Спазмолитическая терапия мочекаменной болезни

Ключевые слова
Похожие статьи в журнале РМЖ

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №18 от 19.07.2012 стр. 898
Рубрика: Хирургия

Для цитирования: Коздоба А.С. Спазмолитическая терапия мочекаменной болезни // РМЖ. 2012. №18. С. 898

Мочекаменная болезнь (МКБ) – одно из распространенных урологических заболеваний, встречается не менее чем у 3,8% населения России. В развитых странах мира из 10 млн человек 400 тыс. страдают МКБ. В 2002 г. в России заболеваемость МКБ составила 535,8 случая на 100 тыс. населения [1,2]. По встречаемости МКБ занимает 2–е место после воспалительных неспецифических заболеваний почек и выявляется практически в любом возрасте. Заболевание проявляется характерными симптомами, вызванными нарушением уродинамики верхних и нижних мочевых путей и изменением функции почки.

Наиболее ярким проявлением МКБ является почечная колика (ПК). Это один из наиболее сильных и мучительных видов боли, которая требует скорой диагностики и лечения. По данным различных авторов, риск возникновения ПК в течение жизни составляет от 1 до 10%. Наиболее частой причиной ПК является обструкция камнем мочеточника или, что бывает сравнительно редко, чашечки («чашечковая» колика). В любом случае ПК – следствие острого нарушения пассажа мочи по верхним мочевым путям (ВМП) (чашечно–лоханочная система и мочеточник). Патогенез ПК можно представить следующим образом: острая окклюзия ВМП ==> резкое повышение давления в чашечно–лоханочной системе ==> отек паренхимы ==> растяжение фиброзной капсулы почки. Боль при ПК является следствием гиперактивации барорецепторов фиброзной капсулы почки и чашечно–лоханочной системы, которая в виде афферентных импульсов по ThXI–LI сегментам спинного мозга передается в кору головного мозга, где манифестируется как боль [3].
Боль обычно возникает внезапно, без каких–либо предвестников, имеет постоянный и схваткообразный характер; ее локализация – в поясничной области или подреберье на стороне поражения. Иррадирует боль по ходу мочеточника в подвздошную, паховую области, а при камне нижней трети мочеточника – в мошонку, половой член, влагалище и половые губы. Принято считать, что иррадиация боли снижается с перемещением камня, который в этом случае чаще всего останавливается в местах физиологических сужений мочеточника – лоханочно–мочеточниковом сегменте, зоне перекреста мочеточника с подвздошными сосудами и, наконец, в юкставезикальном (предпузырном) и интрамуральном (внутри стенки мочевого пузыря) отделах.
Боль может сопровождаться тошнотой и рвотой, не приносящей облегчения, а также задержкой отхождения газов и развитием пареза кишечника разной степени. Характер боли, особенно в первые часы приступа, заставляет больного менять положение тела, но это не приносит облегчения. При локализации камня в юкставезикальном отделе мочеточника могут быть ложные позывы к дефекации и выраженное, учащенное мочеиспускание малыми порциями.
ПК с острой болью в пояснице развивается примерно у 3% беременных женщин в III триместре. Клиническая картина чаще соответствует локализации обструкции в верхних двух третях мочеточника.
Лечение МКБ может быть оперативным (ДУВЛ, рентген–эндоурологические операции и «традиционные» открытые операции), медикаментозным и профилактическим. Выбор метода лечения осуществляется с учетом результатов клинического обследования больного, химической структуры конкремента, наличия сопутствующих заболеваний [2,4–7]. В консервативной терапии выделяют несколько направлений: воздействие на факторы нарушения обмена веществ, литолитическую и литокинетическую терапию.
В данной статье анализируется действие препаратов различных групп, обладающих спазмолитическим и камнеизгоняющим эффектами.
К таковым относятся:
• cпазмолитики;
• блокаторы кальциевых каналов;
• a–адреноблокаторы;
• нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП);
• растительные препараты.
Спазмолитики
Препараты этой группы применяют для устранения приступа ПК, отхождения мелких конкрементов и уменьшения отека тканей при длительном стоянии конкремента. Учитывая, что воспалительные изменения обычно сопровождаются болью и лихорадкой, целесообразно в ряде случаев использовать комбинированную терапию – сочетание спазмолитиков с НПВП.
В зависимости от механизма действия спазмолитики подразделяют на 2 основные группы: нейротропные и миотропные. В лечении МКБ могут быть использованы обе группы препаратов.
Механизм действия нейротропных спазмолитиков – это нарушение передачи нервных импульсов по вегетативным ганглиям или нервным окончаниям, стимулирующим гладкомышечные волокна. К нейтропным спазмолитикам относятся М–холиноблокаторы, которые делятся на третичные (атропин, скополамин), проникающие через гематоэнцефалический барьер и четвертичные (метацин).
Спазмолитический эффект холиноблокаторов обусловлен способностью препаратов данной группы угнетать холинергическую иннервацию гладкомышечных органов. Вместе с тем некоторые холиноблокаторы, например платифиллин, обладают миотропными спазмолитическими свойствами. Нейротропные спазмолитические средства из числа М–холиноблокаторов наиболее широко используют для предупреждения и купирования спазмов гладкой мускулатуры органов желудочно–кишечного тракта (ЖКТ) и мочевыводящих путей, а также в качестве бронхолитических средств. Нейротропные спазмолитики у больных МКБ применяют редко ввиду выраженных побочных эффектов и низкой спазмолитической активности.
У миотропных спазмолитических препаратов выделяют несколько механизмов воздействия на гладкомышечные волокна.
Ингибирование фермента фосфодиэстеразы, превращающей цАМФ в цГМФ. Аденозин 3’–5’–цикломонофосфат (цАМФ) и гуанозин 3’–5’–цикломонофосфат (цГМФ) играют важную роль в регуляции тонуса гладкомышечных клеток. Увеличение концентрации этих веществ напрямую связано с релаксацией мускулатуры. Внутриклеточная концентрация циклических нуклеотидов определяется относительной скоростью их образования с помощью агонист–индуцируемой стимуляции аденилатциклазы (агонист – норадреналин) и гуанилатциклазы (агонист – ацетилхолин), а также скоростью их гидролиза фосфодиэстеразными ферментами клеток (ФДЭ).
Различия во внутриклеточном распределении изоферментов ФДЭ являются важным фактором, определяющим их индивидуальную регуляторную роль. По данным серии экспериментальных исследований установлено около 7 различных семейств ФДЭ: Ca2+–кальмодулин–зависимые (ФДЭ I), ц–ГМФ–стимулируемые (ФДЭ II), ц–ГМФ–ингибируемые (ФДЭ III), ц–АМФ–специфические (ФДЭ IV), ц–ГМФ–специфические (ФДЭ V), фотоспецифические (ФДЭ VI), высокоаффинные (устойчивые) (ФДЭ VII). В гладкомышечных клетках мочевыводящих путей обнаружено существование по крайней мере трех различных изоформ (I, II, IV), однако также преобладает ФДЭ IV.
Для устранения патологического спазма ВМП применяются спазмолитики, обладающие этиопатогенетическим и симптоматическим воздействием, направленным на устранение спазма и боли, а также предупреждение осложнений, связанных с нарушением функции ВМП и кишечника. Купируя спазм, спазмолитики нормализуют функционирование органов: восстанавливают уро– и гемодинамику ВМП.
Наиболее часто в России применяются препараты, содержащие дротаверин. Дротаверин как одно из производных изохинолина селективно блокирует фосфодиэстеразу (ФДЭ IV), которая содержится в гладкомышечных клетках мочевых путей, вследствие чего повышается концентрация циклического аденозинмонофосфата (цАМФ). Повышение концентрации цАМФ связано с релаксацией мускулатуры, уменьшением отека и воспаления, в патогенезе которых принимает участие ФДЭ IV.
Препараты этой группы применяют для устранения приступа ПК. Спазмолитики улучшают отхождение мелких конкрементов до 0,7–10 мм [2,3], уменьшают отек тканей при длительном стоянии конкремента.
Спазмолитический эффект дротаверина у больных с ПК, обусловленной нефро– и уретролитиазом, был показан в клинических исследованиях. Особенностью действия препарата было не только купирование ПК, но и восстановление пассажа мочи по мочевыводящим путям.
В контролируемом исследовании у 208 госпитализированных пациентов с уретролитиазом проводилось сравнение эффективности дротаверина и атропина, во всех случаях дополнительно больные получали анальгетики [8]. У пациентов выявлялись камни преимущественно в нижней части мочеточников, размеры камней составляли от 7 до 26 мм (по максимальному измерению). У 68% пациентов, получавших дротаверин, и у 55,6%, получавших атропин, произошла спонтанная эвакуация камней. Причем на фоне применения дротаверина отходили даже камни крупных размеров (более 17 мм) в 24%, тогда как в контрольной группе – лишь в 2% случаев.
Средняя частота приступов ПК на одного больного в обеих группах не различалась (1,6 и 1,7 соответственно); вместе с тем продолжительность периода времени до эвакуации камней была существенно короче на фоне применения Но–шпа® (дротаверина гидрохлорид) в сравнении с контролем (4,6 против 5,7 дня соответственно).
В 1999–2000 гг. было проведено крупное многоцентровое плацебо–контролируемое клиническое исследование для изучения эффективности Но–шпа® при МКБ [9]. В исследование было включено 140 пациентов (средний возраст – 42,5 года) с верифицированными с помощью УЗИ или рентгенологических исследований камнями в почках и мочеточниках. Для купирования ПК применяли Но–шпа® внутривенно в дозе 80 мг или плацебо. В анализ были включены 102 больных: 48 из них получали Но–шпа®, 54 – плацебо. Главной конечной точкой исследования являлась оценка спазмолитического эффекта Но–шпа® в течение 3 ч.
Эффективность спазмолитического действия Но–шпа® составила 79%, в группе плацебо – 46% (р=0,001), причем уменьшение интенсивности боли по 5–балльным шкалам было достоверно более выражено на фоне применения Но–шпа®, чем при использовании плацебо. Уменьшение боли по ВАШ имело достоверные различия только через 20 мин.
Применение дротаверина в период беременности не обладает ни тератогенным, ни эмбриотоксическим эффектом. Однако применение препарата рекомендуется только после тщательного взвешивания соотношения преимущества и риска для матери и плода. Необходимо с осторожностью принимать препарат при гипотензии.
В настоящее время препарат Но–шпа® (фармацевтическая компания «Санофи–Авентис», Франция) выпускается в лекарственных формах таблеток, раствора. Раствор для внутривенного и внутримышечного введения можно применять при острых коликах (40–80 мг внутривенно медленно (продолжительность введения – приблизительно 30 сек.)). Каждая таблетка Но–шпа® форте содержит 80 мг дротаверина.
a–адреноблокаторы
Другой группой препаратов, используемой для спазмолитического и литолитического лечения МКБ, являются a–адреноблокаторы.
В мочеточнике были обнаружены три подтипа адренергических рецепторов: a1A, a1В и a1D–адренорецепторы [10]. Эти рецепторы имеют неравномерное распределение – наиболее высокая плотность адренорецепторов в дистальных отделах мочеточника приходится на a1D–адренорецепторы [11,12]. А–адреноблокаторы подавляют сокращения, снижают базальный тонус гладкомышечных волокон мочеточника, а также антиперистальтические волны сокращения мочеточника, что приводит к купированию приступа ПК и камнеизгоняющему эффекту. Исходя из этого для расслабления гладкомышечных волокон стенки мочеточника, с целью самостоятельного отхождения камней нижней трети мочеточника, а также после дистанционной литотрипсии возможно использование a–адреноблокаторов. Выделяют несколько видов a–адреноблокаторов: селективные (тамсулозин) и неселективные (теразозин и доксазозин).
Тамсулозин избирательно и конкурентно блокирует постсинаптические a1А–адренорецепторы, находящиеся в гладкой мускулатуре предстательной железы, мочевом пузыре, простатической части уретры, а также a1D–адренорецепторы, преимущественно расположенные в шейке мочевого пузыря и нижней трети мочеточника. Это приводит к снижению тонуса гладкой мускулатуры нижней трети мочеточника, шейки мочевого пузыря, простатического отдела уретры. Противопоказаниями к применению препаратов этой группы являются ортостатическая гипотензия в анамнезе, тяжелая печеночная недостаточность.
Более того, по данным зарубежной литературы, тамсулозин вызывает блокирование проведения болевых импульсов по нервным волокнам С–типа [10]. Этот факт, а также уменьшение частоты перистальтических волн и выраженности локального спазма стенки мочеточника, возможно, объясняют снижение частоты болевых приступов и потребности в назначении анальгетиков при использовании тамсулозина в лечении и профилактике ПК.
Анализ отечественной и зарубежной литературы показал преимущество a–блокаторов: они увеличивают скорость спонтанного прохождения камня на 14–29% в нижней трети мочеточника. Также a–адреноблокаторы – группа препаратов, которая рекомендована для камнеизгоняющей медикаментозной терапии Американской ассоциацией урологов (AUA) и Европейской ассоциацией урологов (EAU).
Тамсулозин является наиболее распространенным и изученным препаратом, используемым для камнеизгоняющей терапии. Однако исследование по сравнению эффективности тамсулозина, теразозина и доксазозина не продемонстрировало какой–либо существенной разницы [13,14]. В таблице 1 представлены сводные данные о частоте спонтанного отхождения камней через 1 мес. применения различных a–адреноблокаторов.
Блокаторы кальциевых каналов
К спазмолитикам миотропного действия относятся также антагонисты кальция. Увеличение цитоплазматической концентрации свободных ионов кальция – один из основных механизмов инициирования сокращения мочеточника. Блокаторы (антагонисты) кальциевых каналов уменьшают фазово–ритмические сокращения в чашечно–лоханочной системе [15] и мочеточнике [6]. Именно это и определяет ценность данного класса препаратов в лечении ПК и использование их в качестве камнеизгоняющей терапии.
Блокаторы кальциевых каналов, в частности нифедипин, изучались очень широко. Было доказано, что нифедипин достоверно увеличивает частоту спонтанного отхождения конкрементов мочеточника [17].
Дэвенпорт и др. обнаружили положительное спазмолитическое воздействие антагониста Ca2+ (нифедипин) на верхнюю и нижнюю трети мочеточника по сравнению с a–адреноблокаторами: 57 против 47% и 33 против 65% соответственно [18]. Эти данные позволяют ожидать положительный эффект использования антагонистов Ca2+, что подкрепляется исследованием воздействия антагонистов кальция и a–адреноблокаторов и на частоту сокращений мочеточника, внутримочеточникового давления и уродинамики ВМП. Оба препарата позволили нормализовать перистальтику мочеточника, что очень важно для успешного отхождения конкремента [19]. Кроме того, многоцентровое проспективное рандомизированное исследование по сравнению эффективности тамсулозина и нифедипина в камнеизгоняющей терапии для дистального отдела мочеточника показало, что тамсулозин значительно лучше, чем нифедипин, способствовал купированию ПК и изгнанию камней из мочеточника [14].
При применении нифедипина возможны головная боль, отеки лодыжек, ортостатическая гипотензия, нарушение сердечного ритма, боль в грудной клетке, а также тошнота, изжога, запор, диарея, гиперплазия десен. Нифедипин противопоказан при артериальной гипотензии, беременности, остром инфаркте миокарда, выраженном аортальном стенозе, порфирии, лактации.
В трех исследованиях сравнивали эффективность тамсулозина и нифедипина при применении с целью отхождения камней из дистальных отделов мочеточника [20–22]. Keshvary и др. не обнаружили статистической разницы между тамсулозином и нифедипином [48]. Лучшие показатели эффективности в отхождении конкрементов были у тамсулозина, хотя различия не были статистически значимыми [21]. Dellabella и др. сравнивали эффективность применения тамсулозина и нифедипина для отхождения камней >4 мм и обнаружили, что частота их отхождения была значительно выше (p=0,001), а сроки – короче (р<0,0001) в группе тамсулозина, хотя камни у больных, принимавших тамсулозин, были больше (7,2 против 6,2 мм). Примечательно, что размер камня и время изгнания не коррелируют [22] (табл. 2).
Нестероидные
противовоспалительные препараты (НПВП)
Главным и общим элементом механизма действия НПВП является угнетение синтеза простагландинов (ПГ) из арахидоновой кислоты путем ингибирования фермента циклооксигеназы (ПГ–синтетазы).
Простагландины имеют разностороннюю биологическую активность:
• являются медиаторами воспалительной реакции: вызывают локальное расширение сосудов, отек, экссудацию, миграцию лейкоцитов и другие эффекты (в основном ПГ–Е2 и ПГ–I2);
• сенсибилизируют рецепторы к медиаторам боли (гистамину, брадикинину) и механическим воздействиям, понижая порог болевой чувствительности;
• повышают чувствительность гипоталамических центров терморегуляции к действию эндогенных пирогенов (интерлейкина–1 и др.), образующихся в организме под влиянием микробов, вирусов, токсинов (главным образом – ПГ–Е2) [24].
В последние годы было установлено, что существуют как минимум два изофермента циклооксигеназы, которые ингибируются НПВП. Первый изофермент – ЦОГ–1 (СОХ–1 – англ.) контролирует выработку простагландинов, регулирующих целостность слизистой оболочки ЖКТ, функцию тромбоцитов и почечный кровоток. Второй изофермент – ЦОГ–2 участвует в синтезе простагландинов при воспалении, причем в обычных условиях ЦОГ–2 отсутствует, вырабатываясь в ткани под действием некоторых тканевых факторов, инициирующих воспалительную реакцию (цитокины и др.). В связи с этим предполагается, что противовоспалительное действие НПВП обусловлено ингибированием ЦОГ–2, а их нежелательные реакции – ингибированием ЦОГ–1. Соотношение активности НПВП в плане блокирования ЦОГ–1/ЦОГ–2 позволяет судить об их потенциальной токсичности. Чем меньше эта величина, тем более селективен препарат в отношении ЦОГ–2 и тем самым менее токсичен [25].
Противовоспалительное действие может быть связано с торможением перекисного окисления липидов, стабилизацией мембран лизосом (оба этих механизма предупреждают повреждение клеточных структур), уменьшением образования АТФ (снижается энергообеспечение воспалительной реакции), торможением агрегации нейтрофилов (нарушается высвобождение из них медиаторов воспаления) и продукции ревматоидного фактора у больных ревматоидным артритом. Анальгезирующий эффект в определенной степени связан с нарушением проведения болевых импульсов в спинном мозге (метамизол).
Эффективность НПВП при ПК, возникающей у больных МКБ, во многом связана с торможением продукции ПГ–E2 в почках, снижением почечного кровотока и образования мочи. Это ведет к уменьшению давления в почечных лоханках и мочеточниках выше места обструкции и обеспечивает длительный анальгезирующий эффект. Преимуществом НПВП перед наркотическими анальгетиками является то, что они не угнетают дыхательный центр, не вызывают эйфорию и лекарственную зависимость, а при коликах имеет значение еще и то, что они не обладают спазмогенным действием.
При длительном применении неселективных ингибиторов ЦОГ возможны развитие диспепсии, обострение хронического гастрита, гастродуоденита, язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки.
Все НПВП потенциально могут оказывать негативное влияние на функцию почек и систему кровообращения. С особой осторожностью любые НПВП должны применяться у пациентов с сопутствующими кардиоваскулярными заболеваниями и патологией почек.
Исследования применения индометацина in vivo и у пациентов продемонстрировали значительное снижение давления в ВМП, что привело к купированию ПК [25]. Однако до сих пор ни в одном исследовании не сообщалось об ускоренном изгнании камней. Тем не менее рандомизированные плацебо–контролируемые исследования по использованию НПВП в сочетании с препаратами других групп, применявшимися в камнеизгоняющей терапии, дают более эффективные результаты, чем применение последних в виде монотерапии [26].
Растительные препараты
На данный момент в аптечных сетях представлено большое количество растительных препаратов, которым могут быть использованы для спазмолитической терапии при МКБ. Ниже перечислены, на наш взгляд, наиболее распространенные из них.
Канефрон – комплексное лекарственное средство, содержащее экстракты золототысячника, шиповника, любистока, розмарина и 19 об. % спирта. Канефрон оказывает совокупное действие: спазмолитическое, диуретическое, противовоспалительное, антиоксидантное и нефропротективное. Терапевтические свойства этого препарата обусловлены входящими в его состав эфирными маслами (любисток, розмарин), фенолкарбоновыми кислотами (розмарин, любисток, золототысячник), фталидами (любисток), горечами (золототысячник), аскорбиновой, пектиновой, лимонной и яблочной кислотами, витаминами. Спазмолитический эффект возникает вследствие действия флавоноидной составляющей препарата. Аналогичное действие проявляют фталиды (любисток), розмариновое масло. Слабыми спазмолитическими свойствами обладают фенолкарбоновые кислоты. Ряд авторов рекомендуют применять канефрон для улучшения отхождения фрагментов конкрементов (после ДУВЛ), это связано со спазмолитическим, диуретическим и противовоспалительным свойствами этого препарата.
Цистон – это комплексный растительный препарат, в состав которого входят 9 компонентов: экстракты двуплодника стебелькового, марены сердцелистной, камнеломки язычковой, сыти пленчатой, соломоцвета шероховатого, оносмы прицветковой, вернонии пепельной, порошки мумие и силиката извести. Комплекс биологически активных веществ, входящих в состав цистона, оказывает литолитическое, диуретическое, спазмолитическое, противомикробное, мембраностабилизирующее и противовоспалительное действие.
Фармакологическое действие цистона заключается в снижении активности камнеобразования и уменьшении спонтанной кристаллурии. Применение цистона после сеансов литотрипсии способствует выведению фрагментов конкрементов и предотвращает рецидив камнеобразования, стимулируя диурез и расслабляя гладкую мускулатуру мочевого тракта. По результатам клинических испытаний терапия цистоном в течение 6 нед. приводит к исчезновению или значительному уменьшению симптоматики у 86% и к прекращению или снижению активности камнеобразования у 74% больных с уролитиазом. Препарат эффективен при всех видах камней, и его литолитический эффект не зависит от рН мочи при длительном применении [7,27].
В состав фитолизина входят экстракты корневищ пырея, луковиц лука репчатого, листьев березы, плодов петрушки, золотарника, корней любистока, травы хвоща полевого, травы горца птичьего, масло шалфея, хвои сосны, мяты перечной и апельсиновое масло. Препарат обладает мочегонным, спазмолитическим, противомикробным и противовоспалительным эффектами. Способствует выведению мелких конкрементов. Назначают препарат для улучшения отхождения и предотвращения рецидивов МКБ, при инфекции мочевыводящих путей.
Цистенал выпускается в виде капель для приема внутрь. В состав препарата входят настойка корня марены красильной, магний салицилат, эфирные масла. Фармакологическое действие: противовоспалительное, спазмолитическое. Препарат применяют при МКБ, сопровождающейся вторичными воспалительными изменениями. Существует комбинированный препарат – спазмоцистенал с выраженным спазмолитическим эффектом [3].
Спектр растительных препаратов, представленных в российских аптеках, достаточно широк. В основном это комплексные препараты, обладающие спазмолитическим и камнеизгоняющим действием, однако найти в современной отечественной и западной литературе данные о рандомизированных исследованиях этих препаратов нам не удалось.
Заключение. Таким образом, группа препаратов, обладающих спазмолитическим и камнеизгоняющим эффектом, достаточно велика. Данных о проведенных исследованиях, позволяющих выделить какую–то группу или препарат как «золотой стандарт» в спазмолитической и/или камнеизгоняющей терапии МКБ, нами получено не было. Нет единого мнения о месте того или иного препарата в терапии МКБ и корреляции между размером конкремента, его локализацией, скоростью отхождения и химическим составом. Тем не менее каждый из представителей этих групп препаратов может быть использован в комплексной спазмолитической терапии МКБ.

Таблица 1. Сводные данные об использовании различных α–адреноблокаторов для самостоятельного отхождения конкрементов сроком 1 мес. (%) [13,14]

Таблица 2. Сравнительные данные последних исследований эффективности различных препаратов для литокинетической терапии [23]

Литература
1. Дзеранов Н.К, Казаченко А.В., Бешлиев Д.А. Лечение мочекаменной болезни // Урология. 2002. № 6. С. 3–8.
2. Дзеранов Н.К., Константинова О.В. Мочекаменная болезнь // В кн.: Рациональная фармакотерапия в урологии / под ред. Н.А. Лопаткина, Т.С. Перепановой. М.: Литтерра, 2006. 824 с.
3. Мазо Е.Б., Верткин А.Л., Тихоновская Е.Ю. Почечная колика на догоспитальном этапе // Справочник поликлинического врача. 2008. № 9. С. 17–20.
4. Аляев Ю.Г., Руденко В.И., Философова Е.В. Современные аспекты медикаментозного лечения больных мочекаменной болезнью // Рус. мед. журн. 2004. Т. 12. № 8. С. 534–540.
5. Джавад–заде С.М. Современный взгляд на патогенез, течение и лечение мочекаменной болезни // Урология. 1999. № 5. С. 10–12.
6. Preminger G.M., Tiselius H.–G., Assimos D.G. et al. American Urological Association Education and Research, Inc. European Association of Urology. 2007 guideline for the management of ureteral calculi // Eur Urol. Vol. 52 2007. Р. 1610–1631.
7. Аляев Ю.Г., Григорян З.Г. ДУВЛ у больных опухолью почки // Материалы пленума Российского общества урологов. 2003. С. 52–53.
8. Vecsey D. Results achieved by combined analgesic and spasmolytic treatment of patients with ureterolithiasis // Urol. Nephrol. 1983. Vol. 10. P.187–190.
9. Romics I., Molnar D.L., Timberg G. et al. The effect of drotaverine hydrochloride in acute colicky pain caused by renal and ureteric stones // BJU International. 2003. Vol. 92. P. 92–96.
10. Hieble J.P.,. Bylund D.B, Clarke D.E. et al. International Union of Pharmacology. X. Recommendations for nomenclature of alpha1–adrenoceptors: Consensus update // Pharmacol Rev. Vol. 47. 1995 Р. 267–270.
11. Sigala S., Dellabella M., Milanese G. et al. Evidence for the presence of α1 adrenoceptor subtypes in the human ureter // Neurourol Urodynam. 2005. Vol. 24. Р. 142–148.
12. Itoh Y., Kojima Y., Yasui T., Tozawa K., Sasaki S., Kohri K. Examination of alpha 1 adrenoceptor subtypes in the human ureter // Int J Urol. 2007. Vol. 14. Р. 749–753.
13. Snir N., Moskovitz B., Nativ O. et al. Papaverine hydrochloride for the treatment of renal colic: an old drug revisited—a prospective randomized study // J Urol. 2008. Vol. 179. Р. 1411–1414.
14. Yencilek F., Aktas C., Goktas C., Yilmaz C., Yilmaz U., Sarica K. Role of papaverine hydrochloride administration in patients with intractable renal colic: randomized prospective trial // Urology. 2008. Vol. 72. Р. 987–990.
15. Hertle L., Nawrath H. Calcium channel blockade in smooth muscle of the upper urinary tract I: effects on depolarization–induced activation // J Urol. 1984. Vol. 132. . Р. 1265–1269.
16. Borghi L., Meschi T., Amato F. et al. Nifedipine and methylprednisolone in facilitating ureteral stone passage: a randomized, double–blind, placebo–controlled study // J Urol. 1994. Vol. 152. Р. 1095–1098.
17. Dal Moro F., Abate A., Lanckriet G.R. et al. A novel approach for accurate prediction of spontaneous passage of ureteral stones: support vector machines // Kidney Int. 2006. Vol. 69. Р. 157–160.
18. Davenport K., Timoney A., Keeley F.X. Effect on smooth muscle relaxant drugs on proximal human ureteric activity in vivo: a pilot study // Urol Res. 2007. Vol. 35. Р. 207–213.
19. Davenport K., Timoney A., Keeley F.X. A comparative in vitro study to determine the beneficial effect of calcium–channel and alpha (1)–adrenoceptor antagonism on human ureteric activity // BJU Int. 2006. Vol. 98. Р. 651–655.
20. Keshvary M., Taghavi R., Arab D. The effect of tamsulosin and nifedipine in facilitating juxtavesical stones’ passage // Med J Mashhad University Med Sci. 2006. Vol. 48.
21. Porpiglia F., Ghignone G., Fiori C., Fontana D., Scarpa R.M. Nifedipine versus tamsulosin for the management of lower ureteral stones // J Urol. 2004. Vol. 172. Р. 568–571.
22. Dellabella M., Milanese G., Muzzonigro G. Randomized trial of the efficacy of tamsulosin, nifedipine and phloroglucinol in medical expulsive therapy for distal ureteral calculi // J Urol. 2005. Vol. 174. Р. 167–172.
23. Ch. Seitz. Medical Expulsive Therapy of Ureteral Calculi and Supportive Therapy After Extracorporeal Shock Wave Lithotripsy, Europian urologi supp. 2010. Vol. 9, is. 12. Р. 801–826.
24. Phillips E., Hinck B., Pedro R. et al. Celecoxib in the management of acute renal colic: a randomized controlled clinical trial. Urology. 2009. Vol. 74.
25. Mastrangelo D., Wisard M., Rohner S., Leisinger H.,. Iselin C.E. Diclofenac and NS–398, a selective cyclooxygenase–2 inhibitor, decrease agonist induced contractions of the pig isolated ureter // Urol Res. 2000. Vol. 28. Р. 376–382.
26. Holdgate А., Pollock T. Systematic review of the relative efficacy of non–steroidal anti–inflammatory drugs and opioids in the treatment of acute renal colic // BMJ. 2004. Vol. 328. Р. 7453.
27. Ахметшин Р.З., Коновалов С.А., Сакаев Р.Р., Степанов А.В., Насыров А.Р. Использование препарата «Цистон» после оперативного удаления конкрементов мочевых путей // Материалы X Российского национального конгресса «Человек и лекарство». М., 2003. С. 31.


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak