Развеять мифы о ВИЧ и СПИДе в Европе

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №21 от 23.10.2006 стр. 1498
Рубрика: Инфекция

Для цитирования: Лазарус Д.В., Боллеруп А.-М., Матич С. Развеять мифы о ВИЧ и СПИДе в Европе // РМЖ. 2006. №21. С. 1498

Введение Одно из основных направлений по сдерживанию распространения ВИЧ/СПИД, активно рассматриваемое в последнее время, состоит в идее объединить службы профилактики и лечения этого состояния со службами охраны репродуктивного здоровья, в частности, с действующими антенатальными службами и клиниками по лечению заболеваний, передаваемых половым путем. Однако такой подход справедлив для стран со слабо развитыми системами здравоохранения, в которых ВИЧ передается в основном половым путем (например, в странах, расположенных к югу от Сахары) и в которых меры по профилактике ВИЧ/СПИДа организованы соответствующим образом [1]. Однако в тех регионах, где наблюдаются наиболее высокие темпы распространения ВИЧ, в частности, в странах Восточной Европы, ситуация по заболеваемости ВИЧ/СПИДом требует иного подхода.

Одно из основных направлений по сдерживанию распространения ВИЧ/СПИД, активно рассматриваемое в последнее время, состоит в идее объединить службы профилактики и лечения этого состояния со службами охраны репродуктивного здоровья, в частности, с действующими антенатальными службами и клиниками по лечению заболеваний, передаваемых половым путем. Однако такой подход справедлив для стран со слабо развитыми системами здравоохранения, в которых ВИЧ передается в основном половым путем (например, в странах, расположенных к югу от Сахары) и в которых меры по профилактике ВИЧ/СПИДа организованы соответствующим образом [1]. Однако в тех регионах, где наблюдаются наиболее высокие темпы распространения ВИЧ, в частности, в странах Восточной Европы, ситуация по заболеваемости ВИЧ/СПИДом требует иного подхода.
Глобальные действия на уровне ООН
Главные этапы, обозначившие прорыв в решении проблемы ВИЧ/СПИДа, могут быть обозначены как научные и организационные: 1) разработка ингибиторов протеазы в 1996 году и официальное открытие 1 января того же года Объединенной программы ООН по борьбе со СПИДом (ЮНЭЙДС) вместо существовавшей ранее Глобальной программы ВОЗ по СПИДу. В деятельности ЮНЭЙДС участвуют шесть организаций–спонсоров системы ООН. ЮНЭЙДС – первая программа подобного рода на уровне ООН, сосредоточенная на борьбе с одним заболеванием. Согласно программным задачам, ЮНЭЙДС призвана «направлять, укреплять и поддерживать ответные меры, направленные на профилактику распространения ВИЧ, оказание помощи и поддержки больным, снижение подверженности отдельных лиц и сообществ ВИЧ/СПИДу и снижение угрозы эпидемии»[2].
Цели Развития Тысячелетия, которые представлены в Декларации Тысячелетия, принятой государствами–членами ООН в сентябре 2000 г., призвали международное сообщество расширить взгляд на задачи развития и рассматривать развитие человеческого потенциала как основу социального и экономического развития государств. Из восьми целей развития под номером 6 значится борьба с ВИЧ/СПИДом и другими инфекционными болезнями, что свидетельствует о приверженности международного сообщества расширению борьбы с ВИЧ/СПИДом (врезка 1).
С другой стороны, для обуздания эпидемии ВИЧ/СПИДом еще большую роль сыграла Специальная сессия Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций (ГА ООН) по проблеме ВИЧ/СПИДа. В работе ГА ООН, состоявшейся в Нью–Йорке в июне 2001 г., приняли участие руководители государств–членов ООН, которые собрались, чтобы «всесторонне рассмотреть проблему ВИЧ/СПИДа и разработать глобальный подход, обеспечивающий координацию и интенсификацию действий на национальном, региональном и международном уровнях, направленных на всестороннюю борьбу с этим заболеванием» (Декларация о приверженности делу борьбы с ВИЧ/СПИДом, «Глобальный кризис – Глобальные действия»). Это была первая сессия ГА ООН, на которой отдельно рассматривалась проблема общественного здравоохранения.
В апреле 2001 г. Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан призвал создать специальный фонд для борьбы с ВИЧ/СПИДом. В июле 2001 г. главы государств Большой восьмерки приняли решение о создании Глобального фонда борьбы со СПИДом, туберкулезом (ТБ) и малярией (врезка 2).
В том же 2001 г. организации–партнеры ЮНЭЙДС во главе с Всемирной Организацией Здравоохранения подсчитали, что при оптимальных условиях к концу 2005 года для 3 миллионов человек из развивающихся стран может быть обеспечена антиретровирусная терапия и доступ к медицинской помощи. Однако это заключение не привело к практическим результатам до тех пор, пока в сентябре 2003 г. руководители ЮНЭЙДС, ВОЗ и Глобального Фонда не выступили с совместным заявлением о том, что недостаточная доступность антиретровирусной терапии является глобальной проблемой номер один в борьбе с эпидемией ВИЧ/СПИДа. В результате во Всемирный день борьбы со СПИДом в 2003 году ВОЗ и ЮНЭЙДС выдвинули Инициативу «3 к 5» (обеспечить лечение 3 миллионов больных СПИДом к концу 2005 года), явившуюся конкретным планом действий в достижении глобальной цели по обеспечению к концу 2005 года высокоэффективной антиретровирусной терапии для 3 миллионов больных СПИДом в развивающихся странах и странах с переходной экономикой (врезка 3)
Инициатива «3 к 5» стала важным шагом на пути к обеспечению всеобщего доступа к антиретровирусной терапии для всех, кто нуждается в этом виде лечения (врезка 4). Эта цель была ясно выражена в отношении стран Европейского региона ВОЗ в Дублинской декларации (февраль 2004 г.) о партнерстве в борьбе с ВИЧ/СПИДом в Европе и Центральной Азии, в которой руководители европейских стран выразили готовность ускорить реализацию положений Декларации о борьбе с ВИЧ/СПИДом, принятой Генеральной Ассамблеей ООН. В частности, в этой декларации 52 страны взяли на себя обязательства, помимо прочих действий, «обеспечить к 2005 г. всесторонний доступ к эффективной, доступной и равной для всех лечебно–профилактической помощи и уходу за больными, в том числе, к безопасной антиретровирусной терапии для лиц, живущих с ВИЧ/СПИДом в странах Европейского региона, в которых уровень оказываемой помощи в настоящее время еще не достаточен по сравнению с уровнем, достигнутым в других странах. Антиретровирусная терапия должна обеспечиваться прежде всего лицам из беднейших слоев населения на общедоступной основе, с акцентом на пациентов, относящихся к группам повышенного риска и наиболее подверженных ВИЧ/СПИДу». Эта цель была в дальнейшем подтверждена в Вильнюсской декларации об укреплении ответных мер на угрозу ВИЧ/СПИДа в странах–членах Европейского Союза и соседних государствах, которая была подписана в сентябре 2004 г.
Европа – еще одна «горячая точка»
Во всем мире ВИЧ–инфекция распространяется преимущественно половым путем. Однако существует и множество других путей передачи ВИЧ, в том числе нозокомиальный путь, а также через инфицированную кровь и ее препараты, передачу инфекции от матери ребенку, а также через использование инфицированного инъекционного инструментария. Как правило, потенциальная опасность этих путей распространения ВИЧ–инфекции недооценивается в глобальной перспективе [3]. Хотя в странах Европейского региона достигнут значительный прогресс в профилактике распространения ВИЧ первыми тремя указанными выше путями, последний из упомянутых путей – через инфицированное инъекционное оснащение – по–прежнему представляет значительную проблему в 15 странах бывшего СССР, о чем далее будет сказано более подробно.
По оценкам ВОЗ и ЮНЭЙДС, по состоянию на конец 2004 года в 52 странах европейского региона насчитывалось 2,01 млн. лиц с ВИЧ/СПИДом [4], большинство из них – в странах Восточной Европы и Центральной Азии.
Начало эпидемии ВИЧ пришлось на начало 1980–х годов в странах Западной Европы и на конец 1980–х годов в странах Центральной Европы. В Центральной Европе (после периода относительного снижения заболеваемости и стабилизации ситуации) вновь отмечается, хотя и небольшой, рост количества зарегистрированных случаев ВИЧ/СПИДа [5], связанный в основном с диагностированием заболеваний у гетеросексуальных пациентов, заразившихся в странах, в которых отмечается генерализованная эпидемия [6]. Изучение динамики заболеваемости показывает, что в некоторых странах ВИЧ–инфицированные лица, проживающие на эндемичных территориях, составляют около половины от общего количества зарегистрированных новых случаев ВИЧ–инфекции, переданной гетеросексуальным путем [11]. Так, например, в Дании, где в эндемичных регионах регистрируется наибольшая частота передачи ВИЧ–инфекции гетеросексуальным путем, количество новых зарегистрированных случаев ВИЧ–инфекции среди иммигрантов в четыре раза выше по сравнению с коренным населением. При этом процент иммигрантов в статистике новых случаев ВИЧ–инфекции увеличивался почти ежегодно и более чем удвоился с 1990 г. до 2000 г. (с 16 до 37%) [7].
За последние годы в странах Западной Европы возросло и количество новых зарегистрированных случаев среди гомосексуалистов [2,11]. Хотя в период с 1999 г. по 2003 г. наиболее высокий рост в количественном отношении отмечен в Великобритании, в процентном выражении он составил более 40% в Бельгии [10]. В странах Центральной Европы общий прирост новых зарегистрированных случаев ВИЧ–инфекции и СПИДа оставался относительно низким и стабильным на протяжении последнего десятилетия.
Напротив, в Восточной Европе, в особенности, в 15 странах, расположенных на территории бывшего СССР, эпидемия ВИЧ находится лишь на начальной стадии. Количество новых зарегистрированных случаев ВИЧ–инфекции оставалось незначительным вплоть до 1994 г. Однако ситуация резко изменилась уже в начале 1995 г., когда на юге Украины была отмечена первая крупная вспышка ВИЧ среди потребителей инъекционных наркотиков [8]. Аналогичные вспышки были отмечены в Белоруссии, а также в Калининграде и других регионах Российской Федерации, а затем и в Молдове в 1996 г. По состоянию на 31 декабря 1997 г. в Украине общее число зарегистрированных случаев ВИЧ–инфекции увеличилось до 37 892, т.е. на 73% [9]. С тех пор ситуация в этом регионе продолжала ухудшаться, и к 1 июня 2005 г. общее количество зарегистрированных случаев ВИЧ–инфекции возросло до 420957 [10]. Однако по состоянию на конец 2004 г., фактическое количество лиц, живущих с ВИЧ/СПИДом, оценивалось на уровне 1,4 млн. [920 тыс. - 2,1 млн.] [9]. Столь быстрый рост зарегистрированных случаев ВИЧ/СПИДа свидетельствует о том, что страны Восточной Европы и Центральной Азии в настоящее время относятся к регионам, в которых отмечаются наиболее высокие уровни распространения эпидемии ВИЧ. Однако эпидемические процессы далеко не равномерно распространены как в регионах в целом, так и среди отдельных стран. В отношении абсолютных количественных показателей, наибольшее число ВИЧ–инфицированных лиц зарегистрировано в Российской Федерации и Украине, причем, по официальным данным, на Россию приходится около 74% от общего числа зарегистрированных случаев [16]. С другой стороны, наиболее высокие уровни распространенности ВИЧ наблюдаются в Эстонии, Латвии, Российской Федерации и Украине (рис. 1).
Развеять мифы
Передача ВИЧ половым путем?
В странах Восточной Европы и Центральной Азии большая часть новых выявленных случаев ВИЧ–инфекции приходится на потребителей инъекционных наркотиков. В среднем число новых случаев заражения ВИЧ в результате потребления инъекционных наркотиков доходит до 80% от общего числа случаев с выявленным путем заражения [10]. Однако следует отметить, что все большее количество случаев ВИЧ–инфекции (41% в 2003 г.) регистрируется без четкого выявления способа заражения [10]. Большая часть таких случаев может быть отнесена к категории инъекционных наркоманов. Поэтому указанный выше процент ВИЧ–инфицированных потребителей инъекционных наркотиков в действительности может оказаться гораздо выше, учитывая, что гендерная дистрибуция новых случаев ВИЧ–инфекции без выявленного способа заражения совпадает с гендерной дистрибуцией, характерной для потребителей инъекционных наркотиков [11]. Несмотря на наличие факторов риска в отношении заражения половым путем (таких как недостаточная осведомленность о путях заражения ВИЧ, отказ от применения презервативов в группах высокого риска, высокая распространенность других инфекций, передаваемых половым путем, распространенность проституции) [17], во многих странах Восточной Европы распространение ВИЧ половым путем, хотя и продолжает увеличиваться, но не очень высокими темпами, а увеличение количества новых выявленных случаев ограничено лишь отдельными странами (например, Белоруссией и Украиной, где ВИЧ–инфицирование половым путем составило соответственно 35 и 30% от всех зарегистрированных новых случаев – в среднем 9% от общего количества зарегистрированных случаев в том же году) [10].
Но даже в странах, в которых распространенность ВИЧ составляет более 1%, вирус по–прежнему в наибольшей мере сконцентрирован в среде инъекционных наркоманов и их половых партнеров и не распространяется на население в целом. Например, в исследовании, проведенном в период с 1996 г. по 2001 г. в Одессе (Украина) и посвященном изучению факторов риска среди ВИЧ–инфицированных половых партнеров, заразившихся половым путем, отмечалось, что от 55 до 83% половых партнеров были инъекционными наркоманами [12]. Несмотря на то, что к настоящему времени проведено только одно исследование, данные о частоте передачи ВИЧ половым путем в Украине и Белоруссии не следует переоценивать, поскольку они не обязательно свидетельствует о расширении эпидемии. Кроме того, имеющиеся данные свидетельствуют о том, что распространенность ВИЧ среди гомосексуалистов остается на весьма низком уровне, хотя не исключено, что эти данные занижены по всем странам восточного региона
(0,2% всех случаев, зарегистрированных в 2003 г.). Это связано с такими факторами, как стигматизация и отчуждение гомосексуалистов в некоторых странах этого региона. С учетом приведенных данных следует отметить, что представление о распространении ВИЧ преимущественно половым путем применительно к странам данного региона представляется ошибочным, равно как и часто приводимые данные в публикациях по этому вопросу [9,13,14].
Феминизация эпидемии?
Недавно, обсуждая проблемы борьбы с ВИЧ/СПИДом в Латвии, некоторые специалисты [19] высказывали точку зрения, что молодые женщины в Латвии наиболее подвержены риску инфицирования ВИЧ и что «ВИЧ/СПИД во все большей мере представляет опасность для женщин». В действительности дело обстоит следующим образом. В Латвии в период до мая 2005 г. на женщин приходилось 27% из 3131 зарегистрированного случая ВИЧ–инфицирования. В Латвии 80% процентов женщин и 84% мужчин  относятся к возрастной категории старше 20 лет. Хотя женщины более подвержены заражению ВИЧ при передаче инфекции половым путем, отсутствуют убедительные доказательства того, что в Латвии женщины подвергаются большему риску инфицирования по сравнению с мужчинами, поскольку среди мужчин, как известно, более распространено заражение в результате потребления инъекционных наркотиков. Гетеросексуальный путь заражения был идентифицирован только в 14% случаев (380), имевших место с начала эпидемии. При этом 81% от общего числа случаев заражения приходился на инъекционных наркоманов, большинство из которых составляли мужчины.
Проблема феминизации эпидемии, ставшая предметом обсуждения во время Всемирного дня борьбы со СПИДом в 2004 г., должна рассматриваться с учетом того факта, что с начала эпидемии на долю мужчин приходилось 72% от общего количества ВИЧ–инфицированных больных, зарегистрированных в странах Восточной Европы, а в 2003 г. эта доля составляла 62% [10]. Украина и Российская Федерация – единственные страны, в которых отмечается относительный прирост новых диагностированных случаев ВИЧ у женщин [15]. В Российской Федерации этот рост связан с увеличением числа инъекционных наркоманов среди женщин, а также в связи с половыми контактами женщин с мужчинами–потребителями инъекционных наркотиков. В Украине отмеченный статистически прирост количества ВИЧ–инфицированных женщин частично можно объяснить расширением практики тестирования на ВИЧ женщин в дородовом периоде. Кроме того, в Российской Федерации можно назвать и ряд других факторов, объясняющих распространение передачи ВИЧ–инфекции половым путем и инфицирование женщин. В частности, к таким факторам можно отнести снижение охвата тестированием на ВИЧ в связи с бюджетными сокращениями, имевшими место в последние годы, а также закон о борьбе с наркоманией, принятый в середине 2002 г., который предусматривает уголовное преследование потребителей инъекционных наркотиков. Как снижение охвата тестированием на ВИЧ, так и уголовное преследование потребителей инъекционных наркотиков, как правило, приводят к ограничению доступа к тестированию на ВИЧ и консультированию для наиболее стигматизированных категорий населения, каковыми и являются инъекционные наркоманы. Учитывая, что потребление инъекционных наркотиков шире распространено среди мужчин, можно предположить, что рост ВИЧ–инфицирования среди мужчин явился причиной относительного увеличения ВИЧ/СПИДа и среди женщин.
Наличие особых факторов риска
для молодых людей?
Все чаще приходится слышать мнение, что в том или ином регионе молодые люди являются наиболее вероятными потенциальными жертвами ВИЧ/СПИДа. В частности, при этом упоминается относительное количество диагностированных случаев у молодых людей в возрасте до 30 лет [9,17,19]. Однако согласно международным стандартам, в том числе, по данным ООН, к категории молодых людей относится молодежь в возрасте до 25 лет, в то время как 74% от общего количества зарегистрированных случаев заболеваний в Восточной Европе приходятся на возрастные группы от 20 до 39 лет. Крайне важно учитывать эти различия, поскольку мероприятия, проводимые среди учащихся и живущих в семьях юношей и девушек должны носить совершенно иной характер по сравнению с мероприятиями среди молодых людей, достаточно взрослых, готовых к трудоустройству и к тому, чтобы иметь собственную семью.
Что мешает профилактике
ВИЧ в Европе
Учитывая большое количество инъекционных наркоманов во многих странах Восточной Европы (что приводит к распространению ВИЧ/СПИДа среди потребителей инъекционных наркотиков), борьба с ВИЧ в этих странах должна предусматривать меры, которые охватывали бы не только лиц, относящихся к группам риска в отношении распространения ВИЧ половым путем. Эффективные программы должны предусматривать меры по снижению вреда, связанного с употреблением инъекционных наркотиков и с повторным применением шприцев, т.е. так называемые «программы снижения вреда». Хотя некоторые лица, на которых распространяются программы снижения вреда, являются одновременно и клиентами программ охраны репродуктивного здоровья (как, например, беременные женщины, применяющие инъекционные наркотики), тем не менее большинство пациентов находятся вне поля зрения программ снижения вреда. Представляется совершенно очевидным: работники служб охраны сексуального и репродуктивного здоровья должны, когда это необходимо, направлять своих пациентов в службы/программы снижения вреда. Но интеграция этих служб со службами профилактики ВИЧ/СПИДа практически невозможна, если учесть характер эпидемии и нежелание развивать программы снижения вреда от употребления наркотиков во многих странах Восточной Европы.
Роль программ снижения вреда
в профилактике ВИЧ
Лечению наркотической зависимости, которое включает заместительную терапию, устранение синдрома абстиненции и психологическую поддержку больных, посвящено более 100 исследований, которые взяты на вооружение Всемирной Организацией Здравоохранения [16]. Лечение наркотической зависимости должно стать важным компонентом всех мероприятий по профилактике и лечению ВИЧ/СПИДа у потребителей инъекционных наркотиков. Лечение наркотической зависимости помогает снизить в целом потребление наркотиков, частоту инъекций, а также устранить поведенческие установки, связанные с сопутствующими факторами риска. Эффективность заместительной терапии при наркотической зависимости, профилактика правонарушений со стороны наркоманов, снижение смертности от передозировки наркотиков, а также профилактика ВИЧ – все эти вопросы являются объектами многочисленных исследований и подтверждаются научными доказательствами [17,18,19]. Кроме того, имеются свидетельства того, что метадоновая терапия способствует улучшению общего состояния ВИЧ–инфицированных потребителей инъекционных наркотиков [20], что при заместительной терапии наркоманы чаще следуют предписанному курсу антиретровирусного лечения, чем при отсутствии антиретровирусной терапии, в группах плацебо или только при проведении детоксикации [21] и что заместительная терапия благотворно сказывается на трудоспособности больных, способствует повышению их материального и социального статуса.
Замена использованных шприцев и игл – другой важный компонент профилактики ВИЧ/СПИДа среди инъекционных наркоманов. Цель подобных программ заключается в том, чтобы обеспечить каждого потребителя инъекционных наркотиков стерильными шприцами и иглами, не допустить обмена использованными шприцами и иглами, сократить время их использования и обеспечить безопасное уничтожение использованных шприцев и игл. Имеются многочисленные свидетельства того, что доступность стерильных шприцев и игл для стационарных и амбулаторных больных значительно снижает трансмиссию ВИЧ–инфекции [22,23,24,26]. С другой стороны, имеются также убедительные свидетельства того, что доступность стерильного инъекционного инструментария ни в коей мере не приводит к распространению наркомании и привлечению к пользованию инъекционными наркотиками лиц, которые ранее не пользовались ими, а также к увеличению продолжительности и частоты пользования наркотиками среди наркоманов.
Однако всесторонние программы профилактики ВИЧ/СПИДа среди наркоманов не могут быть ограничены лишь лечением наркотической зависимости и обеспечением стерильных игл и шприцев. Необходимы дополнительные меры, в том числе просветительная работа по вопросам снижения и устранения факторов риска, привлечение служб первичной медицинской помощи, распространение практики применения презервативов, конфиденциальное консультирование по вопросам ВИЧ/СПИДа, обеспечение должного ухода и лечения лиц, живущих с ВИЧ/СПИДом, а также лечение инфекций, передаваемых половым путем.
Основное препятствие в работе по профилактике ВИЧ–инфекций в большинстве стран Восточной Европы – это наличие законодательных норм, запрещающих определенные меры, направленные на снижение вреда от наркомании. Так, например, в Российской Федерации невозможна опиоидная заместительная терапия, поскольку там запрещено применение метадона. Кроме того, в России в течение последних 5 лет, скорее, свертывались, а не расширялись программы по замене использованных шприцев и игл. По сравнению с 2002 годом количество соответствующих программ снизилось более чем вдвое, а их финансирование сократилось в среднем на 30% [4]. Принимая во внимание научные данные, подтверждающие эффективность заместительной терапии и программ по замене использованных шприцев и игл, ВОЗ выступает в пользу всемерной поддержки этих мер. Отсутствие подобных программ мешает профилактике распространения ВИЧ–инфекции.
Доступность антиретровирусной
терапии в Европе
Применительно к Европейскому региону ВОЗ, приверженность цели по обеспечению всеобщего и равного доступа к эффективным и доступным в материальном плане профилактике, лечению ВИЧ/СПИДа и уходу за больными к 2005 году, изложенной в Дублинской декларации, предусматривает предоставление услуг по дополнительному обеспечению антиретровирусной терапии для 100 тыс. больных к концу 2005 г. В период между 2003 и 2005 гг. достигнут значительный прогресс в этом направлении.
• Число больных, находящихся на антиретровирусной терапии, возросло с 242 тыс. до более чем 313 тыс., и, по оценкам, к концу 2005 г. увеличилось до 368,5 тысяч.
• В странах Западной Европы число пациентов, находящихся на антиретровирусной терапии, возросло на 26% (с 235 тыс. до 295 тыс.), в Центральной и Восточной Европе на 160% (с 7 тыс. до 18 тыс.).
• Количество стран, обеспечивающих всеобщий доступ к антиретровирусной терапии, возросло с 30 до 40, в том числе в Центральной и Восточной Европе – с 7 до 17. Согласно оценкам, к концу 2005 г. число таких стран возрасло до 49.
• Количество стран, в которых не предоставляется антиретровирусная терапия или предоставляется менее чем 1% больных, снизилось с 14 до 4 и, согласно оценкам, к концу 2005 г. ограничилось лишь одной страной.
Несмотря на то, что цель обеспечить антиретровирусную терапию для 100 000 пациентов уже достигнута, необходимость этого вида лечения еще далеко не удовлетворена во многих странах Восточной Европы, более того, потребность в нем все более возрастает. Так, согласно последним оценкам (август 2004 г.), в 15 странах бывшего СССР антиретровирусная терапия необходима для 159 тыс. пациентов, в то время как в июне 2005 г. она удовлетворялась лишь на 5% [16]. Наибольший дефицит антиретровирусной терапии наблюдается в Российской Федерации и Украине – около 139 тыс. и 17 тыс. соответственно. Таким образом, несмотря на высокие темпы обеспечения антриретровирусной терапии, потребность в ней возрастает гораздо быстрее по сравнению с теми мерами, которые предпринимаются в настоящее время. Подобная ситуация вызывает большую озабоченность, если учесть, что в ближайшие годы эпидемия будет расширяться и все большее число больных будут нуждаться в этом виде лечения. Согласно оценкам, к 2010 году число больных, нуждающихся в антиретровирусной терапии, возрастет до 650 тыс. [16].
Несмотря на то, что в Дублинской декларации подчеркивается важность обеспечения всеобщего доступа к антиретровирусной терапии, доступность этого вида лечения для инъекционных наркоманов весьма затруднена во многих странах Восточной Европы. В большинстве этих стран отсутствуют какие–либо нормы, регламентирующие отказ в антиретровирусной терапии больным из числа потребителей инъекционных наркотиков, однако многие лечебные учреждения не проявляют готовности к лечению таких пациентов, исходя из того, что такие больные не могут соблюдать предписанные режимы лечения. Однако имеющиеся данные свидетельствуют об обратном. Так, согласно результатам недавнего исследования, проведенного Европейским региональным бюро ВОЗ, во многих странах количество инъекционных наркоманов, следующих предписанным режимам лечения, хотя и медленно, но возрастает, равно как и количество больных, проходящих курс антиретровирусной терапии одновременно с заместительной опиоидной терапией.
Инициатива «3 к 5»:
успех или неудача?
Как указано выше, ООН явилась главным инициатором в проведении программ по лечению больных ВИЧ/СПИДом на глобальном, а зачастую и на национальном уровне. Несмотря на то, что сегодня уже ясно, что цель обеспечить антиретровирусную терапию дополнительно для 3 млн. больных не будет в целом достигнута, некоторым странам удалось выполнить поставленные задачи, включая страны Европейского региона ВОЗ. Цель, однако, состоит в том, чтобы эффективная антиретровирусная терапия смогла стать доступной для всех, кто в ней нуждается, и эта задача стоит в повестке дня национальных служб здравоохранения. На данном этапе важно то, что миллионы людей во всем мире, включая 139 тысяч больных только в Российской Федерации, не имеют доступа к лечению, в котором они остро нуждаются. Подобная ситуация недопустима и в этом, возможно, есть наша собственная вина. На Специальной сессии ООН, проведенной в июне 2005 года, отмечалось: «Правительства склонны ссылаться на недостаток ресурсов, официальные представители ООН будут кивать на правительства, гражданское общество будет заявлять о том, что оно сделало все, что от него зависит, и все успокоятся с мыслью о том, что в следующий раз удастся достичь больших успехов. Но для многих людей следующего раза просто не будет» [4].
Тем не менее было бы неправильным завершить наш материал на такой печальной ноте. Десятки тысяч людей во всем мире работают над проблемами профилактики и лечения ВИЧ/СПИДа на местном, национальном и международном уровнях в целях обеспечения все возрастающих потребностей в антиретровирусной терапии и для предотвращения пандемии ВИЧ/СПИДа. И поскольку нет недостатка в предложениях о путях решения этой проблемы [23,24], еще сохраняется надежда на успешное ее разрешение, имеется положительная динамика [25] – все это указывает на то, что «свет в конце туннеля» не исчез.

Европейское региональное бюро ВОЗ (www.euro.who.int/aids)

 

 

 

Литература
1 Robinson AJ and Gazzard BG. Rising rates of HIV infection. BMJ 2005; 330: 320–321.
2 UNAIDS. A joint response to HIV/AIDS: Joint United Nations Programme on HIV/AIDS. Geneva: UNAIDS, 2004
3 Britton S. The HIV pandemic: darkness prevails but there is light. Scand J Public Health 2004;32: 232–233.
4 UNAIDS/WHO. AIDS epidemic update, December 2004. Geneva: UNAIDS/WHO, 2004.
5 European Centre for the Epidemiological Monitoring of AIDS (EuroHIV). HIV/AIDS surveillance in Europe. End–year report 2004. Saint–Maurice: Institute de Veille Sanitaire, 2004. No. 70.
6 Hamers FF, Downs AM. The changing face of the HIV epidemic in western Europe: what are the implications for public health policies? Lancet 2004;364:83–94.
7 Smith E. (2003). «HIV/AIDS Surveillance in Denmark: The Challenges Ahead». Journal of Acquired Immune Deficiency Syndromes, 32:S33?S38.
8 Hamers FF, Batter B, Downs AM, Alix J, Cazein F, Brunet JB. The HIV epidemic associated with injecting drug use in Europe: geographic and time trends. AIDS 1997;11:1365–74.
9 Dehne KL, Khodakevich L, Hamers FF, Schwartl?nder B. The HIV/AIDS epidemic in eastern Europe: recent patterns and trends and their implications for policy–making. AIDS 1999;13:741–49.
10 WHO Regional Office for Europe, Sexually transmitted infections /HIV/AIDS Programme, unpublished data, 1 June 2005.
11 Hamers FF, Downs AM. HIV in central and eastern Europe. Lancet 2003;361:1035–46.
12 National AIDS Centre, Ukraine, «Risk Factors of Sexual Partners of Officially Registered HIV Cases, Infected through Sexual Contact, Odessa, 1996–2001.
13 Eglitis DS, Cihanovica J. The Changing Face of AIDS: Young Latvian women are four times more likely to get HIV than men are. Why?.http://www.tol.cz/look/TOL/article.tpl?IdLanguage= 1&IdPublication=4&NrIssue=116&NrSection=3&NrArticle=14045
14 World AIDS Day 2004, www.unaids.org.
15 WHO Regional Office for Europe, Sexually transmitted infections /HIV/AIDS Programme. Review of monthly and annual statistical reports. 1 June 2005.
16 World Health Organization. Evidence for action on HIV/AIDS and injecting drug use. Policy Brief: Reduction of HIV transmission through drug–dependence treatment. Geneva: WHO, 2004.
17 Ward J, Mattick RP, Hall W (editors). Methadone maintenance treatment and other opioid replacement therapies. Amsterdam: Harwood Academic Publishers; 1998.
18 Sorensen JL, Copeland AL. Drug abuse treatment as an HIV prevention strategy: a review. Drug and Alcohol Dependence 2000;59(1):17–31.
19 Gowing L, Farrell M, Bornemann R, Ali R. Substitution treatment of injecting opioid users for preventing transmission of HIV infection (Cochrane review protocol). Cochrane Library 2004; Issue 3. Chichester, UK: John Wiley and Sons Ltd.
20 Weber R, Ledergerber B, Opravil M, Siegenthaler W, Luthy R. Progression of HIV infection in misusers of injected drugs that stop injecting or follow a programme of maintenance treatment with methadone. British Medical Journal 1990;301(6765):1362–65.
21 Mattick RP, Breen C, Kimber J, Davoli M. Methadone maintenance therapy versus no opioid replacement therapy for opioid dependence (Cochrane review). The Cochrane Library 2002; Issue 4. Chichester, UK: John Wiley and Sons Ltd.
22 Shottenfeld RS, Pakes JR, Oliveto A, Ziedonis D, Kosten TR. Buprehorphine vs methadone maintenance treatment for concurrent opioid dependence and cocaine abuse. Archives of General Psychiatry 1997;54(8):713–20.
23 Conant M. Losing the war on AIDS. American Academy of Dermatology. Journal of the American Academy of Dermatology, July 2004: S47–S48.
24 WHO and UNAIDS. Treating 3 Million by 2005: Making it happen, WHO 2003.
25 WHO and UNAIDS. Progress on Global Access to HIV Antiretroviral Therapy: An update on 3 by 5 (June 2005), http://www.who.int/3by5/fullreportJune2005.pdf.


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak