Институту Ревматологии РАМН 50 лет

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №24 от 29.10.2008 стр. 1590
Рубрика: Ревматология

Для цитирования: Эрдес Ш., Фоломеева О.М. Институту Ревматологии РАМН 50 лет // РМЖ. 2008. №24. С. 1590

Государственное учреждение Институт ревматологии РАМН (далее – Институт) является правопреемником созданного в 1958 г. Госу­дарственного научно–иссле­до­вательского Института ревматизма Минздрава РСФСР (с 1962 г. – Институт ревматизма АМН СССР, с 1982 г. – Институт ревматологии АМН СССР, затем – Институт ревматологии РАМН). Открытие Института 50 лет назад осуществилось по инициативе и благодаря усилиям его основателя, крупнейшего отечественного ученого и организатора здравоохранения академика АМН СССР Анатолия Иннокентьевича Нестерова.

Государственное учреждение Институт ревматологии РАМН (далее – Институт) является правопреемником созданного в 1958 г. Госу­дарственного научно–иссле­до­вательского Института ревматизма Минздрава РСФСР (с 1962 г. – Институт ревматизма АМН СССР, с 1982 г. – Институт ревматологии АМН СССР, затем – Институт ревматологии РАМН). Открытие Института 50 лет назад осуществилось по инициативе и благодаря усилиям его основателя, крупнейшего отечественного ученого и организатора здравоохранения академика АМН СССР Анатолия Иннокентьевича Нестерова.
Институт был образован в соответствии с По­становлением Совета Министров РСФСР от 8 марта 1958 г. и приказом Минздрава от апреля того же года, при этом на вновь созданное учреждение были возложены функции головного в СССР института по проблеме «Ревматизм и болезни суставов».
Созданию Института предшествовала многолетняя работа целой плеяды передовых российских ученых, понимающих большую медико–социальную значимость острой ревматической лихорадки (ОРЛ) (ревматизма – по терминологии тех лет) и всего круга ревматических болезней, характеризующихся сис­темным поражением соединительной ткани.
Еще в феврале 1928 г. по предложению Наркома здравоохранения Н.А. Семашко был организован Всесоюзный Комитет по изучению ревматизма и болезней суставов и борьбе с ними (далее – Анти­ревматический комитет), вскоре вступивший в Международную антиревматическую лигу. Эту дату можно считать днем рождения отечественной научно–практической ревматологии и государственной ревматологической службы, то есть в этом году им исполняется 80 лет.
Уже при организации Антиревматического комитета ставилась задача углубленного изучения распространенности, этиологии и патогенеза, ранней диагностики и лечения «конгломерата болезней», которые покрывались общей шапкой наименования «ревматизм» (Н.А. Семашко, Acta Rheumatica, 1929, I,v.5). Однако ведущее место среди всех ревматических заболеваний многие годы занимал острый суставной ревматизм (терминология того периода) и его варианты, объединенные термином «ревматизм». Последний привлекал к себе особое внимание врачей и ученых вследствие поражаемости преимущественно молодых контингентов населения, начиная с детского возраста, высокой распространенности и ранней смертности больных от сердечной недостаточности.
О серьезности проблемы ревматизма в государственном масштабе свидетельствовали данные медицинской статистики, в соответствии с которыми распространенность острого суставного ревматизма (ОРЛ), например, в Москве и Московской области достигала 820–1810 больных на 100 тыс. населения. Впечатляет динамика этих показателей, произошедшая в стране за полвека борьбы с этой коварной болезнью: в начале XXI века распространенность ОРЛ не превышает 6–7 случаев на 100 тыс. жителей России, а в Москве этот показатель в 2006 г. снизился до уровня 0,2 на 100 тыс. Эти цифры являются безу­словным свидетельством не только улучшения материально–бытовых и санитарных условий жизни населения, но и эффективности проводимых многоплановых научных исследований, направленных на уточнение терминологии, сущности и проявлений болезни и создание методов профилактики и лечения ОРЛ, широко внедряемых в практику здравоохранения. Не последнее место в процессе «улучшения» статистических показателей, относящихся к ОРЛ и ревматическим порокам сердца (РПС), занимало также совершенствование их диагностики. Этому способствовали разработка и внедрение унифицированных критериев диагноза, упорядочение терминологии, повсеместное использование лабораторных (например, определение антистрептококковых антител и антигена) и инструментальных (например, ЭхоКГ) методов исследования, позволившие «очистить» контингенты больных «ревматизмом» от сходных заболеваний и состояний, не имеющих отношения к ОРЛ.
В кардинальном решении проблем ОРЛ и связанных с ним РПС решающую роль сыграл Институт ревматизма, возглавлявшийся до 1970 г. академиком А.И. Нестеровым. При этом важнейшее значение имело прежде всего доказательство роли β–гемоли­тического стрептококка группы А в качестве этиологического фактора ОРЛ, позволившее обосновать необходимость проведения антиревматической профилактики, включающей лечение ангин пенициллином и осуществление вторичной бициллинопрофилактики у заболевших ОРЛ людей.
Не меньшую роль в успешном решении проблем ОРЛ сыграла разработанная А.И. Нестеровым рабочая классификация ревматизма, основополагающими принципами которой были следующие:
– на всех этапах течения болезни ведущее значение имеет ревматический кардит (вальвулит);
– необходимо дифференцированное определение воспалительной активности болезни (кардита) и ее выраженности.
Значимость данных положений для клиницистов и организаторов борьбы с ревматической лихорадкой состояла в том, что они делали акцент не на ярко проявляющемся, но быстро проходящем ревматическом полиартрите, а на относительно медленно развивающемся, нередко маломанифестном специфическом воспалительном поражении сердца, от эволюции которого, по сути, зависел исход ревматического процесса и прогноз у каждого пациента. Эта позиция обосновывала необходимость разработки методов определения воспалительных кардиологических изменений в динамике, а также тщательного и длительного лечения болезни. Дифференцированное выделение 3–х степеней активности ревматического процесса позволяло проводить лечение больного и последующие профилактические мероприятия, руководствуясь объективными результатами динамических клинических, лабораторных и инструментальных методов исследований.
Для успешной борьбы с ревматической болезнью требовались усилия взаимодействующих структур ревматологической (до 1979 г.– кардиоревматологической) службы – от специализированных кабинета районной поликлиники и отделения больницы до городского или территориального ревматологического (кардиоревматологического) центра. Приказ МЗ СССР № 582 от декабря 1958 г., в подготовке которого основную роль сыграл А.И. Нестеров, впервые четко сформулировал организационные принципы и нормативы строительства отечественной ревматологической службы, заложенные еще в 30–40–х гг. ХХ века Анти­ревматическим комитетом. Главной целью деятельности ревматологов было названо «снижение заболеваемости ревматизмом, преду­преждение его рецидивов и уменьшение тяжести последствий».
Уже в 60–е годы прошлого столетия благодаря целеустремленной работе А.И. Нестерова и возглавляемого им коллектива сотрудников Института, многочисленных ученых и практических врачей на всей территории бывшего Советского Союза, тесным и плодотворным связям научной и практической ревматологии эта цель была в основном достигнута. Пожалуй, впервые на модели ОРЛ была продемонстрирована значимость реализации образовательных программ по вопросам соблюдения принципов ранней диагностики ОРЛ и профилактики ее обострений для врачей и при участии самого населения.
Планируя организацию Института, призванного возглавить борьбу с ревматизмом, А.И. Нестеров изначально заложил в его структуру возможности изучения и других ревматических заболеваний. В клинике Института, открывшейся 4 ноября 1958 г., были созданы 3 отделения: собственно ревматическое, возглавляемое академиком А.И. Нестеровым, отделение инфекционного неспецифического полиартрита («инфектартрита», как в те годы назвался в СССР ревматоидный артрит) под руководством его талантливой ученицы прфессора М.Г. Астапенко и отделение «пограничных форм», разрабатывающее новую для отечественной медицины проблему диффузных болезней соединительной ткани, или «коллагенозов», руководителем которого был назначен академик АМН, профессор Е.М. Тареев (в 1963 г. заведование этим отделением перешло к В.А. Насо­новой). Кроме того, на базе ГКБ № 67 было открыто детское ревматологическое отделение, руководителем которого стала профессор А.В. Долгополова, где проблемы ОРЛ в детском возрасте (клиника, диагностика и прогноз «первичного ревмокардита») успешно разрабатывала Н.Н. Кузьмина, а эпидемиологии и профилактики – Л.И. Беневоленская.
Параллельно с ревматизмом в Институте велись научные исследования других ревматических заболеваний, включавшие разработку критериев их диагноза и дифференциальной диагностики, изучение особенностей течения и выработку принципов дифференцированного лечения, оценку исходов и прогноза болезни.
Предложенная А.И. Нестеровым система оценки ревматического процесса по степеням активности явилась плодотворным стимулом для создания критериев активности других РБ. Так, А.И. Нестеровым и М.Г. Астапенко были предложены критерии активности инфектартрита (ревматоидного артрита – РА), усовершенствованные в процессе совместной работы с немецкими коллегами (1979 г.). В 1980 г. на пленуме ВНОР была принята также первая рабочая классификация РА, совершенствуемая в процессе дальнейшей работы. Последняя рабочая классификация РА, разработанная Институтом, была одобрена пленумом Ассоциации ревматологов России (АРР) в ноябре 2007 года.
Критерии активности, как и классификация болезни в целом, были разработаны для системной красной волчанки (СКВ) В.А. Насоновой (1965,1972 гг.) и для системной склеродермии (ССД) Н.Г. Гусевой (1975 г.). В начале 1980–х гг. были созданы отечественные классификации ювенильного ревматоидного артрита (А.В. Долгополова и соавт.), остеоартроза и подагры (Л.И. Беневоленская и соавт.), синдрома (болезни) Шегрена (В.И. Васильев), в которых также важное место принадлежало дифференцированным критериям степеней активности этих ревматических заболеваний.
Развивая это плодотворное и весьма нужное для практиков–ревматологов направление, Л.И. Бенево­ленская и М.М. Бржезовский в 1988 г. опубликовали диагностические критерии ревматизма с математической оценкой каждого показателя, которые можно было использовать и для клинической работы, и для эпидемиологических исследований.
Несколько позже (1989 г.) коллективом ученых Института под руководством Э.Р. Агабабовой были созданы и апробированы отечественные критерии диагностики псориатического артрита, а в 2003 г. – представлены предварительные критерии диагностики реактивных артритов.
Следует подчеркнуть, что введение понятия «активность» той или иной РБ и создание критериев ее разделения по степеням явились безусловным приоритетом отечественных ревматологов. На основании разработанных рабочих классификаций и критериев активности, широко используемых в клинической практике ревматологов до настоящего времени, стало возможным во всех лечебных учреждениях страны стандартизовано (хотя такой термин в те годы не был популярным) подходить к формулировке диагноза, оценке каждого конкретного пациента и выбору адекватных схем и методов лечения. При этом постоянное внимание уделялось вопросам внедрения единой терминологии, позволяющей всем ревматологам страны «говорить на одном языке».
Интенсивность научных исследований по различным проблемам современной ревматологии особенно возросла после прихода к руководству Институтом ревматологии в 1970 г. профессора, а вскоре – чле­на–корреспондента и действительного члена АМН СССР Валентины Алек­сандровны Насоновой.
Накопленный к тому времени клинический опыт, осуществление длительного диспансерного наблюдения за большими группами пациентов, стремление к творческому осмыслению получаемых результатов, присущие коллективу сотрудников Института, позволили не только выделить варианты течения основных ревматических заболеваний, но и впервые подробно описать ранее неизвестные отечественной ревматологии синдромы и заболевания. Среди них – смешанное заболевание соединительной ткани (М.М. Иванова, Н.Г. Гусева, О.М. Фоломеева), эозинофильный фасциит, индуцированная склеродермия и паранеопластический «ревматический» синдром (Н.Г. Гусева) и др. Были изучены и описаны варианты органных поражений при воспалительных ревматических заболеваниях, например, системные (внесуставные) проявления РА (В.А. На­сонова, Р.М. Бала­банова). Многообразие ювенильных артритов открывалось в работах детского отделения Института (А.В. Долгополова, Л.С. Алексеев, А.В. Шайков, а в последующие годы – Н.Н. Кузьмина, И.П. Никишина, С.О. Са­лу­гина и др.).
М.Г. Астапенко, возглавившая созданный в 1971 г. на базе отделения Института ревматизма Артрологи­ческий центр СССР, положила начало углубленному изучению остеоартроза, как большой системной и наиболее распространенной в популяции патологии суставов («артрозная болезнь»). Ее дело продолжили и развивают на новом уровне другие сотрудники Института (Е.С. Цветкова и сотр., в последние годы – Л.И. Алексеева и сотр.), уделяя, в частности, большое внимание проблеме лечения, включающего не только противовоспалительные и обезболивающие, но и современные хондропротективные препараты.
В структуре будущего Артроцентра, созданного на базе 13 ГКБ, в 60–е гг. стало функционировать первое в стране ревмохирургическое отделение (В.П. Павлов), в котором начали выполняться операции на суставах у больных РА (в те годы – «инфект­артрит»). Инициатором развития в Институте ревматизма хирургических методов лечения и реабилитации ревматологических больных был А.И. Нестеров, продолжили это направление его последующие руководители – В.А. Насонова и затем – Е.Л. На­сонов. В настоящее время через травматолого–ортопе­ди­ческое отделение Института ревматологии РАМН с функционирующей на его основе лабораторией ревмоортопедии с реабилитацией (С.А. Макаров и сотр.) проходят за год более полутысячи больных. Здесь с успехом проводятся уникальные операции, включая высокотехнологичные методы эндопротезирования суставов, не только при невоспалительных, но и системных воспалительных ревматических заболеваниях – РА, СКВ, анкилозирующем спондилоартрите и др.
Многолетнее изучение роли микробных и иных возбудителей в развитии ревматических заболеваний и клинических вариантов последних (реактивные артритов, болезни Рейтера), разработка методов их лечения успешно осуществлялись в отделении, руководимом Э.Р. Агабабовой (С.М. Сидельникова, С.В. Шубин, М.М. Урумова и др.), с участием специалистов микробиологов и эпидемиологов из профильных институтов. В последние годы отделение сосредоточило внимание на изучении современных диагностических (роль МРТ) и терапевтических проблем, включая применение принципиально новых препаратов – биологических агентов (инфликсимаб и др.) при серонегативных спондилоартритах, в первую очередь – анкилозирующем спондилите (Н.В. Бунчук и сотр.).
Также были всесторонне рассмотрены клинические, патогенетические и диагностические аспекты Лайм–бор­релиоза в российской популяции больных. Впервые тщательно изучены его ревматические проявления. Эта работа проходила в рамках советско–аме­ри­канского сотрудничества ревматологов, инициатором ее проведения была В.А. Насонова, а возглавляла исследования с нашей стороны Л.П. Ананьева.
В последнее десятилетие не теряющее актуальности изучение распространенности и спектра коморбидных инфекций, а также методов современной антиинфекционной химиотерапии и профилактики при РБ проводится в группе Б.С. Белова.
В Институте не прекращаются попытки уточнения роли вирусных агентов в развитии воспалительных РБ и перспектив применения противовирусных препаратов в комплексном лечении больных (Р.М. Бала­банова и сотр.), начатые в середине 1970–х гг. З.С. Алекберовой.
Безусловным достижением 70–80–х гг. стало исследование возрастных особенностей (В.А. На­со­нова с сотр., Л.В. Иевлева с сотр.) и полового диморфизма при РБ (З.С. Алекберова), детальное изучение на большом собственном материале, описание и классификация почечной патологии и поражений ЦНС при СКВ (М.М. Иванова и сотр.), сосудистых (генерализованный синдром Рейно) и висцеральных проявлений ССД (Н.Г. Гусева), вторичного амилоидоза при РА (Я.А. Сигидин, Ю.В. Муравьев).
Особое внимание уделялось разработке и внедрению научно обоснованных методов диспансеризации больных с различными ревматическими заболеваниями: ревматизмом (И.Н. Михайлова, А.Ю. Боло­тина), РА (Т.М. Трофимова), СКВ (М.М. Иванова), ССД (Н.Г. Гусева), анкилозирующим спондилоартритом (Э.М. Асеева) и др. Данные разработки базировались на собственных длительных наблюдениях за большими когортами больных.
В результате к настоящему времени Институт располагает уникальным клиническим материалом, включающим, например, 1500 больных СКВ, около 2 тысяч пациентов с болезнями склеродермического круга и более 2,5 тысяч – с синдромом и болезнью Шегрена. Ежегодно через клинику Института проходят более 2 тысяч больных с различными формами и вариантами РА и около 3 тысяч пациентов с другими РБ.
Институт ревматологии неоднократно инициировал появление и развитие новых перспективных направлений медицины в стране, в т.ч. приобретающих характер междисциплинарных. К таковым следует отнести проблему антифосфолипидного синдрома, открытую для отечественных ревматологов З.С. Алекберовой и сотр. и Е.Л. На­соновым и сотр. и взятую затем на вооружение другими специалистами – невропатологами, акушерами–гине­кологами, кардиологами и др. Подобными проблемами, объединяющими специалистов разного профиля при ведущей роли ревматологов, явились также остеопороз (Л.И. Бе­неволенская), синдром и болезнь Шегрена (В.И. Васильев), болезнь Бехчета (З.С. Алекберова), синдром боли в нижней части спины (Ш. Эрдес) и другие.
Плодотворная научная и практическая деятельность клинических отделений была бы невозможной, если бы в Институте с самого начала не была создана мощная научно–диагностическая служба. Среди ее подразделений следует отметить прежде всего лабораторию клинической иммунологии (В.И. Сачков и более 40 последних лет – А.И. Сперанский и сотр.), в которой определяются и изучаются многие маркеры аутоиммунного воспаления .
Важное место занимают исследования морфологических «субстратов» РБ, проводимые все эти годы сотрудниками лаборатории патоморфологии (Н.Н. Грицман, М.С. Ру­сакова, последние 15 лет – С.Г. Ра­денска–Лоповок).
Большую роль как для практической работы клиники, так и для изучения функциональных и структурных нарушений со стороны сердечно–легочной системы, периферических сосудов разного калибра, суставов, мышц и других органов при различных РБ играют исследования, выполняемые в лаборатории функциональной диагностики (В.Ф. Сысоев), последние 20 лет – лаборатории инструментальной и УЗИ– диагностики РБ (Э.С. Мач и сотр.).
Огромный опыт диагностики и дифференциальной диагностики суставных и костных заболеваний и нарушений накоплен в рентгеновском отделении Института (В.В. Зодиев, Ю.С. Хомяков, В.А. Шанина, Н.М. Мылов, последние годы – А.В. Смирнов и сотр.). В наши дни в структуре рентгеновского отделения имеется группа денситометрии, а также разрабатываются методики магнитно–ре­зо­нансной томографии суставов, в первую очередь – при ранних стадиях заболеваний.
Возможность изучения патогенетических механизмов развития и лечения РБ на животных моделях обеспечивается благодаря входящему в структуру Института в течение десятков лет прекрасно оборудованному виварию, на базе которого по инициативе В.А.Насоновой была создана ла­боратория биологического моделирования РБ (Г.Н. Плес­ковская).
С первых дней работы Института в нем стали изучаться методы лечения РБ. Огромное науч­но–практическое значение для отечественной ревматологии имела разработка принципов глюкокортикоидной терапии воспалительных и аутоиммунных ревматических заболеваний (В.А. Насонова, Я.А. Си­гидин, М.М. Иванова, Н.Г. Гусева и сотр.), в частности, применения сверхвысоких доз метилпреднизолона внутривенно («пульс–терапия»), а также методов экстракорпоральной терапии пациентов, находящихся в кризовых ситуациях (М.М. Иванова, С.К. Соловьев и сотр.). Столь же значимым стало внедрение в схемы лечения ревматологических больных иммуномодулирующих средств, начиная с аминохинолиновых препаратов (Т.И. Бибикова, М.М. Иванова и сотр.) и кончая цитотоксическими – азатиоприном, хлорамбуцилом, циклофосфамидом и др. (М.М. Иванова и соавт., С.К. Соловьев и соавт., В.И. Ва­сильев и др.). Значи­тельное место занимали также исследования других базисных противовоспалительных препаратов: солей золота, сульфасалазина, метотрексата, позже – ле­флуномида и др. (Т.М. Трофимова, Я.А. Сигидин и сотр., позже – Р.М. Балабанова, Ю.А. Олюнин и др.).
Научные разработки Институтом терапевтических аспектов РБ, основанные на проспективном диспансерном наблюдении значительных контингентов пациентов, активно востребуемые и внедряются и используются в клинической практике. Это привело к значительному улучшению прогноза у больных с системными поражениями соединительной ткани, к возможности замедлить прогрессирование и отодвинуть инвалидизацию при РА и серонегативных спондилоартропатиях, предупредить рецидивы ревматического процесса, улучшить исходы ювенильных артритов и др.
Создание лаборатории клинической фармакологии (Я.А. Сигидин) позволило впервые организовать в соответствии с международными требованиями клинические исследования (двойные слепые, рандомизированные, плацебо–контролируемые) ряда нестероидных противовоспалительных и других антиревматических препаратов и дать объективную оценку их эффективности и переносимости.
Постоянно и многократно возрастающая в современных условиях необходимость проведения подобной важнейшей работы привела к организации в 2004 г. крупной лаборатории клинических исследований (Л.Н. Денисов и сотр.), в которой широко развернулись испытания современных противоревматических средств, как зарубежных, так и отечественных. Многие исследования осуществляются в рамках международных научных проектов. Получаемые результаты позволяют оценивать эффективность противоревматических препаратов с позиций доказательной медицины.
Этому способствуют используемые в рамках данной лаборатории инновационные технологии, на­правленные на совершенствование ранней лабораторной иммунодиагностики РА и СКВ, изучение молекулярно–генетических механизмов воспаления, использование иммунологических маркеров для оценки эффективности терапии генно–ин­женерными биологическими препаратами и для прогнозирования течения ревматических заболеваний, поиск лабораторных биомаркеров кардиоваскулярного риска при этих заболеваниях (Е.А. Александрова и сотр.).
Частота и спектр возможных нежелательных явлений и осложнений, возникающих в ходе лечения ревматологических больных, и пути их минимизации разрабатываются в лаборатории по изучению безопасности антиревматических препаратов (Ю.В. Муравь­ев и сотр., А.Е. Каратеев).
Фундаментальные вопросы эпидемиологии и генетики ревматических болезней активно изучаются в одноименном отделе (Л.И. Беневоленская), созданном по предложению академика А.И. Нестерова. Сотрудники этого отдела в 70–80–е гг. прошлого века впервые в стране организовали широкомасштабное эпидемиологическое исследование, охватившее более 50 тыс. населения бывшего СССР. В результате были получены конкретные сведения о популяционной распространенности ревматизма, РА, анкилозирующего спондилоартрита, остеоартроза и по­дагры, продемонстрировавшие, что более 8% взрослого населения страны страдают одним из этих пяти ревматических заболеваний.
Сотрудниками входящей в состав отдела лаборатории медицинской генетики (В.А. Мякоткин и сотр.) была установлена существенная роль генетических факторов, прежде всего антигенов системы HLA, в формировании чувствительности к ревматизму, РА, СКВ, анкилозирующему спондилоартриту и остеоартрозу. В рамках мультифакториального типа наследования продемонстрирована генетическая гетерогенность ревматизма и РА. Анализом сцепления на 14–й хромосоме в области кластера генов Т–кле­точных рецепторов TCRA/NCRD локализован один из генов чувствительности к РА. Показано, что наличие у индивида HLA B27 повышает риск заболеваемости в 80 раз. Значимость этого антигена доказана исследованиями жителей Чукотки и Аляски (совместно с американскими коллегами), а также угро–финских популяций России (Ш. Эрдес), у которых высокая частота HLA B27 прямо коррелировала с частотой анкилозирующего спондилита. Иследо­ваниями последних лет установлено также, что носительство HLA антигенов, имеющих общий аминокислотный эпитоп (SE), повышает вероятность заболеть РА в 13 раз, а в комбинации с наличием антицитруллинированных антител – в 95 раз. В результате изучения молекулярных полиморфизмов 13 кандидатных генов, участвующих в ремоделировании костной ткани, были выявлены гены чувствительности к остеопорозу и артрозу.
Во многом благодаря активной позиции Л.И. Бе­неволенской, горячо поддержанной академиком В.А. На­соновой, Институт ревматологии стал инициатором комплексного изучения в Российской Феде­рации сложной проблемы первичного и вторичного остеопороза (включая остеопороз у больных ревматическими заболеваниями), являющейся, по сути, междисциплинарной. На базе отдела эпидемиологии и генетики в 1997 г. был создан Центр профилактики остеопороза МЗ РФ. За прошедшие 10 лет достигнуты весьма значительные успехи в изучении эпидемиологии, клиники, диагностики, лечения и профилактики остеопороза в стране и в подготовке врачебных кадров по этим вопросам. Региональные центры остеопороза, располагающие современными денситометрами, открыты в 24 городах Российской Федерации. Научная и практическая работа по проблемам остеопороза, возглавляемая Институтом, осуществляется в соответствии с требованиями мировых стандартов.
Институт, как головное учреждение по ревматологии, с первых дней работы взял на себя также сложную функцию организатора специализированной помощи многочисленным больным ревматическими заболеваниями на государственном уровне. Безус­ловной заслугой А.И. Не­сте­рова, а также М.Г. Астапенко, А.В. Долгополовой, Б.Г. Лей­тес, А.Ю. Болотиной, Е.Н. Максаковой и др. и, конечно, глав­ного ревматолога МЗ СССР В.А. Насоновой явились разработка и внедрение научно–обоснованных принципов создания ревматологической службы. Они легли в основу серии приказов Министерства здравоохранения по организации и совершенствованию ревматологической помощи населению СССР (затем – РСФСР и Российской Федерации). В результате активной организационно–методической работы Института уже в 60–х гг. ХХ века более чем на половине территорий бывшего Советского Союза были развернуты структуры ревматологической службы – кабинеты, отделения, центры (до 1979 г. они были объединены с кардиологией). Институтом велась планомерная работа по распространению знаний по проблемам ревматологии не только среди врачей, но и населения. Он столь же активно и целенаправленно осуществлял подготовку кадров ревматологов для научной и практической работы во всех регионах страны и внедрял свои научные разработки в практику отечественного здравоохранения.
Благодаря настойчивости действий главного ревматолога страны, академика В.А. Насоновой ревматологическую службу удалось не только сохранить, но и укрепить в сложный период «разделения» с кардиологической (80–е гг.), а также в годы перестройки (90–е гг. прошлого века). Ранее сформировавшиеся под влиянием и с помощью головного Института центры ревматологии продолжали проводить масштабную научно–практическую работу на местах (С.–Петер­бург, Волгоград, Ярославль, Екатеринбург, Орен­бург, Тула, Воронеж, Казань, Ростов–на–Дону, Кемерово, Новосибирск, Хабаровск и др.).
Данные организованного по инициативе В.А. На­со­но­вой постоянного мониторинга ревматической заболеваемости населения страны (О.М. Фоло­ме­ева, лаборатория научно–организационных проблем ревматологии) убедительно свидетельствуют о неуклонно возрастающей медико–социальной значимости РБ. Так, 5–летний прирост заболеваемости болезнями костно–мышечной системы и соединительной ткани (ХIII класс по МКБ–10), в современном понимании по сути ревматическими, составил в начале ХХI века 17,7%, вдвое превысив интенсивность роста общей заболеваемости населения России. В 2006 г. число зарегистрированных больных с этой патологией достигло 16 895,7 тыс. (11 835,6 на 100 тыс. населения). Бо­лезни XIII класса, к сожалению, остаются в современнй России одной из основных причин преждевременной утраты трудоспособности (2–3 место среди всех причин временной нетрудоспособности и инвалидности) и, как стало очевидным в последние годы, существенно сокращают продолжительность жизни пациентов.
Знаменательно, что в 2007 г. Минздравсоц­раз­вития России издал приказ №444 «О мерах по совершенствованию организации ревматологической медицинской помощи населению Российской Фе­дерации», укрепивший позиции ревматологов и основных структур ревматологической службы. В подготовке этого важного документа активное участие принимала Ассоциация ревматологов России (АРР) во главе со своим президентом, директором Института ревматологии, академиком РАМН, профессором Евге­нием Львовичем Насоновым.
Е.Л. Насонов занял пост директора в 2001 г. Приход нового руководителя, сохранившего основные направления деятельности Института и явившегося продолжателем его славных традиций, совпал с периодом поистине революционных научных достижений и открытий в мировой ревматологии. Данный факт, естественно, нашел свое отражение в появлении новых научных направлений и программ исследования Института.
Так, доказательства роли воспалительных механизмов в развитии атеросклероза с участием цитокинов и других медиаторов воспаления, играющих основополагающую роль в патогенезе ревматических заболеваний, явились стимулом к организации углубленного изучения кардиоваскулярных нарушений, частоты и механизмов развития раннего атеросклероза при них (в частности, при РА и СКВ). Таким образом, ревматология и кардиология вновь сомкнулись, но на принципиально новой основе.
В Институте под руководством Е.Л. Насонова развернулись клинические исследования принципиально новых высокотехнологичных генно–инже­нерных препаратов – биологических агентов (прежде всего антагонистов фактора некроза опухоли), пришедших в ревматологию в начале нового столетия. Был создан Центр антицитокиновой терапии (Г.В. Лу­кина, Я.А. Сигидин) с рядом филиалов в регионах РФ, организован регистр больных, получающих биологические препараты. Радикальный эффект биологических агентов, примененных на начальных стадиях РА, при псориатическом артрите и анкилозирующем спондилоартрите, позволяет ставить ранее недостижимую задачу – получение стойкой и полной ремиссии или даже выздоровления при этих тяжелых прогрессирующих РБ.
По инициативе и при непосредственном участии директора Института была разработана отраслевая программа «РАДИКАЛ», направленная на изучение клинико–диагностических особенностей, исходов и принципов активного лечения РА на самых ранних его стадиях, в «окне возможности», когда эффект терапии максимален. Программа была одобрена на заседании Президиума РАМН и успешно выполняется (Д.Е. Каратеев и сотр.). В том же ключе изучаются ранние стадии других ревматических заболеваний (ювенильных артритов, анкилизирующего спондилоартрита, СКВ и др.).
Кроме того, в Институте проведен цикл новаторских исследований по подагре, рассматриваемой в рамках общего метаболического синдрома (В.А. На­сонова, В.Г. Барскова и сотр.), и данная проблема продолжает разрабатываться.
В лабораториях и отделениях Института ведутся фундаментальные работы по изучению роли клеток–пред­шественников в патологии ангиогенеза при ССД, клинического значения антител к нуклеосомам и белкам теплового шока при СКВ, количественного и качественного состава внеклеточной ДНК и ее роли в развитии аутоиммунных и иммуновоспалительных реакций, разрабатываются методика и показания к проведению центрифужного гранулоцитофереза в рамках интенсивной терапии РБ, а также к анти– В–клеточной терапии (ретуксимабом) больных СКВ и болезнью Шегрена (С.К. Соловьев, В.И. Васильев) и целый ряд других.
В начале ХХI века в структуре Института был создан отдел медико–социальных исследований (Ш. Эрдес и сотр.) – в качестве ответа на призыв международной «Декады костей и суставов 2000–2010», провозглашенной под эгидой ВОЗ и призванной усилить внимание к социальным аспектам РБ. Отделом была разработана программа многоцентрового эпидемиологического исследования «Социальная зна­чимость и экономические последствия ревматических заболеваний», в выполнении которой принимают участие 11 регионов РФ. В результате выявлена широкая распространенность суставных жалоб (44%) и припухлости суставов (артрита) (более 20%) в популяции взрослого населения России, нозологическая принадлежность и экономическая «цена» которых уточняются. В настоящее время утверждена и реализуется под руководством Института еще одна многоцентровая программа – «Боль в нижней части спины и спондилоартриты». Впервые в стране было проведено также многоцентровое исследование качества жизни (КЖ) больных РА «Мираж» с использованием международных валидированных специфических и генерических опросников (В.Н. Амирджа­нова). Данная работа продемонстрировала необходимость учета результатов самооценки пациентом КЖ для вынесения заключения о его общем физическом, психическом и социальном состоянии и влиянии на него проводимой терапии.
Исследования по основным социально значимым для нашего общества проблемам ревматологии продолжаются. Под руководством директора Института академика Е.Л. На­сонова в 2007 г. разработана Федеральная программа «Ревматические болезни 2008–2012 гг.», одобренная Президиумом РАМН и находящаяся на рассмотрении в Министерстве здравоохранения и социального развития Российской Федерации.
Огромное внимание Е.Л. Насонов уделяет вопросам создания современных стандартов диагностики и лечения больных ревматическими заболеваниями, представленных в виде серии клинических рекомендаций, издаваемых под эгидой АРР и широко распространяемых среди ревматологов и врачей других специальностей. Эти рекомендации становятся на­стольной книгой для тысяч врачей на огромной территории России и позволяют им применять современные, научно обоснованные методы диагностики и терапии у групп ревматологических больных на местах.
Институт располагает надежным научным потенциалом: в числе 135 его научных сотрудников 2 являются академиками РАМН, 35 – докторами и 62 – кандидатами медицинских или биологических наук. Специали­зированную подготовку по ревматологии в Институте сегодня получают 16 аспирантов и 19 ординаторов.
Ведущие научные сотрудники Института входят в состав специализированного диссертационного совета по ревматологии, председателем которого является Е.Л. На­сонов, а также формируют редколлегию журнала «На­учно–практическая ревматология», распространяемого среди ревматологов Российской Федерации. Институт имеет свой Интернет–сайт (www.rheumatolog.ru) и действующий канал телемедицины, с помощью которого осуществляется широкая научно–образовательная и клинико–диагнос­ти­ческая связь со многими, в том числе весьма отдаленными регионами России.
Институт остается настоящим головным учреждением для всех ревматологов России. Высок его авторитет и среди зарубежных ученых. Институт ревматологии РАМН является активным членом Европейской противоревматической лиги (EULAR) и принимает участие во многих международных научных проектах. Свидетельством высокой международной оценки деятельности Института и ревматологов бывшего СССР было избрание его руководителя академика В.А. Насоновой в 1975–77 гг. вице–пре­зидентом, в 1977–79 гг. – президентом–преемником и в 1979–81 гг. – президентом EULAR (European Liga Against Rheumatism).
Нынешний директор академик РАМН, профессор Е.Л. На­сонов и многие ведущие специалисты Ин­ститута пользуются большим авторитетом и уважением среди своих коллег из стран не только ближнего, но и дальнего зарубежья.
Институт ревматологии РАМН встречает свое 50–ле­тие, имея бесценный опыт прошлого и обладая всем необходимым научным и кадровым потенциалом для решения стоящих перед ним задач, что позволяет коллективу уверенно смотреть в будущее.

Профессор Ш. Эрдес,
к.м.н. О.М. Фоломеева,
ГУ Институт ревматологии РАМН

Редакция Русского Медицинского Журнала от души поздравляет Инсти­тут ревматологии РАМН с Юбилеем и желает дальнейших достижений в развитии Российской медицинской науки

Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak