Фертильность или бесплодие: вопросы и ответы

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №16 от 15.08.2002 стр. 687
Рубрика: Гинекология

Для цитирования: Саидова Р.А. Фертильность или бесплодие: вопросы и ответы // РМЖ. 2002. №16. С. 687

ММА имени И.М. Сеченова



Фертильность – одна из старейших составляющих репродуктивной системы мужчины и женщины, определяющая возможность зачатия ребенка. Фертильность является проявлением сохранности овуляторной функции женщины и генеративной функции у мужчин.

Основными условиями для успешного зачатия являются:

  • Циклическое высвобождение яйцеклетки из фолликула (овуляция); попадание способной к оплодотворению яйцеклетки в функционирующую маточную трубу, обеспечение благоприятных условий для слияния женской и мужской половых клеток внутри маточной трубы и для имплантации зиготы в эндометрий.
  • Достаточное количество подвижных сперматозоидов в эякуляте, сконцентрированном в непосредственной близости от цервикального канала; благоприятные условия в шейке и теле матки, обеспечивающие активное продвижение сперматозоидов по направлению к маточным трубам.

Бесплодной супружеской парой считается та, у которой при желании иметь ребенка при активной половой жизни без применения контрацептивных средств зачатие не наступает на протяжении 12 месяцев.

Принято считать, что без применения контрацептивов беременность наступает при ведении регулярной (два–три раза в неделю) половой жизни в течение 1 года у 75% супружеских пар (Southam,1960).

Термин первичное бесплодие относят к парам, у которых никогда ранее не происходило зачатия. Термин вторичное бесплодие относят к тем парам, у которых происходило зачатие в прошлом, но в настоящее время беременность не наступает.

Приблизительно 10% супружеских пар страдают бесплодием по определению «по меньшей мере 1 год половой жизни без контрацепции». Бесплодные супружеские пары составляют приблизительно 15% супружеских пар.

Существует множество причин бесплодного сожительства. Принято считать, что мужское и женское бесплодие приблизительно с равной частотой распространены в популяции, и примерно столько же составляют сочетанные формы (около 30–35%). Главными причинами женского бесплодия считаются следующие:

  • Эндокринные факторы – 35–40%
  • Трубный и перитонеальный факторы – 20–30%
  • Иммунологические факторы – 20%
  • Шеечный фактор –5%.

Приблизительно в 10–15% случаев причина бесплодия остается невыясненной.

Фертильная фаза начинается с момента овуляции и заканчивается через 48 часов после овуляции. Это время включает в себя 12–14 часов, на протяжении которых яйцеклетка сохраняет способность к зачатию; дополнительные 24 часа отводятся на неточность определения времени овуляции. Сперматозоиды, попавшие в шеечную слизь в периовуляторный период, сохраняют способность к оплодотворению яйцеклетки до 3–5 суток. Практически принято рассчитывать фертильную фазу в 6–8 дней с 10 дня цикла при 28–дневном менструальном цикле.

Абсолютная стерильность начинается через 48 часов после овуляции и продолжается до конца менструации.

Заключительная стадия созревания преовуляторного фолликула связана с высокой способностью синтезировать и секретировать эстрогены. Взаимодействие эстрогенов с гонадотропинами координирует финальную дифференцировку преовуляторного фолликула. На периферии фолликулярные эстрогены вызывают пиковое повышение ГТ в середине цикла, действуя на гипоталамо–гипофизарный комплекс через механизм положительной обратной связи.

Вместе с ускорением продукции эстрогенов преовуляторный фолликул претерпевает существенные изменения в короткий интервал времени, непосредственно до и во время всего периода (48 часов) овуляторного выброса гонадотропинов:

1. Переключение стероидогенеза в гранулезных клетках с эстрогенов на прогестагены.

2. Лютеинизация гранулезных клеток.

3. Возобновление мейоза, необходимое для созревания овоцита.

4. Появление биохимически дифференцированных гранулезно– лютеиновых клеток, способных участвовать в процессе овуляции.

На протяжении 2–3 суток перед началом овуляторного пика ГТ скорость увеличения уровня Е2 в кровеносном русле такая же, как у прогестерона и 17a–гидроксипрогестерона. Увеличение же 20a–гидроксипрогестрона отмечается только после начала пика. Это совместное повышение уровня прогестагенов и эстрадиола может свидетельствовать о появлении рецепторов ЛГ в гранулезных клетках доминантного фолликула и готовности к началу синтеза прогестагенов.

Овуляция обычно наступает через две недели от начала менструального цикла (чаще на 11–14 день при 28–дневном цикле). Истончение и разрыв стенки фолликула происходят под влиянием простагландинов и протеолитических ферментов, приблизительно через 10–12 часов после достижения пика ЛГ и через 24–36 часов после пика эстрадиола. Подъем уровня ЛГ, начинающийся за 28–36 часов до овуляции, – наиболее высокоинформативный признак наступающей овуляции.

Подъем секреции ЛГ и ФСГ начинается внезапно (секреция ЛГ увеличивается вдвое в течение 2 часов) и по времени связан с пиком эстрогенов и быстрым увеличением прогестерона, начавшимся на 12 часов раньше. Средняя продолжительность пика выброса ЛГ составляет 48 часов с крутым восходящим коленом (время удвоения – 5,2 часа). За ним следует плато ГТ продолжительностью в 14 часов и быстротечное увеличение концентрации прогестерона; концентрация же циркулирующего эстрадиола быстро снижается.

Итак, резкое переключение стероидогенеза в пользу прогестерона и многофазные подъемы его уровня, по–видимому, последовательно отражают:

  • лютеинизацию клеток гранулезы;
  • индуцированное ЛГ увеличение биосинтеза прегненолона и активности 3b–гидроксистероиддегидрогеназы;
  • овуляцию и начало функционирования желтого тела.

Точный интервал между началом пика ЛГ и овуляцией достоверно точно не установлен, однако принято считать, что овуляция происходит за 1–2 часа до конечной фазы подъема уровня прогестерона или через 34–35 часов после начала овуляторного пика ЛГ.

После начала подъема секреции ЛГ в предовуляторном фолликуле повышается уровень цАМФ, который индуцирует цепь событий, включающую созревание овоцита, лютеинизацию гранулезных клеток с параллельным повышением прогестерона и простагландинов. В предовуляторном фолликуле значительно нарастает концентрация простагландинов Е и F, достигая пика во время овуляции. Простагландины участвуют в индукции разрыва фолликула; в частности, вместе с окситоцином они синергично стимулируют сокращение гладких мышц, способствуя выталкиванию овоцита вместе с яйценосным бугорком. Более того, выделение цАМФ или прогестерона может активировать протеолитические ферменты – коллагеназу и плазмин, лизирующие коллаген стенки фолликула и увеличивающие ее растяжимость.

ФСГ, возможно, вызывает расширение яйценосного бугорка и его отделение вместе с овоцитом от остальных гранулезных клеток. Индуцируя активатор плазминогена, ФСГ тем самым повышает продукцию плазмина. Наконец, уровень ФСГ может повышать число рецепторов ЛГ на гранулезных клетках, что необходимо для оптимального функционирования желтого тела.

Первое деление мейоза завершается в течение 36 часов от достижения пиковых концентраций ЛГ и ФСГ. Второе деление мейоза завершается не ранее оплодотворения.

Большинство яйцеклеток в яичниках женщины находятся на стадии поздней диплотены профазы первого деления мейоза. В ходе овуляции при разрыве зрелого фолликула из яичника выбрасывается овоцит второго порядка. Его окружают прозрачная оболочка (zona pellucida) и лучистый венец (corona radiata), а также небольшое количество фолликулярной жидкости.

Оплодотворение. Яйцеклетка в момент овуляции выходит из фолликула, будучи окруженной его клетками. В таком виде она остается на поверхности яичника, пока не захватывается фибриями маточной трубы. Реснички фимбрий перемещают клеточный конгломерат в маточную трубу. Фолликулярные клетки на поверхности яйцеклетки обеспечивают контакт с ресничками, необходимый для начала транспорта яйцеклетки.

При оплодотворении взаимодействуют мужская и женская гаплоидные гаметы. При этом сливаются их ядра (пронуклеусы), объединяются хромосомы, и развивается первая диплоидная клетка нового организма – зигота.

Начало оплодотворения – момент слияния мембран сперматозоида и яйцевой клетки. Окончание оплодотворения – момент объединения материала мужского и женского пронуклеуса. Все события, происходящие до слияния мембран сперматозоида и яйцеклетки, именуют событиями, предшествующими оплодотворению. Оплодотворение происходит в ампуле маточной трубы. Первоначально сперматозоид как бы «прилипает» к яйцеклетке, а затем быстро проникает через прозрачную зону, между постакромальной областью колпачка с желточной мембраной устанавливается контакт.

По завершении этого процесса содержащиеся в сперматозоиде хромосомы становятся менее плотными и образуют мужской пронуклеус. После проникновения сперматозоида в яйцеклетку мейоз заканчивается выталкиванием второго полярного тельца. Прозрачная зона становится при этом непроницаемой для других сперматозоидов.

Нормальные физиологические процессы, происходящие в маточных трубах, обеспечивают прием яйцеклетки, питание ее, сперматозоидов и эмбриона, транспорт гамет и эмбриона.

Мышечные сокращения фимбрий считаются наиболее важным механизмом, облегчающим прием яйцеклетки, увеличение кровенаполнения фимбрий сокращает время овуляции. Также важно наличие мерцания ресничек фимбрий; у всех видов они активно мерцают по направлению устья маточной трубы во всех фазах менструального цикла. Перемещение гамет по маточной трубе обеспечивается мышечными сокращениями, движением ресничек и током жидкости (Hafez,1973). Взаимодействие этих трех механизмов осуществляется на уровне двух основных регулирующих систем: эндокринной и нервной. Микроворсинки и реснитчатые клетки образуют регулярную квадратно–гнездовую структуру, которая имеет отношение к функции перемещения гамет.

Маточные трубы выполняют транспортную функцию для гамет, а также функцию развивающегося эмбриона, определяют время прохождения эмбриона в матку. У большинства видов нормальной является задержка перемещения эмбриона на уровне ампулярно–истмического соединения. Слишком быстрое или слишком медленное перемещение эмбриона может снизить его способности к дальнейшему развитию.

Перемещение яйцеклетки от фимбрий в перешеек ампулы может происходить за несколько минут или часов и обусловлено главным образом сегментарным сокращением мышц маточной трубы. На этой стадии в транспорте яйцеклетки принимают участие, по–видимому, и реснички. У женщины яйцеклетка проходит путь из трубы в матку за 60–70 часов (2–3 суток) после овуляции.

Система гормонального сопровождения должна быть «тонко настроенной», так как раннее или позднее попадание яйцеклетки в матку приводит к значительным репродуктивным потерям. В эксперименте установлено, что в предовуляторном периоде по мере увеличения концентрации Е2 увеличивается восходящий ток жидкости через трубно–маточный и овариальный концы маточных труб. Во время овуляции он имеет обратное направление. Скорость изоперистальтического тока жидкости в маточных трубах в большей степени зависит от соотношения половых стероидных гормонов, чем от абсолютных значений их концентраций в периферической крови.

Во время овуляторной и предовуляторной фаз, когда гладкая мускулатура маточных труб находится под доминирующим влиянием эстрогенов, в перешейке образуется блок, препятствующий попаданию незрелой яйцеклетки в неподготовленный эндометрий. В предовуляторный пик секреции эстрогенов общий тонус маточной трубы достигает максимума, она почти не расслабляется. В фолликулярной фазе цикла тонус трубно–маточного отдела снижен, а истмико–ампулярного отдела трубы повышен. В начале лютеиновой фазы цикла отмечается повышение тонуса истмико–ампулярного сфинктера маточной трубы.

Это способствует тому, что яйцеклетка на протяжении 24 часов находится в истмико–ампулярном канале, где происходят ранние стадии ее деления. Уже на ранних стадиях дробления и даже до овуляции в яйцеклетке происходит активный синтез белка. Даже при кратковременной блокаде синтеза РНК в яйцеклетке на предимплантационной стадии уменьшается вероятность имплантации и дальнейшего развития. Имеются данные о том, что именно бластоциста является источником сигнала для начала процесса имплантации в матке, которыми могут служить двуокись углерода, эстрогены, гистамин, хорионический гонадотропин, простагландины.

Проводя тесты на беременность, Hertig и сотрудники [19] пришли к выводу, что приблизительно 25–40% оплодотворенных яйцеклеток «теряются» еще до того, как беременность проявляется клинически. Такая высокая частота аномалий свидетельствует о биологической селекции аномальных гамет и зародышей в процессе репродукции.

Мужские факторы бесплодия

При первом обращении супружеской пары, страдающей бесплодием, необходимо первоначально провести обследование супруга. Принято считать, что фертильность мужчин обеспечивается количеством сперматозоидов от 20 до 100 млн/мл. По данным MacLeod, частота зачатий снижается, если число сперматозоидов меньше 20 млн/мл, и именно эту величину в настоящее время считают нижней границей нормы. По крайней мере 50% сперматозоидов через 2 часа после эякуляции должны сохранять подвижность. Через 24 часа более 50% сперматозоидов от исходного их числа также должны сохранять подвижность.

Азооспермия при наличии сперматогенеза указывает на непроходимость протоков.

К другим факторам, которые могут обусловливать бесплодие, относятся следующие:

  • Инфекции, проявляющиеся наличием лейкоцитов. Необходимо провести исследования на инфекции, передающиеся половым путем и анализ бактериальной флоры спермы и мочи.
  • Отсутствие разжижения семенной жидкости.
  • Агглютинация сперматозоидов. Периодически это может происходить у большинства мужчин, но если подобные изменения обнаруживаются повторно, то это может указывать на аутоиммунную реакцию или инфекцию.

При обнаружении аномальных форм спермы необходимо обратить внимание на следующие моменты, каждый из которых может менять количество и качество спермы:

1. Травмы яичек, оперативные вмешательства на них или эпидемический паротит в анамнезе.

2. Температурный режим. Даже небольшое повышение температуры мошонки может вредно влиять на сперматогенез, а болезни, сопровождающиеся даже субфебрильной температурой, могут сказаться на числе и подвижности сперматозоидов. Влияние этих заболеваний может сохраняться на 2–3 месяца, поскольку для образования сперматозоидов из первичной зародышевой клетки требуется 70–74 дня. Потенциал фертильности снижается также при ношении узких трусов и джинсов, частом посещении сауны или парильни; при занятиях, требующих длительного сидячего положения.

3. Тяжелые аллергические реакции с системными эффектами.

4. Воздействие ионизирующей радиации.

5. Применение некоторых медикаментозных средств (нитрофурантоин, сульфасалазин и другие).

6. Активность половой жизни. Ежедневные или более частые совокупления (эякуляции) могут привести к тому, что число сперматозоидов, находящееся на нижней границе нормальных значений, опустится ниже. Однако воздержание на протяжении 5–7 дней также нежелательно, так как увеличение числа сперматозоидов сопровождается снижением их подвижности в результате увеличения числа старых клеток.

7. Курение, алкоголь и тяжелая работа. Курение оказывает влияние на морфологию и подвижность сперматозоидов; алкоголь может приводить к снижению уровня тестостерона в крови; роль астенизации объясняют обычно снижением либидо и потенции.

Для большинства пар оптимальную вероятность беременности создает совокупление каждые 36–48 часов и близкий к овуляции период.

Имеются данные, согласно которым у 25% бесплодных мужчин имеется варикоз внутренней семенной вены, и перевязка этой вены в 50% случаев обусловливала возможность оплодотворения.

Трубно–перитонеальные факторы бесплодия

Принято выделять две основные формы трубного бесплодия: органические поражения и функциональные нарушения маточных труб.

Органические поражения сопровождаются непроходимостью маточных труб. Причинами анатомических нарушений могут быть:

1. Воспалительные заболевания половых органов специфической и неспецифической этиологии (инфекции, передающиеся половым путем, перитонит, аппендицит).

2. Перенесенные оперативные вмешательства на внутренних половых органах (миомэктомия, резекция яичников и т.д.).

3. Послеродовые осложнения (травматические и инфекционные); эндометриоз и др.

К нарушению функции маточных труб приводят многочисленные причины: нарушение синтеза стероидных гормонов, простагландинов, стрессорные факторы, нарушение функции надпочечников (глюкокортикоидной и симпато–адреналовой), нарушение метаболизма простагландинов (увеличение простациклина и тромбоксана А2).

По данным А.И. Волобуева и В.Г. Орловой (1985), выраженные нарушения сократительной активности маточных труб отмечаются на фоне гиперандрогении, причем при субклинической форме надпочечниковой гиперандрогении они выражены больше, чем при смешанной яичниково–надпочечниковой форме. Доказательством этого является тот факт, что у 54% женщин трубная беременность наступает на фоне различных гормональных дисфункций, причем у 40% из них выявляется надпочечниковая гиперандрогения.

Для оценки состояния маточных труб применяют бактериологическое исследование, кольпоскопию, гистеросальпингографию, рентгенокимопертубацию, кимографическую пертубацию, радиоизотопное сканирование, лапароскопию, микробиопсию маточных труб и др.

В целях лечения наиболее перспективной является оперативная лапароскопия, при которой возможно выполнение сальпингоовариолизиса, коагуляция эндометриоидных гетеротопий и другие вмешательства.

Эндометриоз

Эндометриоз – доброкачественное заболевание, обычно развивающееся у женщин репродуктивного возраста. Эндометриоз представляет собой патологический процесс, характеризующийся образованием эктопических очагов функционирующей ткани эндометрия (железы и строма). В первую очередь поражаются органы малого таза: яичники, маточные трубы, крестцово–маточные связки, ректосигмоидальный отдел толстой кишки.

У 30–40% женщин с эндометриозом диагностируется бесплодие. Эндометриоз, как причина бесплодия, обнаруживается с помощью лапароскопии в 15–20% случаев. Применение лапароскопии на этапе диагностики причины бесплодия дало объяснение некоторым клиническим ситуациям, которые ранее относились к категории «необъяснимого» бесплодия.

Причиной бесплодия при эндометриозе считают токсическое действие перитонеальной жидкости на гаметы и эмбрион, а также наличие спаечного процесса в малом тазу. В ряде случаев проведение только диагностической лапароскопии с туалетом брюшной полости приводило к наступлению беременности в последующем. Интересным фактом является то, что у таких больных в 90% случаев выявляется стигма на яичниках, свидетельствующая о наличии овуляторных циклов. Согласно другим данным, у пациенток с наружным эндометриозом в 79–90% случаев выявляется синдром лютеинизации неовулировавшего фолликула, который, по–видимому, и является причиной бесплодия у данной группы больных.

Эндокринные формы бесплодия

Частота этой формы бесплодия колеблется от 4 до 40%. Эндокринные формы женского бесплодия определяются прежде всего нарушениями овуляции. Принято различать следующие их клинические формы:

  • аменорея – первичная и вторичная;
  • олигоменорея;
  • синдром хронической ановуляции (при различных нейроэндокринных синдромах);
  • недостаточность лютеиновой фазы;
  • яичниковая и/или надпочечниковая гиперандрогения.

Больных с первичной аменореей следует рассматривать отдельно от остальных женщин, страдающих бесплодием. У большинства больных выявляется дисгенезия гонад (синдром Шерешевского–Тернера, чистые и смешанные формы), а также нарушения гипоталамо–гипофизарной системы (пангипопитуитаризм, гипогонадотропный гипогонадизм, синдром Лоренса–Муна–Бидля и т.д.).

Обычными причинами отсутствия овуляции у больных со вторичной аменорееей или олигоменореей являются нарушения функции гипоталамуса: изменение массы тела (метаболический синдром, ожирение, нервная анорексия); прием медикаментозных препаратов (гормональные, транквилизаторы и т.п.) или расстройства психологического характера (семейные или служебные проблемы, путешествия, занятия спортом и т.д.).

Синдром хронической ановуляции – гетерогенная группа патологических состояний, характеризующаяся нарушением циклических процессов в гипоталамо–гипофизарно–яичниковой системе. Типичными синдромами, объединяющими такие симптомы, как бесплодие, аменорея, олигоменорея и ановуляция, являются синдром поликистозных яичников, постпубертатная форма адреногенитального синдрома, различные формы гиперпролактинемии, гиперандрогении, послеродовый нейроэндокринный и другие синдромы.

Синдром лютеинизации неовулировавшего фолликула (ЛНФ) – преждевременная лютеинизация предовуляторного фолликула без овуляции, характеризующаяся циклическими изменениями секреции прогестерона и несколько запоздалой секреторной трансформацией эндометрия. Отмечена высокая коррелятивная зависимость между повышенным содержанием тестостерона, кортизола, высокой частотой выявления эндометриоза яичников, ЛНФ и гирсутизма. По–видимому, немаловажную роль в его развитии играют внутрияичниковые обменные нарушения синтеза гормонов, ингибинов, статинов, кининов и т.п.

Гиперпролактинемия

Функциональная гиперпролактинемия приводит к нарушению овуляторного процесса (ановуляция), которая развивается под влиянием высоких концентраций пролактина на секрецию и высвобождение гонадотропинов, а также стероидогенез в яичниках.

Пролактин (лактогенный гормон) (П) в эволюционном плане является древнейшим гормоном гипофиза, обеспечивающим сохранение рода, близким по биологическим свойствам с гормоном роста (СТГ). Синтез и секреция пролактина осуществляются лактотрофами заднебокового аденогипофиза, которые составляют около 20% клеточной популяции гипофизарных клеток. Число лактотрофов не меняется с возрастом.

Подобно гормону роста пролактин находится под непосредственным гипоталамическим контролем и не регулируется по механизму прямой обратной связи. Гипоталамо–гипофизарная система оказывает как тормозящее, так и стимулирующее влияние на секрецию пролактина через нейроэндокринные, аутокринные и паракринные механизмы.

Пролактин выделяется в виде импульсов различной амплитуды, накладывающихся на постоянную амплитуду. Наиболее высокая концентрация пролактина в плазме наблюдается во время сна как у взрослых, так и у детей обоего пола в пре– и пубертатном периоде. Это повышение уровня П в плазме обусловлено серией секреторных пиков (3–8), которые наблюдаются уже через 10–60 минут после засыпания; после пробуждения концентрация П в плазме резко уменьшается и достигает наименьших значений в поздние утренние часы (между 9 и 11 часами).

Повышение секреции П, сопутствующее подъему уровня кортизола, наблюдается после приема стандартной смешанной пищи в полдень. Подобных изменений секреции этих гормонов не наблюдается ни после завтрака, ни после обеда (8 и 18 часов). Причем продукты с высоким содержанием белка стимулируют синтез как П, так и кортизола, а жирная пища – преимущественно П. Различные стрессорные воздействия (физические упражнения, венопункция, общая анестезия, оперативные вмешательства, гипогликемия) стимулируют секрецию пролактина у мужчин и у женщин. Коитус является сильнейшим стимулом высвобождения П, уровень которого во время оргазма у женщины увеличивается десятикратно, в то время как у мужчин подобная реакция отсутствует (небольшое число наблюдений). В пубертатном периоде у девочек отмечается значительное увеличение секреции П, достигающее значений, характерных для взрослых женщин. Подобных изменений у мальчиков не происходит, и соответственно уровень П у мужчин остается ниже, чем у женщин. После наступления менопаузы уровень пролактина не меняется.

Эстрогены усиливают как синтез, так и секрецию П в зависимости от дозы и времени. Повышение уровня П на фоне введения эстрогенов, вероятно, обусловлено увеличеннной амплитудой импульсов П секреции в течение суток. Количество рецепторов к тиреотропин–рилизинг–гормону (ТРГ) возрастает в 2–3 раза в ответ на введение эстрогенов, кроме того, происходит увеличение базальной, ТРГ–опосредованной, секреции П. Эстрогены также обладают андидопаминовым действием и значительно снижают способность ДА тормозить секрецию П.

Андрогены. Тестостерон, как сообщают, вызывает увеличение секреции П в меньшей степени, чем эстрогены. Ароматизация андрогенов в эстрогены в гипоталамусе, судя по всему, необходима для осуществления этого воздействия.

Прогестагены. Прогестерон, введенный после эстрогенов, вызывает повышение П и ЛГ. Этот эффект, по–видимому, опосредуется через быстрое выделение ГТ–РГ, который, в свою очередь, индуцирует паракринное взаимодействие гонадотрофов с лактотрофами, приводящее к выбросу обоих гормонов.

Тиреоидные гормоны. Тироксин снижает реакцию П на ТРГ, преимущественно на уровне гипофиза. И хотя лакторея и/или увеличение молочных желез часто наблюдается при первичном гипотиреозе, при этом уровни П в сыворотке не всегда бывают повышены.

Кортикостероиды. Глюкортикоиды и дексаметазон подавляют секрецию П и притупляют его реакцию на ТРГ.

Серотонин. Серотониновый путь включается в регуляцию секреции П (усиление активности серотонина вызывает секрецию П, снижение активности серотонина уменьшает его секрецию).

Дофамин. Роль гипоталамического дофамина (ДА), как основного пролактинигибирующего фактора, абсолютно установлена. Биосинтез ДА происходит в нервных окончаниях, примыкающих к портальным капиллярам, доставляющим синтезированный ДА в гипофизарную портальную систему в концентрациях, достаточных для торможения секреции П. Высокоспецифичные ДА–рецепторы обнаружены на лактотрофах гипофиза различных видов животных и человека, а способность ДА тормозить выделение П доказана как «in vitro», так и «in vivo». Блокада дофаминовых рецепторов многими средствами (метоклопрамид), вызывает острый подъем уровня П; эффективность препарата значительно снижается при предварительном введении агониста ДА.

При гиперпролактинемии рекомендуется назначение бромокриптина в дозе 2,5–7,5 мг/день, при необходимости дозу увеличивают в 2 раза. Бромокриптин стимулирует центральные ДА рецепторы, тем самым способствуя уменьшению секреции пролактина и снижению повышенной секреции гормона роста. Бромокриптин – один из основных препаратов, применяющихся при бесплодии, обусловленном или сочетающимся с гиперпролактинемией, а также при синдроме склерокистозных яичников, ановуляторных циклах (в качестве дополнения к терапии антиэстрогенами). Лечение препаратом проводится до нормализации менструального цикла. Для предупреждения рецидивов лечение продолжают на протяжении нескольких менструальных циклов.

В ряде работ были представлены результаты лечения бромокриптином больных с труднообъяснимым бесплодием. Интересно, что хотя средний уровень содержания пролактина у больных с идиопатическим бесплодием в фолликулярную фазу был значительно выше, чем у больных контрольной группы, не наблюдалось существенных различий значения этого показателя между забеременевшими и незабеременевшими женщинами.

Шеечный фактор

Шейка матки – первое существенное препятствие на пути сперматозоидов. Обычно сперматозоиды проходят через цервикальный канал и обнаруживаются в маточной трубе уже через 5 минут после попадания в шейку матки.

Многие патологические изменения шейки матки или шеечной слизи могут приводить к нарушению фертильности:

1. Аномалии положения шейки матки.

2. Хронический эндоцервицит (инфицирование цитотоксичными Ureaplasma, некоторыми видами Gardnerella, Streptococcus и Staphylococcus).

3. Предшествующее оперативное вмешательство на шейке матки (конизация, электро–криокоагуляция), приводящее к сужению цервикального канала или уменьшению образования шеечной слизи.

4. Наличие в цервикальной слизи АТ к сперматозоидам.

Исследование качества цервикальной слизи проводится на основании определения рН бактериального посева (норма – рН=8,0) и с помощью посткоитального теста.

Посткоитальное исследование (проба Шуварского–Симса– Хунера) – определение количества подвижных сперматозоидов в шеечной слизи через 2,5–3 часа после коитуса за 1–2 дня до предполагаемой овуляции после трехдневного полового воздержания. Положительным тест считается при наличии более 7 подвижных сперматозоидов в поле зрения (при 400–кратном увеличении).

Иммунологические факторы

Теоретически иммунологические факторы могут действовать на любом этапе репродуктивного процесса. Так как герминативные клетки, оплодотворенная яйцеклетка (так же, как и гормоны, ткани и другие секреты) могут быть потенциальными и способны вызывать иммунные реакции, клетки и белки чужеродного генетического происхождения (в данном контексте – мужского) могут быть причиной изоиммунизации у женщин.

Иммунные формы бесплодия обусловлены образованием антиспермальных антител, которые возникают как у мужчин, так и у женщин. Известно около 40 антигенов эякулята мужчин, к которым образуются антитела. Основной реакцией антиспермального иммунитета является образование антител в шейке матки, реже – в эндометрии и маточных трубах. Шейка матки является основным звеном так называемого локального иммунитета. В ней образуются иммуноглобулины класса А, кроме того, иммуноглобулины классов A, J, M абсорбируются из плазмы. Установлено, что концентрация иммуноглобулинов меняется на протяжении менструального цикла, отмечено уменьшение в период овуляции. Антитела к антиспермальным антигенам обладают преципитирующими, агглютинирующими, иммуномобилизирующими свойствами.

Наиболее часто для лечения этой формы бесплодия используется внутриматочное осеменение спермой супруга – эффективность метода составляет до 40%.

Бесплодие неясного генеза

В случаях, когда беременность не наступает в течение 1–2 лет и при этом ни у одного из партнеров никакой патологии не выявляется, бесплодие считается труднообъяснимым или идиопатическим.

Диагноз идиопатического бесплодия следует ставить только в том случае, когда у женщины с регулярными менструальными овуляторными циклами проходимы маточные трубы и отсутствуют перитубарные спайки, эндометриоз и миома матки. Помимо этого, у ее полового партнера не должна наблюдаться патология спермы. Половые сношения должны осуществляться супружеской парой достаточно часто, особенно во время овуляции, и супружеская пара должна пытаться достигнуть наступления беременности по меньшей мере в течение 2 лет.

Behrman и Kistner (1975) сделали обзор значений частоты наступления беременности, вычисленной другими авторами, по случайной и необследованной популяции и заключили, что у 25% супружеских пар беременность наступила в течение 1 месяца, у 63% – в течение 6 месяцев, у 80% – в течение 1 года и у 90% в течение 18 месяцев. После этого срока частота наступления беременности увеличивается медленно.

Bergere M. и соавт. (2001) связывают идиопатическое бесплодие с наличием генетического блока деления ооцитов, что приводит к формированию пула незрелых ооцитов с крайне малым потенциалом к оплодотворению, дальнейшему делению.

Психологическое обследование супружеской пары, страдающей бесплодием, не следует рассматривать, как вариант обследования, к которому прибегают только после исключения органических поражений.

Fischer (1954) определил бесплодие психогенного происхождения, как бесплодие, которое сохраняется несмотря на то, что у партнеров не выявлено каких–либо отклонений от нормы.

Психологические и социальные факторы могут играть существенную роль и тогда, когда у женщины наблюдается явная патология органов малого таза, и тогда, когда супружеская пара считается «практически» здоровой.

Врач для оценки перспективы лечения бесплодия должен определить, какой фактор (соматический, психологический или социальный) играет ведущую роль в бесплодии. Только в этом случае он может корректно оценить степень своего возможного вмешательства в сложные человеческие проблемы, которые могут возникнуть в процессе диагностики и лечения бесплодия или при выборе альтернативы отцовства.


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak