Минздрав снаружи. "...КОГДА Я ИЩУ КРЕМЛЬ, Я НЕИЗМЕННО ПОПАДАЮ НА КУРСКИЙ ВОКЗАЛ"

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №16 от 16.08.1997 стр. 20
Рубрика: Общие статьи

Для цитирования: Минздрав снаружи. "...КОГДА Я ИЩУ КРЕМЛЬ, Я НЕИЗМЕННО ПОПАДАЮ НА КУРСКИЙ ВОКЗАЛ" // РМЖ. 1997. №16. С. 20

Эта крылатая фраза из "Москва - Петушки" в качестве заголовка к материалу о минздравовской коллегии, посвященной вопросу о мерах по совершенствованию наркологической помощи, выбрана не только по формальному признаку. Дескать, ерофеевский герой - алкоголик, а на коллегии речь в основном шла о них. На самом деле, несчастный Веничка вспомнился в первую очередь потому, что подобно ему, основной доклад мистическим образом уклонился от цели, и суть его имела не большее отношение к предложению действительно конкретных мер, чем Курский вокзал к Кремлю. Особенно это было заметно после сообщения о том, что по просьбе Главного нарколога Минздрава, директора НИИ наркологии Владимира Егорова, проведение коллегии было отложено на несколько месяцев исключительно ради детализации конструктивной ее части. Отсрочка не помогла: собравшиеся вынуждены были довольствоваться соображениями весьма общего характера, главная идея которых сводилась к тому, что в последние годы в стране произошли значительные перемены, прямо или косвенно отразившиеся на наркологической службе. Судя по докладу, практически все они - будь то ликвидация лечебно-трудовых профилакториев, разгосударствление промышленных предприятий и появление огромного количества конкурентов в лице негосударственных структур наркологического профиля - в той или иной степени, но однозначно негативно сказались на состоянии службы. Более всего, с точки зрения Владимира Егорова, по службе ударил отказ от принудительного и "полупринудительного" лечения - именно такой замечательный термин был употреблен в справке к коллегии. По его мнению, страдающих алкоголизмом недолечивают: вместо добровольно - принудительных 63 дней они проводят в стационаре всего 24. От того и растет процент повторных поступлений. Это обстоятельство даже гипотетически не было связано ни с тем, что добровольное лечение кажется пациентам приемлемее того, которое "полу", ни с тем, что отмечено почти двукратное увеличение показателя потребления спиртного на душу населения, которое произошло в первую очередь за счет этих самых повторных больных.


   Нескрываемая досада по поводу исчезновения фельдшерских наркопунктов и общественных наркопостов в связи с изменением форм собственности предприятий, а также сетования на "самоустранение милиции от работы с пьяницами" отнюдь не самым логическим путем перешли в заключение о фатальной инволюции государственной наркологической службы как таковой. При условии, что показателем эффективности считается не число пролеченных пациентов (только в стационарах за период с 1988 по 1996 г. оно возросло по алкогольным психозам в 5 раз, по наркоманиям - в 4,7), а, например, сокращение на 45% наркологических коек.
   Быть может, изнутри наркологам лучше знать, были ли у них - в отличие от большинства прочих отраслей здравоохранения - оправданы объемы коечного фонда и сроки госпитализации. И является ли абсолютным злом "переманивание" наиболее квалифицированных, по мнению Владимира Егорова, кадров негосударственными наркологическими структурами. Допустим, что прежнюю роль сотрудников органов внутренних дел и общественности в лечебном процессе действительно трудно переоценить. И вообще, числить "перегибом" пресловутую антиалкогольную кампанию уже не модно. Но вот выводы делать стоит, руководствуясь не только ностальгическими соображениями.
   И соответственно расставлять приоритеты, ибо сегодня не только специалисту ясно, что алкоголизмом проблема наркотизации населения не исчерпывается. На коллегии же лишь вскользь были упомянуты некие данные, согласно которым "среди подростков формируется субкультура предпочтения наркотиков и токсикоманических средств традиционному ранее потреблению алкоголя". Что же, данные - не осетрина и потому, видимо, могут быть второй свежести. Во всяком случае, констатация вышеупомянутого факта в неспециальной среде произошла сразу же, как только упоминание о существовании наркомании в нашем отечестве перестало быть запретной темой.
   Впрочем, говорить о полном отсутствии у авторов доклада оригинального видения несправедливо. Чего стоит сентенция об общности психиатрии и наркологии а, соответственно, необходимости углубления базовой подготовки наркологов по психиатрии в связи с наличием "большого количества смежных проблем".
  Однако в основном, смежные проблемы, заявленные на коллегии, все больше тяготели не к собственно медицинской проблематике, а к компетенции правительства и законодателей. Таким образом, видимо, осуществлялась попытка удержать курс на Кремль и не оказаться на Курском вокзале. Хотя так называемая уличная работа и признана небесполезной, но вот опыт Санкт-Петербурга и Ярославля по бесплатному обмену шприцев и игл обнаружил не только положительные, но и отрицательные стороны. Зато в НИИ наркологии искренне поддерживают и одобряют идею реставрации госмонополии на производство и торговлю спиртным, а потому с такой гордостью говорят о разработке "Концепции алкогольной политики в Российской Федерации". О реальных же возможностях осуществления этой самой политики остается только догадываться. Если ориентироваться на нынешнюю ситуацию (каждая шестая бутылка спиртного российского производства не годна к употреблению), то перспектива монополии внушает опасения.
   Равно, как и декларация о необходимости отказа от медико-центристского подхода, под которым понимается возложение ответственности за профилактику алкоголизма или наркомании на здравоохранение. То есть
пора и власть употребить. Что же до совершенствования самой службы, то оно сводится к расширению платных объемов медицинской помощи. Разумеется без ущерба для гарантированного конституцией бесплатного лечения. Ведь деньги пойдут на массовое направление наркологов "на усовершенствование" в центральные учебные и научно-исследовательские учреждения, основной задачей которых остается "разработка и издание монографий, руководств, методических рекомендаций, пособий, статей". И особо выделена работа со средствами массовой информации. Если учесть, что без описания наркоужасов и так не обходится ни одно популярное в народе издание, то что же имеется в виду под "работой"? Уж не вменение ли в обязанность публиковать те самые методические рекомендации и монографии с продолжением, дабы с ними мог ознакомиться каждый, следующий в сторону Петушков?

 


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak