, wine and spirit and risk of heavy drinking and alcoholic cirrosis // Biol Res. 2004. Vol. 37. № 2. P. 195–200.
14. Kuntz Е. The essential phospholipids in hepatology – 50 years of experimental and clinical experientes. // Gastroenter. 1991. Vol. 29. Suppl. 2. Р. 7–13.
15. Lieber C.S., Robbins J., Li S. et al. Phosphatidilckolin protects against fibrosis and cirrosis in the baboln // Gastroenterer. 1994. Р. 152–159.
16. Makdel L., Vakkas J., Sagi A. Alcoholic (beer) sialosis I oral Lenxillotac surg. 2005. Vol. 63. № 3. P. 402–405.
17. The 1999 ESPAL Report / Alcohol and other drug use among student in 30 european contries/ Stockholm, Dec. 2000.
18. Knuchel F. Med. Welt. 1977 Vol. 30. Р. 411–416.
19. Shuller–Perez А., Gonzales San Martin // Mel. Weet. 1985. Vol. 36. Р. 217–221.
20. Hazuka V., Ronbal K. // Elin Jer. 1987. Vol. 123. Р. 369–375.
21. Panos M.Z. et al. Eur Gastroenterology. 1990. Vol. 2. Р. 351–355.
22. Lieber C.S. et al. Alcohol elin Exp. Res. 2000. Р. 24–130.


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak