Проблема антибактериальной резистентности при инфекциях ЛОР-органов: возможно ли решение?

Ключевые слова
Похожие статьи в журнале РМЖ

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №4 от 21.04.2016 стр. 212-216
Рубрика: Оториноларингология

Для цитирования: Свистушкин В.М., Мустафаев Д.М. Проблема антибактериальной резистентности при инфекциях ЛОР-органов: возможно ли решение? // РМЖ. 2016. №4. С. 212-216
В статье изложены основные причины развития приобретенной резистентности микробов к антибиотикам, подчеркивается актуальность рационального применения антимикробных препаратов. Рассмотрены принципы рационального выбора антибиотиков при респираторных и ЛОР-инфекциях. Представлены данные о диспергируемых лекарственных формах антибактериальных препаратов, позволяющих принимать их в таблетированном и жидком виде, что особенно важно для детей. К их числу относятся диспергируемые таблетки Флемоксин Солютаб® (амоксициллин), Флемоклав Солютаб® (амоксициллин/клавуланат), Супракс® Солютаб® (цефиксим) и Вильпрафен® Солютаб (джозамицин). Принципиальным отличием формы Солютаб является заключение активного вещества в микрогранулы, что защищает его от неблагоприятного воздействия кислот и ферментов желудка. Представленная линейка диспергируемых антибактериальных препаратов Солютаб в значительной мере перекрывает потребности в антибиотиках для лечения основной массы распространенных бактериальных инфекций как у взрослых, так и у детей. При несомненном удобстве приема и дозирования, благоприятном профиле безопасности эти препараты обладают дополнительными преимуществами с точки зрения фармакокинетических аспектов, что может рассматриваться как важный компонент в преодолении и сдерживании антибиотикорезистентности возбудителей инфекции в популяции.

Для цитирования: Свистушкин В.М., Мустафаев Д.М. Проблема антибактериальной резистентности при инфекциях ЛОР-органов: возможно ли решение? // РМЖ. Оториноларингология. 2016. № 4. С. 212–216.
The paper summarizes major causes of acquired microbial resistance to antibiotics. The importance of rational use of antibiotics is highlighted. The principles of rational selection of antibiotics to treat respiratory and ENT infections are described. There are several soluble (dispersed) formulations of antibiotics, i.e., liquids, syrups, or granules, which facilitate their administration. This aspect is of particular importance in children. Dispersed tablets Flemoxin SoluTab® (amoxicillin), Flemoclav SoluTab® (amoxicillin + clavulanic acid), Suprax® SoluTab® and Wilprafen® SoluTab (josamycin) are amongst these formulations. The major characteristic of SoluTab formulation is the inclusion of active ingredient into a microsphere which protects it from the action of digestive acids and enzymes. The data demonstrate that the repertoire of antibiotics in SoluTab formulation covers the majority of needs in antibacterial agents for the treatment of common bacterial infections both in adults and children. The drugs are undoubtedly easy-to-use, easy-to-dose, and safe. In addition, they have advantages in terms of pharmacokinetic properties and low rate of microbial resistance.

Проблема антибактериальной резистентностипри инфекциях ЛОР-органов: возможно ли решение?

  Антибиотики остаются одним из самых применяемых в ЛОР-практике классов лекарственных средств, имеющих огромный терапевтический потенциал. Однако в современной антибактериальной терапии существуют проблемы, среди которых одна из основных – нерациональное использование антибиотиков, что, в свою очередь, является главной причиной появления и распространения резистентных штаммов бактериальных возбудителей заболеваний.


   Развитие резистентности микроорганизмов к антимикробным препаратам и, как следствие, снижение эффективности лечения были и остаются одной из самых актуальных проблем медицины, а в оториноларингологии при лечении ЛОР-инфекций она имеет первостепенное значение.

   Вторичная (приобретенная) резистентность микроорганизмов к антибиотикам – ключевая проблема терапии инфекций в XXI в. Именно она главным образом препятствует эффективному лечению пациентов с бактериальными инфекциями, способствует формированию хронических, рецидивирующих инфекций. В наибольшей степени проблема резистентности актуальна для стационаров (устойчивость возбудителей госпитальных инфекций к антимикробным препаратам), но она становится все более значимой и в амбулаторных условиях [1, 2].

   Распространение штаммов, устойчивых к основным классам антибиотиков, наблюдается в глобальном масштабе. К основным причинам, способствующим развитию антибиотикорезистентности микробов, относят следующие [1–3]:
− нерациональное использование антимикробных препаратов (АМП): неправильный их выбор и неправильное комбинирование, необоснованное назначение для лечения вирусных и легких бактериальных инфекций; необоснованное применение АМП широкого спектра в ситуациях, когда могут эффективно использоваться АМП с узким спектром действия;
− неадекватный режим дозирования (недостаточные дозы, нарушение кратности введения и длительности приема);
− низкий уровень инфекционного контроля (дефекты в его организации и проведении);
− широкое использование АМП в пищевой и парфюмерной промышленности, в сельском хозяйстве и ветеринарии;
− свободная безрецептурная продажа АМП в аптечной сети.

   Особенностями формирования и распространения резистентности АМП в России являются назначение антибактериальных препаратов без учета спектра возбудителей и их чувствительности, несоблюдение рекомендаций по режимам дозирования и длительности курсов лечения, распространенная практика необоснованного назначения антибиотиков при вирусных инфекциях.
В структуре инфекционной заболеваемости населения самыми частыми являются острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ). Большинство ОРВИ не требуют включения в их терапию антибактериальных средств [3].

   Основной задачей антибиотикотерапии является не только ликвидация клинических симптомов, но и эрадикация возбудителя из очага инфекции, а также ликвидация его персистенции. Для достижения этой цели требуется поддержание необходимой концентрации антибиотика в очаге инфекции на протяжении достаточного для причинно-значимого патогена времени [4]. Для этого следует применять оптимальные способы, дозы и кратность введения препарата, учитывать способность АМП проникать в те или иные органы и ткани. Обеспечить терапевтическую концентрацию АМП в очаге инфекции можно только при знании его фармакокинетики [4, 5].
Ошибкой антибактериальной терапии следует считать частую смену антибиотиков и пролонгирование антибиотикотерапии до полного исчезновения клинико-лабораторных симптомов заболевания. Сохранение отдельных лабораторных и/или рентгенологических симптомов не является показанием к продолжению антибиотикотерапии.

   Рациональное применение антибиотиков возможно только при наличии информации и о возбудителях заболеваний, и об их чувствительности к различным антибиотикам. Причем в идеале необходимо иметь сведения о региональной чувствительности к антибиотикам.

   Эмпирический выбор антибиотикотерапии должен учитывать изменения в структуре и свойствах возбудителей, рост антибиотикорезистентности [4–6].
Наиболее значимыми в развитии бактериальных респираторных инфекций или осложнений ОРВИ являются следующие возбудители: при бронхитах – Streptococcus pneumoniae (32–40% случаев) и Haemophilus influenzae (15–20%); при внебольничной пневмонии – S. pneumoniae (8–36%), H. influenzae (10–12%), реже – Mycoplasma pneumoniae (2–18%), Chlamydophila pneumoniae (6–11%), другие возбудители (Moraxella catarrhalis, Streptococcus pyogenes, Staphylococcus aureus) [4–7]. Стафилококковые инфекции довольно часто являются осложнением гриппа. Основную роль в развитии острого бактериального синусита, рецидивирующего острого синусита играют S. pneumoniae и H. influenzae, обнаруживаемые в 50–70% случаев. Реже встречаются M. catarrhalis, S. pyogenes, S. aureus, анаэробы. Основными возбудителями острого среднего отита у детей старше месяца считают S. pneumoniae, H. influenzae, реже – M. catarrhalis [6]. Таким образом, ключевым возбудителем является S. pneumoniae.

   Чувствительность возбудителей респираторных и ЛОР-инфекций к антибиотикам значительно различается не только по регионам, но в какой-то степени даже в лечебных учреждениях. В последние годы отмечено увеличение доли S. pneumoniae, не чувствительных к макролидам. Так, в отдельных регионах, уровень устойчивости к 14- и 15–членным макролидам (азитромицин, кларитромицин) превышает 30%, в то время как к клиндамицину (маркер резистентности к 16-членным макролидам) уровень резистентности приблизительно в 2 раза ниже, чем к 14- и 15–членным макролидам, и в среднем составляет 14,8% [8].
В лечении внебольничных респираторных и ЛОР-инфекций ведущую роль играют препараты группы β-лактамов (прежде всего аминопенициллины и цефалоспорины). Современные макролиды следует рассматривать только как альтернативные препараты при анафилаксии на β-лактамы или при установленной инфекции, вызванной внутриклеточными возбудителями [6].

   Среди всех пероральных β-лактамов для амоксициллина характерен наиболее высокий аффинитет к пенициллинсвязывающим белкам (ПСБ) пневмококков, в т. ч. при наличии изменений у некоторых ПСБ, приводящих к снижению чувствительности к пенициллину и цефалоспоринам, а также низкий потенциал селекции резистентности S. pneumoniae. Амоксициллин уже давно стал наиболее используемым антибиотиком благодаря своей активности в отношении грамположительной и грамотрицательной микробной флоры, а также значительно более полному всасыванию из кишечника, чем его близкий аналог ампициллин. Амоксициллин создает высокие и стабильные концентрации в крови и инфицированных органах. Так, его концентрация в бронхиальном секрете в 2 раза превышает таковую в крови [9, 10]. Особенностью амоксициллина является его разрушение под действием β–лактамаз, вырабатываемых различными микробами, прежде всего стафилококками, гемофильной и кишечной палочками, однако частота встречаемости этих штаммов невысока.

   Основной путь преодоления β-лактамазной активности бактерий – это применение комбинации антибиотиков с ингибиторами β-лактамаз. Ингибиторы β-лактамаз (клавулановая кислота, сульбактам и тазобактам) способны необратимо связываться с ферментами бактерий, тем самым защищая антибиотики от разрушения. Ингибиторы β–лактамаз существенно расширяют спектр активности β–лактамных антибиотиков за счет активности в отношении штаммов бактерий, продуцирующих β-лактамазы. Добавление клавуланата придает амоксициллину активность в отношении некоторых грамотрицательных микроорганизмов. При инфекциях респираторной системы и ЛОР–органов в многочисленных исследованиях доказана высокая эффективность диспергируемых таблеток амоксициллина/клавуланата, отличительной чертой которого является создание оптимальных концентраций активных компонентов в очаге инфекции за счет максимально полного и предсказуемого всасывания амоксициллина и клавулановой кислоты в желудочно-кишечном тракте (ЖКТ).

   Для проведения рациональной антибактериальной терапии при инфекциях респираторной системы и ЛОР-органов крайне важно учитывать чувствительность основного возбудителя – S. pneumoniae. Уровень резистентности S. pneumoniae к карбапенемам и цефалоспоринам III–IV поколений для парентерального применения, как правило, невысокий. В то же время, по данным российского многоцентрового проспективного исследования ПеГАС–III, уровень резистентности S. pneumoniae к пенициллину (включая штаммы с умеренной резистентностью) превышает 11%, в то время как к амоксициллину составляет 0,4% [11].

   Однако при рецидивирующих ЛОР-инфекциях имеется высокая опасность того, что инфекция вызвана не только S. pneumoniae, но и штаммами H. influenzae, продуцирующими β-лактамазы, и амоксициллин, вне зависимости от используемой дозы, будет не эффективен. Как поступить в данной ситуации? Цефалоспорины II–III поколений для перорального применения (цефаклор, цефтибутен) не будут оптимальным выбором, т. к., имея высокую активность в отношении H. influenzae, они малоактивны в отношении пенициллин-резистентных пневмококков [12]. Решит эту проблему использование защищенных аминопенициллинов (амоксициллин/клавуланат).
Таким образом, с учетом региональных отличий показателей резистентности микроорганизмов невозможно выработать универсальные рекомендации по антимикробной терапии. В то же время адекватность стартовой эмпирической терапии – краеугольный камень для прогноза течения заболевания. Выбор антибиотика конкретному больному должен быть основан прежде всего на степени тяжести заболевания и предшествующей антибактериальной терапии.
Существуют категории пациентов с инфекциями ЛОР-органов, у которых обосновано использование ингибитор-защищенных аминопенициллинов:
− пациенты с хроническими заболеваниями органов дыхания (кроме муковисцидоза), многократно применявшие лечение антибиотиками;
− с внебольничной пневмонией, возникшей на фоне хронической патологии ЛОР-органов;
− получавшие антибиотики в течение 3-х последних месяцев;
− дети – члены семьи лиц, страдающих хроническими заболеваниями органов дыхания и получающих 2 и более курсов антибиотикотерапии в год;
− дети, живущие в детских домах и интернатах;
− дети, больные острым средним отитом, острым синуситом при неэффективности стартовой эмпирической терапии.
На фоне высокого уровня заболеваемости респираторными вирусными инфекциями, их бактериальных осложнений и глобального роста устойчивости возбудителей инфекционных заболеваний к АМП отмечается относительное снижение темпов создания инновационных антибиотиков. Это заставляет врачебное сообщество искать новые подходы к терапии инфекций. Одним из направлений адекватной терапии служит обоснованное и рациональное применение уже существующих антибактериальных средств в таких формах, которые позволят улучшить их фармакокинетические характеристики и преодолеть механизмы устойчивости микробов. Решает данную проблему, в частности, применение оральных форм антибиотиков в форме Солютаб.

   Принципиальным отличием формы Солютаб является заключение активного вещества в микрогранулы, что защищает его от неблагоприятного воздействия кислот и ферментов в желудке. Таблетка начинает распадаться на микрогранулы либо при ее диспергировании, либо под воздействием кислотной среды желудка, это занимает 10–30 с, причем высвобождаются они быстро и равномерно. Отсроченное во времени попадание воды в каждую микрочастицу замедляет высвобождение действующего вещества в желудке, так что именно микрогранулы позволяют доставить его в зону «окна абсорбции» – двенадцатиперстную кишку и верхний отдел тощей кишки, щелочная среда которых способствует их высвобождению из микрогранул. Таким образом, действующее вещество высвобождается только в зоне максимальной абсорбции, а более полное и предсказуемое его всасывание приводит к минимизации остаточной концентрации в кишечнике. Это обеспечивает устойчивую биодоступность препарата независимо от способа приема таблетки Солютаб и гарантирует как высокую эффективность, так и благоприятный профиль безопасности препарата вследствие минимального влияния на микрофлору ЖКТ и уменьшения раздражающего действия на слизистую оболочку кишечника. С клинической точки зрения это означает, что диспергируемая лекарственная форма обеспечивает стабильное и прогнозируемое терапевтическое действие и снижает вероятность побочных реакций, в частности развитие диареи и диспепсических расстройств. Контролируемое высвобождение активного вещества обеспечивает также и маскировку его вкуса, что повышает приверженность пациентов лечению. Из состава наполнителей таблеток Солютаб исключены сахар, глютен, распространенные аллергены, что снимает ограничения у пациентов с соответствующей патологией [13, 14].

   В ряду оральных форм антибиотиков в форме диспергируемых таблеток представлены Флемоксин Солютаб®, Флемоклав Солютаб®, Супракс® Солютаб® и Вильпрафен® Солютаб. Солютаб буквально означает: таблетка, которую можно растворить в воде, это ключевой термин в названии группы лекарственных препаратов.
Флемоксин Солютаб® в отличие от амоксициллина в капсулах и таблетках всасывается на 93% независимо от приема пищи; его обычная дозировка у детей составляет 30–60 мг/кг в сутки, разделенная на 2–3 приема. Следует обратить внимание на то, что рекомендовавшиеся ранее во вкладышах к препаратам и справочниках (Видаль и др.) дозы амоксициллина порядка 20–30 мг/кг в сутки часто оказываются недостаточными [13–16]. Рекомендованная доза у детей старше 10 лет и взрослых – 0,75 г 2 раза или 0,5 г 3 раза в сутки.

   Приведем результаты двух сравнительных исследований фармакокинетики Флемоксина Солютаб. Вне зависимости от метода приема – в виде целой таблетки или водной дисперсии, Флемоксин Солютаб® давал одинаковые кривые концентрации с пиком в крови через час после приема. Амоксициллин в капсулах давал пик концентрации на треть ниже, и наблюдался он на 30 мин позже. Соответственно этому площадь под кривой концентрации для Флемоксина Солютаб была существенно больше (18,9–19,3 мкг/мл×ч по сравнению с 15,7 мкг/мл×ч) [15]. Сравнение с амоксициллином в форме порошка для приготовления раствора показало преимущество Флемоксина Солютаб в отношении длительности сохранения в крови уровня концентрации выше минимальной подавляющей концентрации для микроорганизмов со сниженной чувствительностью к препарату [15].
Угрожающей проблемой является рост лекарственной устойчивости пневмококков и гемофильной палочки. Для преодоления сниженной чувствительности пневмококков (она не связана с выработкой β-лактамаз) практикуется повышение дозы амоксициллина (в т. ч. в составе амоксициллина/клавуланата), это особенно оправдано при отите ввиду меньшей концентрации антибиотика в полости среднего уха.

   При подозрении на заболевание, вызванное H. influenzae, рекомендуется использовать Супракс® Солютаб® (цефиксим) – цефалоспорин III поколения с выраженной антигемофильной активностью. А в группах риска по устойчивости H. influenzae рекомендуется использовать Флемоклав Солютаб® – амоксициллин, защищенный клавулановой кислотой (или ее солью) в соотношении 4:1–7:1, которая ингибирует β-лактамазы устойчивого микроорганизма, лишая его защиты. Поэтому у детей, ранее леченных антибиотиками, при отите, синусите, пневмонии (особенно у детей до 5 лет, у которых вероятна этиологическая роль H. influenzae) назначение защищенного препарата – необходимая страховка от неэффективности терапии амоксициллином. Флемоклав Солютаб® активен и в отношении моракселл (M. catharhalis), нередко вызывающих отит у ранее леченных детей [13]. Наличие ингибитора β-лактамаз в составе Флемоклава Солютаб делает его активным в отношении анаэробов, что предопределяет применение препарата при инфекциях в полости рта, синуситах, при абсцессах легкого и эмпиеме плевры. Исследование биоэквивалентности Флемоклава Солютаб, принимаемого в виде таблетки или диспергированного в воде, оригинальному препарату амоксициллина/клавуланата в виде покрытой оболочкой таблетки показало, что максимальная концентрация клавулановой кислоты и площадь под кривой концентрации при приеме диспергируемых таблеток Солютаб имели меньшую вариабельность, чем у оригинального препарата амоксициллина/клавуланата, что свидетельствует о более стабильном всасывании и лучшей защите амоксициллина [13].
Полнота и быстрота всасывания клавулановой кислоты при приеме Флемоклава Солютаб способствуют уменьшению характерного для нее прокинетического действия, что проявляется существенно меньшей частотой диспепсических явлений и диареи, наблюдаемых при приеме других лекарственных форм. Так, в многоцентровом исследовании эффективности Флемоклава Солютаб при отитах у 80 детей наблюдался всего один случай расстройства стула легкой степени [17]. Это подтверждают и наблюдения у взрослых: при лечении синусита Флемоклавом Солютаб диарея и/или боли в животе наблюдались у 10,0% пациентов, а при лечении традиционным препаратом амоксициллина/клавуланата – у 26,6% [13].

   Для лечения ЛОР-заболеваний, вызванных внутриклеточными «атипичными» возбудителями – микоплазмой (M. pneumoniae) и хламидиями (C. pneumoniae), препаратами выбора являются макролиды – оральные препараты трех поколений.
Макролиды активны и в отношении пневмококков. Однако в некоторых регионах 10–15% штаммов S. pneumo­niae выработали устойчивость к 14-членным макролидам (эритромицину, рокситромицину, кларитромицину) и 15–членному азитромицину; в то же время S. pneumoniae в 2–4 раза реже вырабатывают устойчивость к 16-членным макролидам благодаря способности последних противостоять эффлюксному механизму устойчивости бактерий [18–20]. К этой группе, в частности, относится джозамицин, единственная форма которого, Вильпрафен® Солютаб, зарегистрирована в России.

   Согласно недавнему исследованию, проведенному в четырех городах России, S. pneumoniae со сниженной чувствительностью к эритромицину встречались с частотой от 2,3% (Томск) до 12,5% (Иркутск), а к джозамицину – от 1,2% (Томск) до 8,6% (Москва) [18–20]. Таким образом, Вильпрафен® Солютаб имеет несомненное преимущество перед 14- и 15-членными макролидами.
То же относится и к пиогенному стрептококку группы А, штаммы которого со сниженной чувствительностью к макролидам, особенно 14- и 15-членным, перестали быть редкостью. Так, устойчивых к эритромицину штаммов β–гемолитического стрептококка группы А (пиогенный стрептококк, S. pyogenes) выявлено от 8,4% (Москва) до 25,6% (Иркутск), к джозамицину – от 0% (Томск) до 8,3% (Санкт-Петербург) [18–20]. Это ставит джозамицин (Вильпрафен® Солютаб) в положение препарата выбора лечения тонзиллита, вызывемого β-гемолитическим стрептококком группы А [18–20].

   По сравнению с 14-членными макролидами (эритромицином, кларитромицином и др.) джозамицин отличают также низкая частота лекарственных взаимодействий и лучший профиль безопасности [18].

   Приведенные данные показывают, что линейка антибактериальных препаратов Солютаб в значительной мере перекрывает потребности в антибиотиках для лечения основной массы распространенных бактериальных инфекций как у взрослых, так и у детей. При несомненном удобстве приема и дозирования, благоприятном профиле безо­пасности эти препараты обладают и дополнительными преимуществами в отношении как фармакокинетических свойств, так и низкой частоты развития к ним устойчивости микроорганизмов.
Таким образом, при проведении антимикробной терапии респираторных и ЛОР-инфекций следует отдавать предпочтение препаратам с наиболее высокой клинической, а также бактериологической эффективностью и безопасностью. Рациональное использование антибиотиков предупреждает развитие резистентности микроорганизмов к антибактериальным средствам, уменьшает продолжительность заболеваний и предупреждает их осложнения.
Литература
1. Сидоренко С.В. Резистентность микроорганизмов и антибактериальная терапия // РМЖ. 1998. Т. 11 (6). С. 717–725. [Sidorenko, S.V. Rezistentnost' mikroorganizmov i antibakterial'naya terapiya // RMJ. 1998. Т. 11 (6). S.: 717–725 (in Russian)].
2. Чемоданов В.В. Новая эра – новые стандарты назначения антибиотиков // Практика педиатра. 2004. № 12. С. 18–21 [Chemodanov, V.V. Novaya era – novye standarty naznacheniya antibiotikov // Praktika pediatra. 2004. № 12. S. 18–21 (in Russian)].
3. Туровский А.Б., Карюк Ю.А., Кондрашина В.В. Антибактериальная терапия инфекций ЛОР-органов // Клиницист. 2013. № 3–4. С. 98–103 [Turovskiy, A.B., Karyuk, Yu.A., Kondrashina, V.V. Antibakterial'naya terapiya infektsiy LOR-organov // Klinitsist. 2013. №3–4. S. 98–103 (in Russian)].
4. Дворецкий Л.И., Яковлев, С.В. Ошибки в антибактериальной терапии инфекций дыхательных путей в амбулаторной практике // Лечащий врач. 2003. № 8. С. 1–8 [Dvoretskiy, L.I., Yakovlev, S.V. Oshibki v antibakterial'noy terapii infektsiy dykhatel'nykh putey v ambulatornoy praktike // Lechashchiy vrach. 2003. № 8. S. 1–8 (in Russian)].
5. Страчунский Л.С., Каманин Е.И., Тарасов А.А. Влияние антибиотикорезистентности на выбор антимикробных препаратов в оториноларингологии // Consilium Medicum. 2002. 3. № 8. C. 352–357 [Strachunskiy, L.S., Kamanin, E.I., Tarasov, A.A. Vliyanie antibiotikorezistentnosti na vybor antimikrobnykh preparatov v otorinolaringologii // Consilium Medicum . 2002. 3. № 8. S. 352–357 (in Russian)].
6. Туровский А.Б., Шубин М.Н. Антибактериальная терапия заболеваний ЛОР-органов в амбулаторных условиях // Вестник оториноларингологии. 2000. № 5. С. 70–71 [Turovskiy, A.B., Shubin, M.N. Antibakterial'naya terapiya zabolevaniy LOR-organov v ambulatornykh usloviyakh // Vestnik otorinolaringologii. 2000. № 5. S. 70–71 (in Russian)].
7. Харламова Ф.С. Обоснование коротких курсов антибактериальной терапии // Consilium medicum. Педиатрия. 2010. № 1. С. 123–128 [Kharlamova, F.S. Obosnovanie korotkikh kursov antibakterial'noy terapii // Consilium medicum. Pediatriya. 2010. № 1. S. 123–28 (in Russian)].
8. Калиногорская О.С., Беланов С.С., Волкова М.О., Гостев В.В. и др. Антибиотикорезистентность и серотиповый состав Streptococcus pneumoniae, выделенных у детей в Санкт-Петербурге в 2010–2013 гг. // Антибиотики и химиотерапия 2015. Т. 60. №1–2. С. 28–37 [Kalinogorskaja O.S., Belanov S.S., Volkova M.O., Gostev V.V. i dr. Antibiotikorezistentnost' i serotipovyj sostav Streptococcus pneumoniae, vydelennyh u detej v Sankt-Peterburge v 2010–2013 gg. // Antibiotiki i himioterapija 2015. T. 60. №1–2. S. 28–37 (in Russian)].
9. Craig WA. Antimicrobial resistance issues of the future // Diagn Microbiol Inf Dis. 1996. Vol. 25. P. 213–217.
10. Woodnutt G., Berry V. Two pharmacodynamic models for assessing the efficacy of amoxicillin-clavulanate against experimental respiratory tract infections caused by strains of Streptococcus pneumonia // Antimicrobial Agents and Chemotherapy. 1999. Vol. 43. Р. 29–34.
11. Козлов Р.С., Сивая О.В., Кречикова О.И. и др. Динамика резистентности Streptococcus pneumoniae к антибиотикам в России за 1999–2009 гг. (Результаты многоцентрового проспективного исследования ПеГАС) // Клин. микробиол. и антимикроб. химиотерапия. 2010. Т. 12. № 4. С. 329–341 [Kozlov, R.S., Sivaya, O.V., Krechikova, O.I. i dr. Dinamika rezistentnosti Streptococcus pneumoniae k antibiotikam v Rossii za 1999–2009 gg. (Rezul'taty mnogotsentrovogo prospektivnogo issledovaniya PeGAS) // Klin. mikrobiol. i antimikrob. khimioterapiya. 2010. T. 12. № 4. S. 329–41 (in Russian)].
12. Проект ЭРА (экспертные рекомендации по антибиотикотерапии). Современные режимы дозирования пероральных аминопенициллинов // Клин. микробиол. и антимикроб. химиотерапия. 2004. Т. 6. С. 224–231 [Proekt ERA (ekspertnye rekomendatsii po antibiotikoterapii). Sovremennye rezhimy dozirovaniya peroral'nykh aminopenitsillinov // Klin. mikrobiol. i antimikrob. khimioterapiya. 2004. T.6. S. 224–31 (in Russian)].
13. Карпов О.И. Флемоклав Солютаб® – новая лекарственная форма амоксициллина/клавуланата в лечении синусита // Клин. фармакол. и терапия. 2006. № 15 (4). C. 1–4 [Karpov O.I. Flemoklav Solyutab – novaya lekarstvennaya forma amoksitsillina/klavulanata v lechenii sinusita // Klin. farmakol. terapiya. 2006. № 15 (4). S. 1–4 (in Russian)].
14. Ушкалова Е. Значение лекарственных форм для рациональной антибиотикотерапии. Лекарственная форма Солютаб // Врач. 2007. № 3. C. 1–4 [Ushkalova, E. Znachenie lekarstvennykh form dlya ratsional'noy antibiotikoterapii. Lekarstvennaya forma Solyutab // Vrach. 2007. №3. C. 1–4 (in Russian)].
15. Зверьков Ю.Б., Лалишенцев А.А., Липатова И.С. и др. Сравнительное фармакокинетическое исследование лекарственных форм амоксициллина // Клин. микробиол. и антимикроб. химиотерапия. 2009. № 11 (3). С. 211–17 [Zver'kov, Yu.B., Lalishentsev, A.A., Lipatova I.S. i dr. Sravnitel'noe farmakokineticheskoe issledovanie lekarstvennykh form amoksitsillina // Klin. mikrobiol. protivoinf. khimioter. 2009. № 11 (3). S. 211–17 (in Russian)].
16. Sourgens H., Steinbrede H., Verschoor J.S.C. et al. Bioequivalence study of a novel Solutab tablet formulation of amoxicillin/clavulanic acid versus the originator film coated tablet // Intern. J. Clin. Pharmac. Therap. 2001. Vol. 39 (2). Р. 75–82.
17. Егорова О.А., Карпова Е.П., Владимиров С.Н., Неретина А.Ф. Растворимая лекарственная форма амоксициллина/клавуланата: эффективность и безопасность при остром среднем отите у детей. Consilium medicum // Болезни органов дыхания. 2008. Т. 10. № 1. С. 6–10. [Egorova O.A., Karpova E.P., Vladimirov S.N., Neretina A.F. Rastvorimaja lekarstvennaja forma amoksicillina/klavulanata: jeffektivnost' i bezopasnost' pri ostrom srednem otite u detej. Consilium medicum // Bolezni organov dyhanija.
2008. T. 10. № 1. S. 6–10( in Russian)].
18. Кречиков В.А., Катосова Л.К., Копытко Л.Н. и др. Сравнение микробиологической эффективности 7- и 10-дневного курса джозамицина при остром стрептококковом тонзиллите у детей: предварительные результаты российского многоцентрового исследования // Клин. микробиол. и противомикроб. химиотерапия. 2009. № 11 (2). C. 21 [Krechikov, V.A., Katosova, L.K., Kopytko, L.N. i soavt. Sravnenie mikrobiologicheskoy effektivnosti 7- i 10-dnevnogo kursa dzhozamitsina pri ostrom streptokokkovom tonzillite u detey: predvaritel'nye rezul'taty rossiyskogo mnogotsentrovogo issledovaniya // Klin. mikrobiol. i protivomikrob. khimioterapiya. 2009. № 11(2). C. 21 (in Russian)].
19. Моисеев С.В. Джозамицин: отличительные особенности и перспективы применения // Клин. фармакол. и терапия. 2005. № 14 (4). C. 1–4 [Moiseev, S.V. Dzhozamitsin: otlichitel'nye osobennosti i perspektivy primeneniya // Klin. farmakol. i terapija. 2005. № 14(4). S. 1–4 (in Russian)].
20. Спичак Т.В. Эффективность джозамицина при острых респираторных инфекциях у детей // Consilium medicum. 2009. № 4. C. 30–33 [Spichak, T.V. Effektivnost' dzhozamitsina pri ostrykh respiratornykh infektsiyakh u detey // Consilium medicum. 2009. № 4. S. 30–33 (in Russian)].

Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak