Клинический случай отравления дротаверином с суицидальной целью

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №25 от 28.12.2001 стр. 1210
Рубрика: Психиатрия

Для цитирования: Клинический случай отравления дротаверином с суицидальной целью // РМЖ. 2001. №25. С. 1210

Препарат дротаверин синтезирован в Венгрии в 1961 году и более 30 лет широко применяется в медицинской практике как эффективный и безопасный спазмолитик. К сожалению, в доступной литературе и фармакологических справочниках сведения о токсических эффектах препарата недостаточны или совершенно отсутствуют. В аннотациях фирм–производителей потенциально токсические дозы препарата не приводятся. В журнальных публикациях нам удалось найти только четыре случая отравления дротаверином [1,3,4]. Во всех случаях диагноз отравления был установлен в результате судебно–медицинской экспертизы. Смерть пострадавших наступала до прибытия врача. Смертельная доза препарата составляла 40–60 таблеток.

В связи с этим, нам представляется интересным случай отравления высокой дозой препарата, когда события развивались в присутствии медицинского персонала и, несмотря на потенциально смертельные осложнения, больная осталась в живых.

В 15 часов 12.03.99 г. в отделение неотложной помощи ТМО N 1 Василеостровского района Санкт–Петербурга поступил вызов на квартиру к гражданке Н., 53 лет. Повод к вызову звучал как «без сознания».

Впоследствии, из беседы с больной стало известно, что около 2 часов назад, она с суицидальной целью, приняла 100 таблеток дротаверина (по 0,04 г). Пустая упаковка от препарата была найдена у постели больной. Больная ранее на учете в психоневрологическом диспансере не состояла, хронических заболеваний не имела, у врача не наблюдалась.

Спустя 1,5–2 часа после приема препарата, больная была обнаружена родственниками, без сознания.

На момент прибытия врача состояние больной было относительно удовлетворительное. Больная находилась в сознании, была заторможена. В окружающей обстановке, собственной личности и времени ориентирована. Речь и поведение напоминали «алкогольное опьянение». Кожные покровы и видимые слизистые физиологической окраски, теплые, сухие на ощупь. Зрачки симметричные, не расширены. Реакция зрачков на свет симметричная, содружественная. Ригидности затылочных мышц, менингеальных симптомов нет. Симптом Кернига отрицательный. Гемодинамика стабильная, артериальное давление 150/80 мм рт.ст., пульс ритмичный, 60 в минуту, удовлетворительных свойств. Дыхание ритмичное, везикулярное, 14 в минуту. Живот мягкий, безболезненный. В момент осмотра больная жалоб не предъявляла. Заявляла, что чувствует себя «хорошо», от предложенной госпитализации отказывалась. В присутствии врача была однократная рвота желудочным содержимым с примесью, не переваренной пищи. Следов таблеток не было. После этого, в течение нескольких минут больная потеряла сознание. Констатирована кома III степени (3 балла по Глазго). Очаговой неврологической симптоматики, нарушений дыхания и сердечной деятельности не было. Гемодинамика стабильная. Учитывая приблизительное время приема больной таблеток, произведено зондовое промывание желудка общим объемом жидкости 6 литров. Следов таблеток в промывных водах не было. После введения орального воздуховода больная была подготовлена к транспортировке.

В 15.40 в машине скорой помощи, внезапно, была отмечена резкая брадикардия (40 в минуту) и произведена экстренная регистрация электрокардиограммы (ЭКГ). На ЭКГ: ритм из атриовентрикулярного соединения (AV) с частотой 46 в минуту, частая полиморфная желудочковая экстрасистолия с широкими комплексами QRS и эпизодами бигеминии. В момент съемки ЭКГ возникло трепетание желудочков с частотой около 320 в минуту с переходом в мелковолновую фибрилляцию желудочков. Объективно: пульс на крупных сосудах шеи не определяется, признаков эффективной гемодинамики нет, аритмичное дыхание по типу Чейн–Стокса. Стали проводиться реанимационные мероприятия. В ходе подготовки к дефибрилляции было отмечено спонтанное восстановление сердечного ритма. На ЭКГ: ускоренный ритм из AV соединения с частотой 56 в минуту, мономорфная желудочковая экстрасистолия с широкими комплексами по типу бигеминии. Была произведена интубация трахеи и катетеризация кубитальной вены. Начата инфузионная терапия со струйным внутривенным ведением 0,9% физиологического раствора (общим объемом 1 литр) и внутривенное капельное введение раствора адреналина со скоростью 10 мкг/мин. Проводилась искусственная вентиляция легких кислородо–воздушной смесью с частотой 12 в минуту. Установлен центральный катетер через подключичный доступ. В результате проводимой терапии наблюдалась отчетливая положительная динамика. Показатели гемодинамики стабилизировались: АД 140/80 мм рт.ст., пульс аритмичный, 80 в минуту, удовлетворительных свойств. На ЭКГ: Синоартриальная (СА) блокада III степени. Единичные предсердные комплексы из верхних отделов правого предсердия (синусовые?). Ритм из AV–соединения с частотой 70 в минуту, частая полиморфная желудочковая экстрасистолия с широкими комплексами.

Спустя 15–20 минут больная пришла в сознание, ориентирована, жалоб нет. Дыхание самостоятельное, ритмичное,16 в минуту. Было самостоятельное мочеиспускание (объемом около 300 мл). В относительно удовлетворительном состоянии больная была доставлено в специализированное токсикологическое отделение НИИ Скорой помощи.

Спустя неделю больная выписана из стационара здоровой. За время пребывания в стационаре повторных острых нарушений сердечного ритма не было.

Обсуждение

В найденной нами литературе смертельная доза дротаверина указывается в 1,6 –2,4 г (40–60 таблеток по 40 мг) и смерть погибших наступала в пределах 2–3 часов после приема препарата. Это, вероятно связано с высокой скоростью всасывания (30 минут) и высокой (почти 100%) биодоступностью препарата.

В наблюдавшемся нами случае потенциально смертельное нарушение сердечного ритма возникло в сроки, соответствующие этим данным. В клинической картине отравления мы наблюдали 2 основных синдромокомплекса: кардиотоксический эффект и выраженное угнетение центральной нервной системы.

Кардиотоксический эффект дротаверина в виде выраженной синусовой брадикардии с развитием СА блокады III степени и появлением эктопических ритмов: ритм из AV соединения, полиморфная желудочковая экстрасистолия, а также развитие на их фоне трепетания желудочков сердца с переходом в фибрилляцию желудочков. Вероятно, патогенетический механизм этих нарушений обусловлен:

• непосредственным угнетающим действием на клетки водителя ритма

• синусового узла [2];

• блокадой b-адренергических рецепторов сердца [5];

• угнетающим влиянием на проводящую систему сердца [5].

Выраженное угнетение центральной нервной системы (ЦНС) в виде нарушения сознания от легкого сопора до комы III степени, без развития очаговой неврологической симптоматики. Механизм токсическоко действия препарата на ЦНС нам не известен и в найденных нами литературных источниках не указан.

Выводы

Отравление дротаверином в разовой дозе 1,6 г и более потенциально смертельно, из–за возможных фатальных нарушений сердечного ритма в течение первых 3 часов с момента приема препарата.

 

М.Ю. Безверхний, Е.М. Углева

г. Санкт–Петербург

 

Список литературы Вы можете найти на сайте http://www.rmj.ru

 

Литература:

1. Т.В. Азарова, А.Б. Раухвергер, В.И. Светличная и др. Отравление но–шпой с летальным исходом. // Судебно–медицинская экспертиза, 1982; 2: 50–1.

2. Н..А. Богачев, Э.С. Ермилова, Г.В. Ковалев и др. К механизму кардиотоксического действия но–шпы. // Фармакология и токсикология, 1977; 5: 547–51.

3. Л.Г. Воронкова, Л.Я. Медведева. Случай отравления но–шпой. // Судебно–медицинская экспертиза, 1983; 1: 56–7.

4. Е.С. Мишин. Смертельные отравления препаратом но–шпа. // Судебно–медицинская экспертиза, 1982; 2: 74–6.

5. И.С. Чекман. Справочник по клинической фармакологии и фармакотерапии, Киев, Здоровье, 1987. С. 364–7.


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak