Ревматоидный артрит и хронические вирусные гепатиты: проблемы и перспективы

Ключевые слова

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №30 от 13.11.2012 стр. 1493
Рубрика: Ревматология

Для цитирования: Белов Б.С., Лопаткина Т.Н., Насонов Е.Л. Ревматоидный артрит и хронические вирусные гепатиты: проблемы и перспективы // РМЖ. 2012. №30. С. 1493

Хронические вирусные гепатиты (ХВГ) в настоящее время представляют собой серьезную медико–биологическую и социальную проблему для всего человечества. Основными причинами, определяющими их актуальность, являются: а) высокая заболеваемость, б) нередкое развитие цирроза и первичного рака печени и, как следствие, нарастание летальности, в) значительные экономические потери, обусловленные необходимостью выделения огромных средств на лечение и профилактику этих инфекций.

В современной ревматологии проблема ХВГ, как и инфекционной патологии в целом, представляется весьма значимой. Хорошо известно о наличии так называемых «внепеченочных» (клинических и лабораторных) проявлений ХВГ, которые развиваются в 20–70% случаев и часто встречаются в ревматологической практике (артриты/артралгии, васкулит, феномен Рейно, синдром Шегрена, криоглобулинемия, наличие ревматоидного фактора и антиядерных антител в сыворотке крови и др.).
С другой стороны, несомненного внимания заслуживает проблема ХВГ как коморбидной инфекции, особенно при системных заболеваниях соединительной ткани. Указанное обстоятельство обусловливает необходимость модификации тактики лечения пациентов, получающих антиревматическую терапию, особенно цитостатики и современные генно–инженерные биологические препараты (ГИБП). При этом возникает необходимость внесения определенных корректив в схемы применения противовирусных препаратов, назначаемых с терапевтической и/или профилактической целью.
Цель настоящей статьи – представить данные о значении хронических коморбидных инфекций, вызванных вирусами гепатита В (HBV) и С (HCV) у больных ревматоидным артритом (РА).
Хронический вирусный гепатит В (ХГВ)
Приблизительно треть населения Земли имеют маркеры перенесенной HBV–инфекции и около 350 млн человек из них – маркеры текущей хронической HBV–инфекции, отличающейся широким спектром клинических вариантов и исходов заболевания.
Вирус HBV относится к ДНК–содержащим вирусам из семейства Hepadnaviridae. Оболочка его состоит из фосфолипидного двойного слоя, в который погружены частицы поверхностного антигена, состоящие из нескольких сотен молекул белка, гликопротеидов и липопротеидов. Внутри HBV находится нуклеокапсид или ядро (core), имеющее форму икосаэдра, содержащее геном HBV, концевой белок и фермент ДНК–полимеразу. ДНК HBV включает 4 гена, представленные ниже [1].
S–ген кодирует поверхностный («австралийский») антиген оболочки – HBsAg. С–ген (core–ген) кодирует белок нуклеокапсида – так называемый сердцевинный Ag (HBсAg). В core–гене выделяют pre core – зону, кодирующую pre core – полипептид, который модифицируется в растворимую форму и секретируемый в кровь белок – HBeAg (маркер репликации вируса). Инфицирование pre core мутантным HBV приводит к снижению или полному прекращению продукции HBeAg. Селекция HBeAg–негативных штаммов влечет за собой трансформацию HBeAg–позитивной формы хронического гепатита В в HBeAg–негативную. Больные хроническим HBeAg–отрицательным гепатитом В хуже реагируют на терапию противовирусными препаратами.
Ген Р кодирует ДНК–полимеразу HBV. Ген Х кодирует белок, играющий важную роль в развитии первичного рака печени у HBV–носителей.
Против каждого HBV–антигена в макроорганизме вырабатываются антитела. В клинической практике выявление антигенов и антител используют для диагностики ХГВ, определения стадии процесса, прогноза, оценки эффективности терапии, определения показаний к вакцинации и ревакцинации.
В ходе естественного течения хронической HBV–инфекции выделяют несколько фаз, характеризующихся присутствием или отсутствием в крови больного HBeAg, степенью активности аланиновой аминотрансферазы (АлАТ) и уровнем виремии, а также гистологической картиной заболевания [2]. Соответственно фазам течения хронической HBV–инфекции диагноз у пациента формулируется в конкретный момент времени. При этом необходимо учитывать возможность перехода одной фазы в другую.
В течении ХГВ возможны прекращение продукции HBeAg (как спонтанное, так и под влиянием лечения) и стойко регистрируемое наличие антител к данному антигену (HBeAb) – так называемая «сероконверсия» по HBeAg. Она характеризуется очень низкими или даже неопределяемыми концентрациями ДНК HBV, нормализацией активности АлАТ и аспарагиновой (АсАТ) трансаминаз и положительной динамикой морфологических изменений в ткани печени. Исчезновение HBsAg и сероконверсия с формированием HBsAb могут развиваться спонтанно у 1–3% больных в год, обычно после нескольких лет стойко отрицательного теста на ДНК HBV в сыворотке крови [3]. В таблице 1 отражены основные лабораторные и морфологические характеристики, позволяющие диагностировать фазу течения хронической HBV–инфекции и вариант ХГВ.
Неактивное носительство HBsAg – самая частая форма хронической HBV–инфекции, которая выявляется у 60–70% больных, имеющих HBsAg в крови. Характеризуется стойко нормальным уровнем трансаминаз, отсутствием HBeAg и наличием HBeAb в сыворотке крови, низким уровнем виремии (ДНК HBV в сыворотке крови менее 2000 МЕ/мл или менее 10 000 копий/мл), минимальными признаками активности процесса по данным биопсии печени (индекс гистологической активности менее 6 баллов по шкале Knodell или Ishak). Данная категория больных имеет благоприятный прогноз, т.е. очень низкий риск прогрессирования заболевания и развития цирроза печени, гепатоцеллюлярной карциномы, печеночной летальности.
 Латентная HBV–инфекция – это состояние, при котором в отсутствие HBsAg в сыворотке единственными маркерами вирусной инфекции являются антитела к антигенам вируса, прежде всего «изолированные» HBcAb класса IgG (суммарные) при наличии вируса гепатита В в ткани печени и очень низкой сывороточной концентрации HBV–ДНК.
Под воздействием иммуносупрессивной терапии больной из статуса неактивного носительства HBsAg или латентной HBV–инфекции может перейти в фазу реактивации, которая характеризуется повышением уровня ДНК HBV в сыворотке с последующим нарастанием АлАТ, отражающим острое печеночно–клеточное повреждение. Реактивация HBV–инфекции в большинстве случаев развивается вслед за прекращением иммуносупрессивной терапии, однако может появиться и во время лечения. Как правило, обострение развивается в срок от 4 до 36 нед. от начала терапии (в среднем через 16 нед.).
Большинство авторов оценивают реактивацию HBV–инфекции на основании вирусологического мониторинга, так как клинические признаки острого гепатита, как правило, появляются спустя 1–11 нед. после роста виремии, у ряда больных отмечается бессимптомное течение реактивации. Кроме того, у части больных ДНК HBV может снижаться и даже не обнаруживаться в период нарастания АлАТ сыворотки. Поэтому мониторинг ДНК HBV проводится в динамике высокочувствительными ПЦР–методами. Ряд исследователей предлагают рассматривать в качестве признака реактивации 5–кратное повышение АлАТ, другие учитывают нарастание АлАТ в 3 раза от первоначального уровня.
Большинство авторов оценивают следующие признаки:
• развитие гепатита с повышением уровня ДНК HBV сыворотки более чем на один log 10 копий/мл от исходного уровня;
• абсолютное увеличение вирусной нагрузки свыше 6 log 10 копий/мл;
• появление ДНК HBV в сыворотке при ее отрицательном значении до начала химиотерапии.
Таким образом, оценка вирусной нагрузки и уровня АлАТ сыворотки в динамике являются ключевыми в диагностике и мониторинге реактивации. Безусловно, биопсия печени позволяет получить дополнительную важную информацию, провести дифференциальный диагноз с другими причинами ее поражения и выявить гистологические признаки HBV–инфекции.
Курация больных ревматическими заболеваниями (РЗ) в целом и РА в частности в рамках хронической HBV–инфекции представляется весьма актуальной клинической проблемой. Так, по данным литературы последних 3 лет, частота HBV–носительства среди больных РА и спондилоартропатиями колеблется от 10 до 51% [4–7]. При анализе переносимости некоторых базисных препаратов больными РА, инфицированными HBV, показано, что метотрексат отменялся в 100% случаев в связи с повышением уровня печеночных ферментов [8].
Другой не менее важной причиной неудач в лечении является возможность реактивации HBV–инфекции. Случаи ее развития описаны для всех ГИБП, зарегистрированных в РФ. Японскими исследователями установлено, что назначение ГИБП больным РА, являющимся HBV–носителями, повышало вероятность активации инфекции в 10,9 раза (р=0,008) [6]. Указанное обстоятельство связано с тем, что «мишенями» ГИБП являются ключевые компоненты иммунной защиты человека от инфекций, а именно фактор некроза опухоли–α (ФНО–α), интерлейкин–1, интерлейкин–6 (ИЛ–6), В– и Т–лимфоциты и др. В частности, показано, что ФНО–α является важным медиатором активации врожденного ответа макроорганизма против HBV–инфекции, заключающегося в дестабилизации нуклеокапсидов вируса в гепатоцитах и торможении репликации ДНК HBV [9].
В 2003 г. в литературе появились первые описания случаев реактивации HBV–инфекции c развитием фульминантного гепатита у больных РА и болезнью Стилла на фоне терапии инфликсимабом [10,11]. В обзоре испанских авторов проведен анализ результатов применения ингибиторов ФНО–α (иФНО–α) у 257 пациентов, страдавших ревматическими, гастроэнтерологическими и дерматологическими аутоиммунными заболеваниями с наличием HBV–маркеров в сыворотке крови. Частота реактивации среди 89 HBsAg–носителей составила 39%. При этом HBV–реактивация наблюдалась значительно чаще среди больных, предварительно получавших иммуносупрессивную терапию (96 и 70% соответственно, р=0,033). Имели место 5 случаев острой печеночной недостаточности, в том числе у 4 больных с летальным исходом. Из 168 носителей HBcAb в сыворотке реактивация инфекции наблюдалась у 9 (5%), включая 1 случай летального исхода [12]. Хотя к интерпретации этих данных следует подходить с определенной осторожностью, в целом они подчеркивают нарастание риска HBV–реактивации у HBsAg–позитивных больных при лечении иФНО–α и с меньшей частотой – при латентной HBV–инфекции, характеризующейся наличием HBcAb (в сочетании с HBeAb и/или HBsAb), и свидетельствуют о необходимости назначения противовирусных препаратов с профилактической целью [13]. Данное положение отражено и в консенсусе экспертов EULAR 2011 г. [14].
 Другие авторы также разделяют это мнение и полагают, что у неактивных HBV–носителей ГИБП–терапия может быть проведена при обязательном профилактическом применении современных противовирусных препаратов. Так, D. Vassilopoulos и соавт. в рамках проспективного исследования наблюдали 14 больных (РА–9, спондилоартропатии – 5) с хронической HBV–инфекцией (HBeAg–/ HBeAb+), которые получали терапию иФНО–α в сочетании с противовирусными препаратами (ламивудин, энтекавир, телбивудин). Авторами продемонстрирован высокий (93%) уровень безопасности комбинированной терапии на протяжении 2–летнего периода наблюдения. У 1 больного отмечалась реактивация инфекции как следствие развития резистентности HBV к ламивудину [15].
В исследовании J. Lan и соавт. показано, что применение иФНО–α при РА может привести к HBV–реактивации как у HBsАg(+) –, так и у HBsАg(–)/HBcАb (+) – больных с определяемым уровнем ДНК HBV (т.е. при латентной HBV–инфекции). Отсутствие превентивной противовирусной терапии является значимым (р<0,05) фактором риска HBV–реактивации у этих больных [16].
В результате анализа собственного материала и данных литературы S. Zingarelli и соавт. установили, что профилактическое назначение ламивудина неактивным HBV–носителям, являющимся кандидатами для назначения ГИБП по поводу РА, анкилозирующего спондилита (АС) или болезни Крона, вело к значимому (р=0,046) снижению риска реактивации инфекции [17].
HBV–реактивация достаточно часто (27–80%) развивается у больных В–клеточными лимфомами при лечении ритуксимабом (РТМ) без одновременного применения противовирусных препаратов [18–20]. Постепенно накапливается число сообщений о HBV–реактивации в результате применения РТМ у больных РЗ, в частности, РА [21–22]. Заслуживают несомненного внимания результаты исследования, основанного на анализе базы данных AERS (Adverse Effects Report System) Американской комиссии по надзору за пищевыми продуктами и лекарствами (Food&Drug Administration (FDA)), куда стекаются все спонтанные сообщения о нежелательных реакциях как от врачей, так и от производителей препаратов. По состоянию на конец 2010 г. в указанной базе имелось 12 сообщений о реактивации HBV–инфекции у больных РА при лечении РТМ. Использование метода логистической регрессии позволило установить, что назначение РТМ больным РА значимо повышало риск HBV–реактивации (ОШ 5,4 95% ДИ 2,9–10,2, р<0,001) [23].
В августе 2012 г. на сайте журнала «Annals of Rheumatic Diseases» появилось сообщение греческих авторов, свидетельствующее о лучшей переносимости РТМ при РЗ в сочетании с HBV–инфекцией, однако подавляющее большинство больных имели статус так называемой «разрешившейся» HBV–инфекции [HBsAg(–), HBcAb(+), HBs Ab(+/–)], при которой отмечается самый низкий уровень реактивации HBV–инфекции [24].
В ретроспективное исследование P. Kim и соавт. было включено 8 больных РА и ХГВ (6 – неактивное носительство, 2 – активная фаза), которым проводили лечение абатацептом в течение в среднем 19,1 мес. При этом 4 больных одновременно получали противовирусную терапию (3 – энтекавир, 1 – тенофовир). На протяжении всего периода наблюдения в данной подгруппе больных признаков реактивации HBV–инфекции не наблюдалось. Отсутствие противовирусной терапии у 4 пациентов привело к >10–кратному нарастанию титров ДНК HBV по сравнению с исходными данными в среднем через 10,5 мес. от начала лечения. Авторы делают вывод, что применение абатацепта у больных РА и ХГВ, по–видимому, безопасно и эффективно при одновременно проводимой противовирусной терапии HBV–инфекции энтекавиром или тенофовиром. Указанные результаты должны привести к инициации контролируемых исследований абатацепта при ХГВ [25].
Выбор противовирусного препарата и длительность его применения зависят от планируемой продолжительности терапии ГИБП и HBV–статуса, поэтому окончательное решение принимается только после консультации гепатолога. Как правило, лечение противовирусными препаратами начинают за 1–2 нед. до начала ГИБП–терапии и продолжают по меньшей мере 6–12 мес. после ее окончания. В процессе терапии обязательно мониторирование титров HBsAb, уровней виремии и трансаминаз каждые 4–8 нед. Известно, что снижение титра HBsAb в сыворотке при латентной HBV–инфекции является первым предвестником обратной сероконверсии в HBsAg и развития реактивации процесса. В таблице 2 представлен алгоритм применения ГИБП у HBV–инфицированных больных РЗ.
Хронический вирусный гепатит С (ХГС)
Вирус гепатита С (HCV) – одна из главных причин хронических заболеваний печени. Диапазон исходов HCV–инфекции широк и колеблется от минимального до тяжелого поражения печени, включая развитие цирроза и гепатоцеллюлярной карциномы. В настоящее время в мире насчитывается более 180 млн хронических носителей HCV.
HCV относится к классу Flaviridae, имеет липидную оболочку, сферическую форму, нуклеокапсид содержит однонитевую линейную РНК. Геном HCV отличается высокой склонностью к мутациям и изменениям своей антигенной структуры, что позволяет вирусу ускользать из–под иммунного контроля макроорганизма и длительно в нем персистировать. В различных регионах мира выделяют разные генотипы вируса. Генотипы не влияют на исход инфекции, но позволяют прогнозировать эффективность и длительность терапии.
У 70–80% больных, перенесших острую форму, болезнь приобретает хроническое течение и отличается латентным течением или малосимптомностью клинических проявлений в течение многих лет. Основные признаки хронической HCV–инфекции – это повышение активности трансаминаз, выявление анти–HCV и РНК HCV в сыворотке крови в течение ≥6 мес. Пункционная биопсия, являющаяся «золотым стандартом» диагностики хронических гепатитов, позволяет получить информацию о стадии фиброза и прогнозе заболевания. В последние годы в клиническую практику внедрены неинвазивные методы оценки фиброза, прежде всего эластография. Этот метод позволяет достаточно точно диагностировать отсутствие фиброза или его минимальные значения, а также конечную стадию (цирроз), но в то же время он может дать искаженные результаты у больных со стеатозом печени и чрезмерным развитием подкожно–жировой клетчатки [1].
Проблема применения ГИБП у носителей HCV по–прежнему привлекает внимание исследователей. В частности, известно, что ФНО–α наряду с другими провоспалительными цитокинами вырабатывается при HCV–инфекции и, следовательно, играет важную роль в естественном течении болезни. Показано, что ФНО–α может индуцировать продукцию трансформирующего фактора роста–β, экспрессия которого тесно связана с гистологической выраженностью активности процесса у больных хронической HCV–инфекцией. Более того, высокие уровни ФНО–α оказывают негативное влияние на ответ макроорганизма больного ХГС при терапии интерфероном [32]. Следовательно, блокирование ФНО–α могло бы иметь благоприятные последствия для больных с HCV–инфекцией. Показано, что комбинация этанерцепта со стандартной противовирусной терапией (интерферон + рибавирин) при хронической HCV–инфекции приводила к более благоприятному результату (p=0,04) [33]. Однако длительность терапии в этом исследовании не превышала 3–9 мес.
Исследователями из Австрии опубликован систематический обзор, включающий данные 153 больных с хронической HCV–инфекцией и различными воспалительными заболеваниями (РА, псориаз, псориатический артрит, АС, болезнь Крона, криоглобулинемия, васкулит), по поводу которых проводилась иФНО–α–терапия [34]. На фоне лечения у 8,8% больных РА и 4,2% – псориазом и псориатическим артритом зарегистрирована отрицательная динамика, заключавшаяся в нарастании вирусной нагрузки и/или повышении уровня трансаминаз сыворотки и/или подтвержденная при гистологическом исследовании биоптатов печени. Превалирование в указанной подгруппе больных РА, наряду с прочими причинами, может быть объяснено и с позиций более частого назначения сопутствующих препаратов, обладающих определенным гепатотоксическим эффектом (метотрексат, циклоспорин, нестероидные противовоспалительные препараты, азатиоприн).
В соответствии с консенсусом 2011 г. у всех больных перед началом иФНО–α–терапии необходимо проводить HCV–обследование, поскольку безопасность длительного применения этих препаратов у пациентов с данной инфекцией не установлена. Однако, как подчеркивают авторы, подобное заключение не обеспечивает ни четкими показаниями к применению иФНО–α–терапии в рамках хронической HCV–инфекции, ни четкими противопоказаниями, и в ежедневной клинической практике врачи продолжают применять эти препараты, не располагая стандартизованными схемами наблюдения.
В соответствии с национальными рекомендациями США и Великобритании по лечению псориаза и псориатического артрита, всем пациентам перед назначением иФНО–α проводится скрининг для исключения HCV–инфицирования, [35,36], при этом в ряде случаев может потребоваться консультация гепатолога [36]. Мониторинг должен включать ежемесячные исследования значений трансаминаз и периодическую оценку уровня виремии (РНК HCV).
Необходимо отметить, что в настоящее время завершен набор больных в многоцентровое рандомизированное исследование PARTNER, целью которого является изучение эффективности и переносимости инфликсимаба в сочетании с пегилированным интерфероном–α 2b и рибавирином у больных с хронической HCV–инфекцией. С учетом предусмотренного 2–кратного исследования биоптатов это будет первая крупная работа, оценивающая влияние иФНО–α на патоморфологические процессы в печени в рамках HCV–инфекции [37].
В 2 рандомизированных контролируемых исследованиях III фазы отчетливо продемонстрирована эффективность РТМ при HCV–ассоциированной криоглобулинемии [38,39]. В то же время данные других авторов не представляются столь однозначными. Из 32 больных с HCV–ассоциированным васкулитом, которые получали лечение РТМ, рецидивы заболевания, обусловленные появлением РНК HCV, отмечены в 11 случаях (34%) [40]. Недавно опубликовано наблюдение РТМ–ассоциированной HCV–реактивации у больного РА [41].
Сообщается об успешном применении абатацепта у 2 больных РА, имеющих хроническую HCV–инфекцию. Каких–либо значимых отклонений в уровнях активности трансаминаз и вирусной нагрузки не наблюдали. Авторы делают вывод о перспективности изучения применения абатацепта у данной категории больных в условиях длительного проспективного исследования с обязательным строгим контролем как серологических маркеров, так и гистологических данных [42].
Как следует из упоминавшегося выше консенсуса 2011 г., безопасность тоцилизумаба (ТЦЗ) у больных РА с активной HCV–инфекцией не известна, поскольку подобные пациенты в рандомизированные клинические исследования не включались. В литературе имеются отдельные наблюдения безопасного применения ТЦЗ при РА с коморбидной HCV–инфекцией [43,44]. Однако более широкое применение ТЦЗ и адекватная оценка его переносимости у этих больных могут быть затруднены, так как лечение данным препаратом ассоциируется с нарастанием активности трансаминаз (> 30% случаев), особенно на фоне комбинированной терапии с метотрексатом.
В соответствии с современными рекомендациями Европейского научного общества по изучению болезней печени (EASL), основу терапии хронической HCV–инфекции составляет сочетание пегилированных интерферонов–α (ИФН–α) и рибавирина [45]. В то же время хорошо известно, что пегилированные интерфероны могут индуцировать развитие или ухудшать течение уже существующих аутоиммунных заболеваний. Японские авторы приводят описание случая развития РА у 48–летнего мужчины через 2 мес. после окончания 24–недельного курса противовирусной терапии по вышеуказанной схеме, назначенной по поводу HCV–инфекции [46]. В связи с этим представляют несомненный интерес сообщения об успешном применении этанерцепта в сочетании с противовирусной терапией препаратами ИФН–α и рибавирином у больных РА с сопутствующей HCV–инфекцией [47,48]. В обоих указанных случаях этанерцепт назначали в превентивном режиме, т.е. за 3 мес. до начала противовирусной терапии. Полагают, что такой подход позволяет избежать ИФН–α–ассоциированного обострения РА [49]. В рекомендациях Американской коллегии ревматологов 2012 г. по лечению РА этанерцепт упоминается в качестве единственного ГИБП, применение которого возможно для лечения больных РА с коморбидной HCV–инфекцией [50].
Таким образом, проблема «РА – хронические гепатиты» по–прежнему таит в себе множество вопросов, ответы на которые еще предстоит найти. Несомненно, что для более полной оценки эффективности и безопасности различных ГИБП у этих больных необходимы крупномасштабные проспективные исследования с длительными сроками лечения и наблюдения. Ведь именно «свободное и всесторонне исследование истины есть единственное средство против безумия и заблуждения, какого бы рода они ни были» (Й. Гердер).

Таблица 1. Лабораторные показатели и морфологическая характеристика хронической HBV–инфекции в зависимости от фазы течения заболевания и HBe–статуса пациента [2]

Таблица 2. Алгоритм применения ГИБП у HBV–инфицированных больных [26, в модификации]

Литература
1. Ющук Н.Д., Знойко О.О. Гепатит В. В кн: Инфекционные болезни: национальное руководство / Под ред. Н.Д. Ющука, Ю.Я. Венгерова. М.: ГЭОТАР–Медиа, 2009. С. 616–636.
2. Ющук Н.Д., Климова Е.А, Знойко О.О., Кареткина Г.Н.,Максимов С.Л., Мартынов Ю.В., Шухов В.С., Дудина К.Р., Маев И.В., Ивашкин В.Т., Маевская М.В., Буеверов А.О., Федосьина Е.А., Малышев Н.А., Блохина Н.П., Никитин И.Г., Чжао А.В., Андрейцева О.И., Богомолов П.О. Протокол диагностики и лечения больных вирусными гепатитами В и С // Росс. журн. гастроэнтерол., гепатол., колопроктол. 2010. № 6. С. 4–60.
3. European Association for the Study of the Liver. EASL clinical practice guidelines: Management of chronic hepatitis B virus infection // J Hepatol. 2012. Vol. 57 (1). Р. 167–185.
4. Caporali R., Bobbio–Pallavicini F., Atzeni F., Sakellariou G., Caprioli M., Montecucco C., Sarzi–Puttini P. Safety of tumor necrosis factor alpha blockers in hepatitis B virus occult car–riers (hepatitis B surface antigen negative/anti–hepatitis B core antigen positive) with rheumatic diseases. Arthritis Care Res (Hoboken). 2010. Vol. 62 (6). Р. 749–754.
5. Mori S. Past hepatitis B virus infection in rheumatoid arthritis patients receiving biologi–cal and/or nonbiological disease–modifying antirheumatic drugs // Mod Rheumatol. 2011. Vol. 21 (6). Р. 621–627.
6. Urata Y., Uesato R., Tanaka D., Kowatari K., Nitobe T., Nakamura Y., Motomura S. Prevalence of reactivation of hepatitis B virus replication in rheumatoid arthritis patients // Mod Rheumatol. 2011. Vol. 21 (1). Р. 16–23.
7. Tan J., Zhou J., Zhao P., Wei J. Prospective study of HBV reactivation risk in rheuma–toid arthritis patients who received conventional disease–modifying antirheumatic drugs // Clin Rheumatol. 2012. Vol. 31 (8). Р. 1169–1175.
8. Шекшина Е.В., Балабанова Р.М. Инфекция и ревматоидный артрит: некоторые аспекты диагностики и лечения // Инф. антимикроб. тер. 2003. № 5 (3). С. 3–8.
9. Puro R., Schneider R.J. Tumor necrosis factor activates a conserved innate antiviral re–sponse to hepatitis B virus that destabilizes nucleocapsids and reduces nuclear viral DNA. J Vi–rol. 2007; Vol. 81(14). Р. 7351–7362.
10. Michel M., Duvoux C., Hezode C., Cherqui D. Fulminant hepatitis after inflixi–mab in a patient with hepatitis B virus treated for an adult onset still's disease // J Rheumatol. 2003. Vol. 30 (7). Р. 1624–1625.
11. Ostuni P., Botsios C., Punzi L., Sfriso P., Todesco S. Hepatitis B reactivation in a chronic hepatitis B surface antigen carrier with rheumatoid arthritis treated with infliximab and low dose methotrexate // Ann Rheum Dis. 2003. Vol. 62 (7). Р. 686–687.
12. Perez–Alvarez R., Diaz–Lagares C., Garcia–Hernandez F., Lopez–Roses L., Brito–Zeron P., Perez–de–Lis M., Retamozo S., Bove A., Bosch X., Sanchez–Tapias J.M., Forns X., Ramos–Casals M. BIOGEAS Study Group. Hepatitis B virus (HBV) reactivation in patients re–ceiving tumor necrosis factor (TNF)–targeted therapy: analysis of 257 cases // Medicine (Baltimore). 2011. Vol. 90 (6). Р. 359–371.
13. Vassilopoulos D., Calabrese L.H. Management of rheumatic disease with comor–bid HBV or HCV infection // Nat Rev Rheumatol. 2012. Vol. 8 (6). Р. 348–357.
14. Furst D.E., Keystone E.C., Braun J., Breedveld F.C., Burmester G.R., De Bene–detti F., Dorner T., Emery P., Fleischmann R., Gibofsky A., Kalden J.R., Kavanaugh A., Kirkham B., Mease P., Sieper J., Singer N.G., Smolen J.S., Van Riel P.L., Weisman M.H., Win–throp K. Updated consensus statement on biological agents for the treatment of rheumatic dis–eases, 2011 // Ann Rheum Dis. 2012. Vol. 71. Suppl 2. Р. 2–45.
15. Vassilopoulos D., Apostolopoulou A., Hadziyannis E., Papatheodoridis G.V., Manolakopoulos S., Koskinas J., Manesis E.K., Archimandritis A.I. Long–term safety of anti–TNF treatment in patients with rheumatic diseases and chronic or resolved hepatitis B virus in–fection // Ann Rheum Dis. 2010. Vol. 69 (7). Р. 1352–1355.
16. Lan J.L., Chen Y.M., Hsieh T.Y., Chen Y.H., Hsieh C.W., Chen D.Y., Yang S.S. Kinetics of viral loads and risk of hepatitis B virus reactivation in hepatitis B core antibody–positive rheumatoid arthritis patients undergoing anti–tumour necrosis factor alpha therapy // Ann Rheum Dis. 2011. Vol. 70 (10). 1719–1725.
17. Zingarelli S., Frassi M., Bazzani C., Scarsi M., Puoti M., Airo P. Use of tumor ne–crosis factor–alpha–blocking agents in hepatitis B virus–positive patients: reports of 3 cases and review of the literature // J Rheumatol. 2009. Vol. 36 (6). Р. 1188–1194.
18. Evens A.M., Jovanovic B.D., Su Y.C., Raisch D.W., Ganger D., Belknap S.M., Dai M.S., Chiu B.C., Fintel B., Cheng Y., Chuang S.S., Lee M.Y., Chen T.Y., Lin S.F., Kuo C.Y. Rituximab–associated hepatitis B virus (HBV) reactivation in lymphoproliferative diseases: meta–analysis and examination of FDA safety reports // Ann Oncol. 2011. Vol. 22 (5). Р. 1170–1180.
19. Mendez–Navarro J., Corey K.E., Zheng H., Barlow L.L., Jang J.Y., Lin W., Zhao H., Shao R.X., McAfee S.L., Chung R.T. Hepatitis B screening, prophylaxis and re–activation in the era of rituximab–based chemotherapy // Liver Int. 2011. Vol. 31 (3). Р. 330–339.
20. Chen X.Q., Peng J.W., Lin G.N., Li M., Xia Z.J. The effect of prophylactic lami–vudine on hepatitis B virus reactivation in HBsAg–positive patients with diffuse large B–cell lymphoma undergoing prolonged rituximab therapy // Med Oncol. 2012. Vol. 29 (2). Р. 1237–1241.
21. Pyrpasopoulou A., Douma S., Vassiliadis T., Chatzimichailidou S., Triantafyllou A., Aslanidis S. Reactivation of chronic hepatitis B virus infection following rituximab admini–stration for rheumatoid arthritis // Rheumatol Int. 2011. Vol. 31 (3). Р. 403–404.
22. Ghrenassia E., Mekinian A., Rouaghe S., Ganne N., Fain O. Reactivation of re–solved hepatitis B during rituximab therapy for rheumatoid arthritis // Joint Bone Spine. 2012 Jan. Vol. 79 (1). Р. 100–101.
23. Oshima Y., Tsukamoto H., Tojo A. Association of hepatitis B with antirheumatic drugs: a case–control study // Mod Rheumatol. Published online: 2012 July 18.
24. Mitroulis I., Hatzara C., Kandili A., Hadziyannis E., Vassilopoulos D. Long–term safety of rituximab in patients with rheumatic diseases and chronic or resolved hepatitis B virus infection // Ann Rheum Dis. Published online: 2012 August 28.
25. Kim P.S., Ho G.Y., Prete P.E., Furst D.E. Safety and efficacy of abatacept in eight rheumatoid arthritis patients with chronic hepatitis B // Arthritis Care Res (Hoboken). 2012. Vol. 64 (8). Р. 1265–1268.
26. Carroll M.B. The impact of biologic response modifiers on hepatitis B virus infec–tion // Expert Opin Biol Ther. 2011. Vol. 11 (4). Р. 533–544.
27. Rodriguez–Escalera C., Fernandez–Nebro A. The use of rituximab to treat a pa–tient with ankylosing spondylitis and hepatitis B // Rheumatology. 2008. Vol. 47 (11). Р. 1732–1733.
28. Tsutsumi Y., Kanamori H., Mori A., Tanaka J., Asaka M., Imamura M., Masauzi N. Reactivation of hepatitis B virus with rituximab // Expert Opin Drug Saf. 2005. Vol. 4 (3). Р. 599–608.
29. Montiel P.M., Solis J.A., Chirinos J.A., a Casis B., Sanchez F., Rodriguez S. Hep–atitis B virus reactivation during therapy with etanercept in an HBsAg–negative and anti–HBs–positive patient // Liver Int. 2008. Vol. 28 (5). Р. 718–720.
30. Charpin C., Guis S., Colson P., Borentain P., Mattei J.P., Alcaraz P., Balandraud N., Thomachot B., Roudier J., Gerolami R. Safety of TNF–blocking agents in rheumatic patients with serology suggesting past hepatitis B state: results from a cohort of 21 patients // Arthritis Res Ther. 2009; Vol. 11(6). Р. 179.
31. Данные на сайте: www.aasld.org
32. Peterson J.R., Hsu F.C., Simkin P.A., Wener M.H. Effect of tumor necrosis factor alpha antagonists on serum transaminases and viraemia in patients with rheumatoid arthritis and chronic hepatitis C infection // Ann Rheum Dis. 2003. Vol. 62. Р. 1078–1082.
33. Zein N.N. and Etanercept Study Group. Etanercept as an adjuvant to interferon and ribavirin in treatment–naive patients with chronic hepatitis C virus infection: a phase 2 ran–domised, double–blind, placebo–controlled study // J Hepatol. 2005. Vol. 42. Р. 315–322.
34. Brunasso A.M., Puntoni M., Gulia A., Massone C. Safety of anti–tumour necrosis factor agents in patients with chronic hepatitis C infection: a systematic review. Rheumatology. 2011. Vol. 50 (9). Р. 1700–1711.
35. Menter A., Gottlieb A., Feldman S.R. et al. Guidelines of care for the manage–ment of psoriasis and psoriatic arthritis: Section 1. Overview of psoriasis and guidelines of care for the treatment of psoriasis with biologics // J Am Acad Dermatol. 2008. Vol. 58 (5). Р. 826–850.
36. Smith C.H., Anstey A.V., Barker J.N., Burden A.D., Chalmers R.J., Chandler D.A., Finlay A.Y., Griffiths C.E., Jackson K., McHugh N.J., McKenna K.E., Reynolds N.J., Ormerod A.D. (Chair of Guideline Group). British Association of Dermatologists' guidelines for biologic interventions for psoriasis 2009 // Br J Dermatol. 2009. Vol. 161 (5). Р. 987–1019.
37. Данные на сайте: www.clinicaltrials.gov/ct2/show/NCT00512278 (2011).
38. Sneller M.C., Hu Z., Langford C.A. A randomized controlled trial of rituximab following failure of antiviral therapy for hepatitis C virus–associated cryoglobulinemic vasculitis // Arthritis Rheum. 2012. Vol. 64 (3). Р. 835–842.
39. De Vita S., Quartuccio L., Isola M., Mazzaro C., Scaini P., Lenzi M., Campanini M., Naclerio C., Tavoni A., Pietrogrande M., Ferri C., Mascia M.T., Masolini P., Zabotti A., Maset M., Roccatello D., Zignego A.L., Pioltelli P., Gabrielli A., Filippini D., Perrella O., Migliaresi S., Galli M., Bombardieri S., Monti G. A randomized controlled trial of rituximab for the treatment of severe cryoglobulinemic vasculitis // Arthritis Rheum. 2012. Vol. 64 (3). Р. 843–853.
40. Terrier B., Saadoun D., Sene D., Sellam J., Perard L., Coppere B., Karras A., Blanc F., Buchler M., Plaisier E., Ghillani P., Rosenzwajg M., Cacoub P. Efficacy and tolerabil–ity of rituximab with or without PEGylated interferon alfa–2b plus ribavirin in severe hepatitis C virus–related vasculitis: a long–term followup study of thirty–two patients // Arthritis Rheum. 2009. Vol. 60 (8). Р. 2531–2540.
41. Lin K.M., Lin J.C., Tseng W.Y., Cheng T.T. Rituximab–induced hepatitis C virus reactivation in rheumatoid arthritis // J Microbiol Immunol Infect. Published online: 22 May 2012.
42. Mahajan T.D., Hooker R., Maher L., Brown G., Reimold A. Abatacept therapy for rheumatoid arthritis in the setting of hepatitis C infection // J Clin Rheumatol. 2010. Vol. 16 (7). Р. 332–4.
43. Iebba F, Di Sora F, Tarasi A, Leti W, Montella T, Montella F. Case report: safety and efficacy of tocilizumab in a patient with rheumatoid arthritis and chronic hepatitis C // Case Report Med. Published online 2012 February 16.
44. Dragonas C., Ehrenstein B., Fleck M. Tocilizumab treatment in a patient suffering from rheumatoid arthritis and concomitant chronic hepatitis C infection // Rheumatology (Ox–ford). 2012. Vol. 51 (8). Р. 1520–1521.
45. European Association for the Study of the Liver. EASL Clinical Practice Guide–lines: management of hepatitis C virus infection // J Hepatol. 2011. Vol. 55 (2). Р. 245–264.
46. Izumi Y., Komori A., Yasunaga Y., Hashimoto S., Miyashita T., Abiru S., Yatsu–hashi H., Ishibashi H., Migita K. Rheumatoid arthritis following a treatment with IFN–alpha/ribavirin against HCV infection // Intern Med. 2011. Vol. 50 (9). Р. 1065–1068.
47. Jazwinski A.B., Jezsik J., Ardoin S.P., McCallum R.M., Tillmann H.L. Etanercept treatment to enable successful hepatitis C virus clearance in a patient with rheumatoid arthritis // Gastroenterol Hepatol (NY). 2011. Vol. 7 (11). Р. 772–774.
48. Niewold T.B., Gibofsky A. Concomitant interferon–alpha therapy and tumor ne–crosis factor alpha inhibition for rheumatoid arthritis and hepatitis C // Arthritis Rheum. 2006. Vol. 54 (7). Р. 2335–2337.
49. Borman M., Swain M.G. Hepatitis C virus treatment complicated by rheumatoid arthritis // Gastroenterol Hepatol (NY). 2011. Vol. 7 (11). Р. 774–776.
50. Singh J.A., Furst D.E., Bharat A., Curtis J.R., Kavanaugh A.F., Kremer J.M., Mo–reland L.W., O'Dell J., Winthrop K.L., Beukelman T., Bridges S.L. Jr., Chatham W.W., Paulus H.E., Suarez–Almazor M., Bombardier C., Dougados M., Khanna D., King C.M., Leong A.L., Matteson E.L., Schousboe J.T., Moynihan E., Kolba K.S., Jain A., Volkmann E.R., Agrawal H., Bae S., Mudano A.S., Patkar N.M., Saag K.G. 2012 update of the 2008 American College of Rheumatology recommendations for the use of disease–modifying antirheumatic drugs and bio–logic agents in the treatment of rheumatoid arthritis // Arthritis Care Res (Hoboken). 2012. Vol. 64 (5). Р. 625–639.


Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak