Обонятельные расстройства у пациентов с нейродегенеративными и психическими заболеваниями

Ключевые слова

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,584*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №9 от 05.05.2014 стр. 673
Рубрика: Смежные проблемы оториноларингология

Для цитирования: Морозова С.В., Савватеева Д.М. Обонятельные расстройства у пациентов с нейродегенеративными и психическими заболеваниями // РМЖ. 2014. №9. С. 673

С расстройствами обоняния сталкиваются врачи самых разных специальностей. В последнее время в научной литературе появляется все больше данных об обонятельных расстройствах, сопровождающих неврологические и психические расстройства [1, 2]. Тем не менее в широкой клинической практике, если больной не предъявляет жалоб, тесты на восприятие и идентификацию запахов обычно не включаются в неврологическое обследование и описание психического статуса. Состояние обонятельного анализатора далеко не всегда учитывается в клинической картине неврологических и психических заболеваний, несмотря на то, что подробная оценка обоняния может быть полезна для диагностики многих из них [3, 4].

С расстройствами обоняния сталкиваются врачи самых разных специальностей. В последнее время в научной литературе появляется все больше данных об обонятельных расстройствах, сопровождающих неврологические и психические расстройства [1, 2]. Тем не менее в широкой клинической практике, если больной не предъявляет жалоб, тесты на восприятие и идентификацию запахов обычно не включаются в неврологическое обследование и описание психического статуса. Состояние обонятельного анализатора далеко не всегда учитывается в клинической картине неврологических и психических заболеваний, несмотря на то, что подробная оценка обоняния может быть полезна для диагностики многих из них [3, 4].

Диагностика обонятельных расстройств наиболее часто проводится при помощи наборов пахучих веществ. В отечественной клинической практике до сих пор чаще всего применяется набор Бернштейна, включающий 8 компонентов (прогрессивно усиливается интенсивность запаха): 1 – хозяйственное (стиральное) мыло, 2 – розовое масло, 3 – горький миндаль, 4 – деготь, 5 – скипидар, 6 – нашатырный спирт, 7 – раствор уксусной кислоты, 8 – хлороформ [5]. Другой широко распространенный ольфактометрический тест – Sniffin Sticks test (ССТ), благодаря которому можно определить порог обоняния (при помощи 16 пробирок с n-бутанолом в различных концентрациях), способность пациента различать (16 пробирок) и идентифицировать (16 пробирок) запахи [6].

Было показано, что обонятельные нарушения более характерны для острой фазы психического расстройства. Для определенных психических заболеваний они являются специфическими маркерами, в частности при биполярном расстройстве (БР) или психозе. Напротив, при вялотекущем процессе изменения обонятельной функции (ОФ) не так заметны. Показатели, характеризующие ОФ в продромальном периоде психических заболеваний, могут служить предвестником последующих серьезных изменений в поведении, а также предварять тяжелые симптомы шизофрении [7].
Особую группу состояний, сопровождающихся нарушением обоняния, составляют нейродегенеративные заболевания: болезнь Альцгеймера (БА), болезнь Паркинсона (БП), рассеянный склероз (РС), хорея Гентингтона (ХГ).
В настоящем обзоре приведены данные последних лет об особенностях обонятельных нарушений у пациентов, страдающих шизофренией, депрессией, эпилепсией, БА, БП, РС и ХГ.

Расстройства обоняния при болезни Паркинсона
Расстройства обоняния – один из характерных симптомов при БП. По данным, полученным в мультицентровом исследовании, проведенном в Австрии, Германии и Нидерландах, из 400 пациентов с БП 96,7% имели значительные нарушения обоняния. Чаще всего регистрировали снижение восприятия запахов от гипосмии (51,7%) до аносмии (45,0%). Только у 3,3% пациентов с БП обоняние было не нарушено [8, 9].
До настоящего времени клеточно-молекулярные механизмы обонятельных расстройств при БП изучены не до конца, однако доказано, что они развиваются задолго (за несколько лет) до манифестации основных симптомов заболевания (двигательных нарушений), при этом степень нарушения обоняния соответствует тяжести течения нейродегенеративного процесса в дальнейшем [10].
Причина гипосмии при БП неизвестна. Выдвигались предположения, что количественные нарушения обоняния могут вызывать тельца-включения в нейронах обонятельных ядер продолговатого мозга [11]. Другие исследователи считали возможной причиной гипосмии рост числа тормозных допаминергических нейронов в обонятельных структурах. В последнее время находится все больше подтверждений того, что расстройства обоняния на ранних этапах БП ассоциированы с атрофией серого вещества определенных областей мозга [10].
В одном из недавних исследований, основанном на сопоставлении данных морфометрического анализа изображений магнитно-резонансной томографии (МРТ) и ольфактометрических тестов, было обнаружено, что расстройства обоняния при БП связаны с атрофией структур лимбической системы – грушевидной коры и миндалевидных ядер [11]. Похожие результаты получил в своем исследовании Wu et al. в 2011 г.: у всех пациентов с БП при морфометрическом анализе МРТ была выявлена атрофия коры парагиппокампальной извилины (ПГИ) и орбито-фронтального комплекса (ОФК). При этом уменьшение объемов ПГИ и ОФК соответствовало степени снижения восприятия запахов: атрофия становится более значимой по мере прогрессирования обонятельных нарушений [10].
В то же время исследования, посвященные измерению объема обонятельных луковиц (ОЛ), обнаруживают несущественные различия между здоровыми представителями контрольной группы и пациентами с разной степенью гипосмии на разных стадиях БП или не находят их вовсе [12, 13]. Таким образом, измерение обонятельных структур мозга на МРТ (а именно грушевидной коры, миндалевидных ядер, ПГИ и ОФК) совместно с ольфактометрическими тестами может быть довольно точным методом для ранней постановки диагноза БП [14].
Исследования, основанные на биопсии обонятельного эпителия, не обнаружили никаких изменений слизистой оболочки полости носа, которые были бы специфичны для гипосмии, вызванной БП, и не встречались при гипосмии, обусловленной риносинуситом, курением или токсическим повреждением эпителия. Отсутствие специфических изменений в обонятельном эпителии подтверждает представления о том, что потеря обоняния при БП – не следствие повреждения эпителия слизистой оболочки носа, а результат процессов в ЦНС [15, 16].

Расстройства обоняния при болезни Альцгеймера
Обонятельные расстройства характерны и для пациентов с БА. Они развиваются начиная с доклинического периода заболевания, когда когнитивные нарушения еще отсутствуют, и становятся все более явными и тяжелыми по мере прогрессирования нейродегенеративного процесса. У пациентов на стадии легких когнитивных нарушений повышен порог восприятия и нарушена идентификация запахов, в то время как различение запахов не нарушено. У пациентов с установленным диагнозом БА нарушены все 3 показателя, т. е. различение запахов страдает на более поздних этапах течения БА. Степень нарушения идентификации и различения запахов соответствует тяжести нарушений речи, памяти и ориентации в пространстве [17, 18].
Атрофические изменения в коре головного мозга, характерные для БА, затрагивают центральный отдел обонятельного анализатора. По данным функциональной МРТ, процессы дегенерации затрагивают первичную обонятельную кору, гиппокамп, таламус и гипоталамус [13]. Кроме того, при БА объем ОЛ значительно уменьшается, и в них увеличивается количество тормозных допаминергических нейронов. Чем меньше объем ОЛ и трактов по данным МРТ, тем хуже оказываются результаты оценки когнитивных функций (тестирование MMSE) [19, 20].
Возможно определение вероятности развития БА у молодых людей с высоким генетическим риском (носителей гена ApoEε4) с помощью обонятельных вызванных потенциалов. Они позволяют очень точно различить носителей аллели ε4 от неносителей и демонстрируют функциональные нарушения в нейронах обонятельных областей головного мозга на очень ранних стадиях БА [21, 22].

Расстройство обоняния при рассеянном склерозе
РС – хроническое аутоиммунное заболевание, сопровождающееся повреждением преимущественно белого вещества нервной системы. Так как процессы воспаления и демиелинизации при РС могут возникать где угодно в нервной системе, они также могут повреждать как обонятельный нерв, так и проводящие пути обонятельного анализатора. По данным разных авторов, у 40–44% пациентов с РС нарушено обоняние. Степень тяжести этих нарушений непостоянна [23].
Для ранних стадий заболевания и обострений (при активизации иммунного воспаления) характерна гипосмия с общим повышением порога восприятия запахов, в то время как для более поздних стадий при распространенном хроническом процессе – нарушение идентификации запахов [24, 25]. Доказано, что степень выраженности нарушения идентификации запахов коррелирует с количеством и размерами очагов демиелинизации в белом веществе лобных и височных долей мозга (по данным МРТ) [26–28].
Характер обонятельного расстройства позволяет предположить вариант клинического течения и скорость прогрессирования РС. Идентификация запахов нарушена значительно чаще у пациентов с вторично-прогрессирующей формой РС, чем у пациентов с ремиттирующе-рецидивирующей и другими формами [27].

Расстройства обоняния при хорее Гентингтона
ХГ – наследственное нейродегенеративное заболевание, при котором нарушается функция базальных ганглиев, что проявляется гиперкинезами и деменцией. Некоторые исследования еще в 1980-х гг. обратили внимание на легкие обонятельные расстройства у пациентов с ХГ, в частности нарушение идентификации запахов, хотя и не такое частое и выраженное, как при БП. Исследование обоняния у родственников больных с ХГ также обнаруживало легкие расстройства на том этапе, когда двигательные и когнитивные расстройства еще не проявили себя.
На животных моделях болезни накопление токсичного белка хантингтина в обонятельных отделах головного мозга было значимым и происходило раньше, чем в других отделах мозга. Также на мышах наблюдали нарушение созревания нейронов ОЛ при ХГ [29].
В последнем мультицентровом исследовании 2013 г. по результатам анализа МРТ головного мозга 239 пациентов была доказана связь между нарушенной идентификацией запахов (University of Pennsylvania Smell Identification Test (UPSIT)), атрофией серого вещества гиппокампа, островка, а также уменьшением объема белого вещества височных долей [30].

Расстройства обоняния при шизофрении
Обонятельные пробы – идеальный инструмент для оценки структурной и функциональной интеграции нервных субстратов, нарушение которых обусловливает когнитивные и эмоциональные расстройства при шизофрении. Важен также тот факт, что ранняя чувствительная афферентация разрывается при шизофрении, и, как следствие, может пострадать работа обонятельной системы. Исследования B. Turetsky et al. показывают, что структурные и функциональные нарушения затрагивают как кору, так и периферические зоны обонятельной системы. Отчасти это отражает генетически опосредованную нейроэтиологическую природу заболевания. Анатомические и функциональные нарушения отражаются посредством клеточных и молекулярных аномалий, подтверждающих снижение или исчезновение иннервации или возникновение нарушения регуляции внутриклеточной передачи сигнала [31, 32].
Способность распознавать запахи у пациентов с шизофренией исследуется наиболее часто [33, 34]. Изучаются и другие обонятельные нарушения: обонятельная чувствительность, взаимосвязь с вкусовым анализатором, половые взаимоотношения. В работе M. Urban et al. нарушения распознавания запахов встречались как среди больных шизофренией, так и среди их здоровых братьев и сестер. Кроме того, данное нарушение обоняния регистрировалось и среди детей и подростков, страдавших психозом. У этих пациентов также наблюдались нарушения в нейроанатомии головного мозга, в т. ч. в ОЛ. Исследователи делают вывод о вероятном отсутствии корреляции между патологией слизистой оболочки обонятельного тракта и нарушением обоняния у таких пациентов [1].
В работе L. Kopala et al. был обследован 131 пациент с шизофренией, у всех этих пациентов по данным UPSIT было выявлено снижение способности распознавать запахи, а у 34,6% из них выявлялись обонятельные галлюцинации (ОГ). У женщин чаще обнаруживались ОГ, и у них были более высокие цифры по шкале UPSIT по сравнению с мужчинами [35].
ОГ – прогностически неблагоприятный симптом, и, к сожалению, он не может быть окончательно разъяснен в рамках существующих предположений касательно галлюцинаций. В исследовании Stevenson et al. участвовал 51 пациент с шизофренией или с шизоаффективным расстройством с проявлениями ОГ. Результаты исследования показали, что не существует зависимости между проявлениями тяжести заболевания и типом или частотой возникновения ОГ. Превалировали негативные ОГ с эпизодами продуктивной симптоматики, кроме того, была выявлена достоверная зависимость между частотой возникновения ОГ и тяжестью тактильных галлюцинаций [36, 37].
Несмотря на ранее проведенные исследования, на сегодняшний день остается неоднозначной проблема обонятельных нарушений при шизофрении: данные нарушения могут быть связаны с полом, возрастом, наличием вредных привычек и приемом лекарственных средств пациентами. Согласно исследованию P. Moberg et al., у пациентов с шизофренией имелись такие нарушения обоняния, как ухудшение идентификации запахов, изменение порога обонятельной чувствительности, различения запахов, нарушение обонятельной памяти, однако пол, возраст испытуемых, прием ими лекарств и наличие у них вредных привычек (курение) не сказывались на полученных результатах. Обонятельные нарушения в данном случае возникали из-за изменений на уровне структур головного мозга, что было рассмотрено в исследованиях, посвященных нейровизуализации и анализу изменений структур головного мозга [38].

В исследовании C. Rupp et al. изучались взаимоотношения между различными ОФ и изменением объема структур головного мозга, отвечающих за обоняние (комплекс амигдала и гиппокамп, а также орбито-фронтальная кора головного мозга) у пациентов с шизофренией. Исследование основывалось на данных МРТ. По сравнению с группой контроля у пациентов с шизофренией был повышен порог обонятельной чувствительности с обеих сторон, имелись изменения в различении и идентификации запахов и определении съедобности предоставленного пищевого компонента. По сравнению с группой контроля у пациентов с шизофренией отмечалось также уменьшение объема гиппокампа и амигдалы. Полученные данные подтвердили ведущую роль гиппокампа и амигдалы в возникновении обонятельного дефицита. Дефицит ОФ у таких пациентов связан с нарушением морфометрических показателей в медиальной части височной доли в большей степени, чем в орбито-фронтальной коре [39].
Нарушения обоняния встречаются у самих пациентов, членов их семей в первом поколении и у тех, кто больше всего подвержен риску в генетическом плане, что подтверждает наследственную природу и предрасположенность к хемосенсорным аномалиям. Исследование L. Kopala et al. показывает, что родственники пациентов, страдающих шизофренией, достоверно чаще страдают гипосмией, чем лица из общей популяции. Наблюдавшийся дефицит ОФ не связан с полом, использованием лекарственных препаратов, курением, когнитивными нарушениями, что доказывает первичную дисфункцию обонятельной системы [35]. D. Roalf et al. провели исследование идентификации запахов отдельно для каждой половины полости носа. Было обнаружено, что как пациенты, так и их здоровые родственники правильно идентифицировали запахи. У пациентов возникали трудности при определении одорантов различных концентраций по сравнению с добровольцами из группы контроля. И напротив, достоверных различий между показателями, характеризующими порог обонятельной чувствительности, в группе здоровых участников эксперимента и группе родственников, а также между группой пациентов и группой родственников выявлено не было. Полученные незначительные различия в группе пациентов и их здоровых родственников позволяют предположить наследственный характер и предрасположенность к данному заболеванию, в т. ч. к обонятельным нарушениям, при шизофрении. Наличие у пациентов как дефицита обонятельной идентификации, так и нарушения показателя порога обонятельной чувствительности, а у здоровых родственников – лишь ухудшения идентификации запахов демонстрирует диссоциацию между видами недостаточности ОФ, что указывает на генетическую природу нарушений, возникающих при шизофрении и затрагивающих обонятельную систему [40].

В исследовании P. Moberg et al. показаны структурные аномалии периферической и центральной областей обонятельной зоны. Изучение процесса обработки обонятельного сигнала при шизофрении также дает основание полагать, что данное заболевание имеет нейрогенную природу. Поскольку обонятельная система регенерирует на протяжении жизни, она представляет собой уникальный процесс развития нервной системы [41].
Согласно работе F. Deakin et al., не было выявлено достоверных различий между обонятельной функцией курящих и некурящих пациентов, а также между теми, кто принимал нейролептики или не принимал их, так же как и не было обнаружено различий между пациентами разных полов, страдающими шизофренией. В этом же исследовании приведены данные о том, что при шизофрении возникают обонятельные нарушения, эти изменения специфичны в отношении шизофрении и могут служить диагностическим критерием при ранней постановке диагноза. Однако остается неясным, является ли нарушение обоняния при шизофрении первичным (поражаются ОЛ, обонятельные центры в коре и т. д.), либо оно возникает как следствие диффузного процесса повреждения в головном мозге, развивающегося при шизофрении [7].
Исследование B. Turetsky et al. было посвящено изучению периринальной коры (35-е, 36-е поля Бродмана), получающей афферентацию от области обонятельного мозга. В данных областях мозга было отмечено уменьшение объема нервной ткани, чего не наблюдалось у родственников пациентов. Было показано, что данное уменьшение объема характерно для первичной обонятельной коры и не распространяется на предлежащие области височного полюса головного мозга (38-е поле Бродмана), которые не получают какой-либо обонятельной афферентации. В 23% случаев наблюдалось уменьшение объема обеих ОЛ у пациентов. У здоровых добровольцев была отмечена тесная связь между объемом ОЛ и порогом обонятельной чувствительности, однако данная взаимосвязь была разорвана у пациентов с шизофренией [2, 32].
В работе L. Seidman et al. было показано, что показатели UPSIT не зависят, по данным WCST, от показателей поведенческих реакций и дефицита внимания – симптомов, часто сопровождающих шизофрению. Данные этих же авторов демонстрируют, что у мужчин наблюдались более грубые нарушения показателей WCST-теста по сравнению с женщинами [42].
В исследовании P. Moberg et al. выявлена интересная закономерность: вне зависимости от когнитивных нарушений у пациентов молодого и пожилого возраста, страдающих шизофренией, выявлялась четкая зависимость между дефицитом распознавания запахов и продолжительностью заболевания. Данные результаты показали, что ОФ (в частности, способность распознавать запахи) значительно уменьшается при прогрессировании шизофрении, но не зависит от возраста, а также от психических особенностей конкретных индивидуумов [43].
Следует отметить, что нарушение распознавания запахов не является строго специфичным в отношении пациентов, страдающих шизофренией. Данные нарушения чаще встречаются при нейродегенеративных заболеваниях, в частности при БА. Возможно, дефицит ОФ при шизофрении возникает вследствие нарушений в кортикальной и субкортикальной областях головного мозга, однако это не выявляется при проведении нейропсихологических тестов. Поэтому нельзя со 100% точностью утверждать, что дефицит ОФ – это обязательный признак шизофрении, но то, что он чаще всего присутствует при этом заболевании, несомненно [1].

Расстройства обоняния при депрессии
Поскольку в структурах головного мозга есть поля, отвечающие не только за настроение, эмоциональную составляющую, но и за обоняние, и эти поля перекрывают друг друга, при исследовании ОФ (в т. ч. центральных отделов обонятельного анализатора) можно найти маркеры депрессивной фазы БР.
В проспективном пилотном исследовании М. Naudin et al. были обследованы 18 пациентов с депрессией во время острой фазы заболевания и после 6 нед. лечения антидепрессантами (эсциталопрамом). Группу контроля составили 54 человека, отобранные для исследования по возрасту, полу, вредным привычкам (курение). Для определения обонятельной ангедонии и оценки воспринимаемой интенсивности запахов исследовалась способность пациентов различать запахи (отдельные и смешанные в количестве 2-х) и идентифицировать их. Результаты исследования показали, что обонятельная ангедония проявлялась уменьшением реакции пациента при воздействии на него запахами, вызывающими сильные эмоции, что могло служить маркером депрессии. Более того, у данных пациентов наблюдалась обонятельная негативная аллестезия (неадекватная локализация стимулов в пространстве обонятельных стимулов) при определении интенсивности запаха; пациенты не справлялись с определением 2-х противоположных запахов, смешанных между собой, что могло выступать в качестве характерного маркера депрессии. Данные симптомы можно объяснить хронизацией депрессии и/или воздействием лечения антидепрессантами. В ходе исследования выяснилось, что пациенты с депрессией, так же как и те, у кого отмечалось клиническое улучшение от приема антидепрессантов, при предоставлении им запахов хорошо воспринимали лишь неприятные из них и плохо различали приятные. В данном исследовании также было показано, что пациенты с депрессией, так же как и пациенты, которым было проведено лечение антидепрессантами на протяжении 6 нед., воспринимали неприятные запахи с большей интенсивностью, чем здоровые участники эксперимента. Таким образом, нарушения восприятия запахов, их интенсивности и характера могут служить постоянными маркерами депрессивного расстройства [44].
Еще одно исследование, выполненное B. Atasova et al., проводилось среди 30 пациентов, страдавших депрессией, и 30 участников из группы контроля: всем участникам исследования было предложено 2 одоранта, каждый в нескольких концентрациях: с приятным запахом (ванилин) и неприятным (масляная кислота). Определялась способность человека воспринимать запах, определять его характер и интенсивность. Результаты исследования показали, что пациенты из основной группы чувствовали неприятный запах со значительно большей интенсивностью, чем участники из группы контроля (обонятельная негативная аллестезия). Здоровые участники эксперимента различали все предоставляемые концентрации в отличие от пациентов основной группы, которые различали лишь неприятные запахи (обонятельная ангедония). При вдыхании смесей из 2-х одорантов среди здоровых лиц наблюдалось одинаково хорошее восприятие как одного, так и другого запаха. Пациенты с депрессией улавливали лишь неприятный запах и не чувствовали приятный [45].
При проведении нескольких исследований, посвященных обонятельному гедонизму при депрессии, были получены неоднозначные данные. В частности, M. Clepce et al. изучали состояние пациентов с депрессией, у которых наблюдалась обонятельная ангедония или выраженный обонятельный гедонизм. Для исследования обонятельной чувствительности при различных стадиях БР было проведено исследование обоняния в период депрессии (37 человек) и в период ремиссии заболевания (17 человек). Как и следовало ожидать, у пациентов с БР в период ремиссии при менее выраженной депрессии (p<0,001) наблюдался менее выраженный обонятельный ангедонизм (p=0,001). В качестве аналоговой шкалы при оценке интенсивности и степени обонятельного гедонизма при тестировании обоняния применялся ССТ. Степень депрессии оценивалась с помощью специальной анкеты (21 вопрос), позволяющей оценить настроение пациента: меняется ли оно в течение какого-то времени либо оно стойкое и характерное для данного пациента (Beck Depression Inventory (BDI, BDI-II). Также оценивалась степень ангедонии при помощи специальной шкалы Snaith-Hamilton-Pleasure-Scale (SHAPS). Исследователи пришли к выводу о том, что ангедония оказывает в целом потенциальное влияние на возникновение обонятельного ангедонизма при БР. Полученные результаты указывают на необходимость, во-первых, проведения дальнейших, подтверждающих полученные данные исследований при тяжелой степени депрессии, и, во-вторых, исследования влияния ангедонии на возникновение обонятельного ангедонизма при других психических заболеваниях [46].

Расстройства обоняния при эпилепсии
В работе S. Pouliot et al. было показано, что здоровые люди помнят определенные запахи, вызывающие сильные эмоциональные ощущения, лучше, чем те, которые вызывают слабую эмоциональную реакцию. Исследовалась обонятельная память 19 пациентов, которым была проведена односторонняя резекция медиальной части височной доли, включая область амигдалы (10 пациентов с левосторонней резекцией, 9 – с правой), по поводу резистентной эпилепсии; также в исследование было включено 19 здоровых добровольцев. Поскольку миндалевидный комплекс отвечает за память и эмоциональные реакции и является частью первичной обонятельной зоны, было выдвинуто предположение о том, что пациенты, перенесшие данный вид хирургического вмешательства, не испытывали более выраженных эмоциональных реакций на предоставленные запахи (по сравнению с запахами, не вызывающими эмоциональные переживания).
У здоровых лиц и пациентов, которым была проведена левосторонняя или правосторонняя резекция медиальной части височной доли мозга, регистрировались похожие эмоциональные реакции на предоставляемые запахи. Как пациенты, так и здоровые добровольцы вспоминали неприятные запахи лучше, чем приятные. Кроме того, в отличие от здоровых индивидуумов, у пациентов после резекции не наблюдалось более выраженной реакции со стороны памяти при предоставлении запахов, вызывающих сильные эмоциональные реакции, по сравнению с теми запахами, которые не вызывали подобных эмоциональных ощущений. Таким образом, было показано, что пациенты, которым была проведена правосторонняя или левосторонняя резекция, теряют определенные преимущества памяти на предоставляемые запахи, вызывающие сильные эмоциональные реакции, по сравнению со здоровыми добровольцами [47].
Функциональную дезинтеграцию лимбической системы в медиальной части височной доли у пациентов с эпилепсией иллюстрирует определенная обонятельная чувствительность. В работе C. Ciumas et al. были изучены метаболические и нейрорецепторные аномалии, возникающие на уровне внефокусных участков лимбической системы у пациентов с эпилептическими участками в медиальной части височной доли. Исследователи попытались выяснить, может ли активация обонятельной системы помочь выявить функциональную дезинтеграцию лимбической системы при эпилепсии, происходящей из медиальной части височной доли, и измерили параметры потока крови через головной мозг, используя позиционно-эмиссионную томографию. Использовалась двусторонняя обонятельная импульсация: в качестве обонятельных стимулов испытуемым предоставлялись знакомые и незнакомые запахи, в качестве контроля использовался воздух окружающей среды, не имеющий запаха. Исследованию подвергались пациенты, у которых регистрировались эпилептические очаги в медиальной части височной извилины, изучались соответствующие участки мозга. Для количественного исследования активации мозга в определенных участках использовались специальные активированные пиксельные таблицы, имеющие отношение как к одному полушарию, так и к обоим. Полученные данные показали, что нарколепсия без признаков каталепсии (когда регистрируются нормальные цифры гипокретина (орексина) в цереброспинальной жидкости) связана с нарушением обоняния. По-видимому, даже частичная потеря нейронов гипоталамуса, секретирующих гипокретин, без значительного уменьшения его содержания в цереброспинальной жидкости, может способствовать поражению обонятельной системы [48].
В работе D. Restrepo et al. отмечается, что возникновение эпилептических припадков напрямую не связано с нарушением работы обонятельной системы. Однако обонятельная стимуляция резкими запахами способствует активации огромного количества обонятельных нейронов и может приводить к возникновению судорог при эпилепсии. Скорее всего, это связано с повышенной иктальной активностью передних отделов пириформной коры – участка обонятельной системы, ограниченного ГАМК-эргическим ингибированием активности нейронов пирамидальной части головного мозга. Подобная повышенная возбудимость нервных клеток данной зоны, а также их доступность в плане изучения позволяет рассматривать исследование работы обонятельной системы в качестве ключа к разгадке патогенеза эпилепсии [49].
Наконец, еще одно исследование, проведенное T. Hummel et al., было посвящено изучению объема ОЛ у пациентов с височной формой эпилепсии. В исследовании принимали участие 20 пациентов с эпилепсией и 20 здоровых добровольцев: у них проводилось исследование ОФ при помощи ССТ и МРТ основания черепа и находящихся в нем мозговых структур с толщиной среза 2 мм в Т2-взвешенном режиме в коронарной проекции. У пациентов с эпилепсией наблюдалось снижение ОФ: повышение порога обонятельной чувствительности и ухудшение идентификации запахов (p<0,001). Размеры ОЛ у пациентов из основной группы были меньше, чем в группе контроля (p=0,013). Снижение объема ОЛ не коррелировало с расположением эпилептических очагов. Таким образом, если предположить, что нарушение ОФ у пациентов с височной формой эпилепсии возникает из-за центрального расположения эпилептического очага, вероятнее всего, объем ОЛ уменьшается не только первично, как периферическая часть обонятельного анализатора, но и находится под нисходящим корковым влиянием [50].
Таким образом, обонятельные нарушения – достаточно частый симптом многих психических и нейродегенеративных заболеваний. Своевременное выявление расстройств обоняния может быть важным с точки зрения прогноза и ранней диагностики шизофрении, БА и БП, а нарушения восприятия запахов, их интенсивности и характера могут служить постоянными маркерами депрессивного расстройства. Все это позволяет рекомендовать ольфактометрию для включения в план обследования пациентов с психическими и неврологическими расстройствами.

Литература
1. Urban M., Rabe-Jabłońska J. Olfactory dysfunctions in patients with schizophrenia // Psychiatr Pol. 2007. Vol. 41 (4). P. 503–512.
2. Olfaction and schizophrenia clinical risk status: just the facts / Turetsky B.I. [et al.] // Schizophr Res. 2012. Vol. 139 (1–3). P. 260–261.
3. Овчинников Ю.М., Морозова С.В., Минор А.В. Нарушения обоняния (вопросы теории, диагностики, лечения). М.: ММА им. И.М. Сеченова, 1999. 156 c.
4. Морозова С.В., Савватеева Д.М., Лопатин А.С. Расстройства обоняния и их коррекция // Вестник оториноларингологии. 2012. № 5. С. 66–70.
5. Дайняк Л.Б. Прогноз и лечение нарушений обоняния // Новости оториноларингологии и логопатологии. 1990. № 3 (4). С. 131.
6. Hummel T., Kobal G., Gudziol H., Mackay-Sim A. Normative data for the “Sniffin’ Sticks” including tests of odor identification, odor discrimination, and olfactory thresholds: an upgrade based on a group of more than 3,000 subjects // Eur Arch Otorhinolaryngol. 2007. Vol. 264. P. 237–243.
7. Familial and developmental abnormalities of front lobe function and neurochemistry in schizophrenia / Deakin F.W. [et al.] // J Psychopharmacol. 1997. Vol. 11(2). P. 133–142.
8. Prevalence of smell loss in Parkinson’s disease – A multicenter study / Haehner A. [et al.] // Parkinsonism and Related Disorders. 2009. Vol. 15. P. 490–494.
9. Haehner A., Hummel T., Reichmann H. Olfactory dysfunction as a diagnostic marker for Parkinson's disease. Expert Rev Neurother Dec. 2009. Vol. 9 (12). P. 1773–1779.
10. Correlation between progressive changes in piriform cortex and olfactory performance in early Parkinson's disease. / Wu X. [et al.] // Eur Neurol. 2011. Vol. 66. P. 98–105.
11. Olfactory impairment predicts brain atrophy in Parkinson's disease / Wattendorf E. [et al.] // The Journal of Neuroscience. 2009. Vol. 29 (49). P. 15410–15413.
12. Immunohistochemical, volumetric, and functional neuroimaging studies in patients with idiopathic Parkinson's disease / Hummel T. [et al.] // J Neurol Sci. 2010. Vol. 298. P. 119–122.
13. Olfactory deficit detected by fMRI in early Alzheimer's disease / Wang J. [et al.] Brain Res. 2010. Vol. 1357. P. 184–194.
14. Relationship of olfactory function with olfactory bulbus volume, disease duration and Unified Parkinson’s disease rating scale scores in patients with early stage of idiopathic Parkinson’s disease / Hakyemez H.A. [et al.] // Journal of Clinical Neuroscience. 2013. Vol. 20. P. 1469–1470.
15. Biopsies of olfactory epithelium in patients with Parkinson's disease / Witt M. [et al.] // Mov Disord. 2009. Vol. 24. P. 906–920.
16. Olfactory-induced brain activity in Parkinson's disease relates to the expression of event-related potentials: a functional magnetic resonance imaging study / Welge-Luessen A. [et al.] // Neuroscience. 2009. Vol. 162. P. 537–543.
17. Olfaction in patients with mild cognitive impairment and Alzheimer's disease / Djordjevic J. [et al.] // Neurobiol Aging. 2008. Vol. 29 (5). P. 693–706.
18. Smell and preclinical Alzheimer disease: study of 29 patients with amnesic mild cognitive impairment / Fusetti M. [et al.] // J Otolaryngol Head Neck Surg. 2010. Vol. 39. P. 175–181.
19. Increased dopaminergic cells and protein aggregates in the olfactory bulb of patients with neurodegenerative disorders / Mundiñano I.C. [et al.] // Acta Neuropathol. 2011. Vol.122. P. 61–74.
20. Reduced olfactory bulb and tract volume in early Alzheimer's disease—a MRI study / Thomann P.A. [et al.] // Neurobiol Aging. 2009. Vol. 30. P. 838–841.
21. Kowalewski J., Murphy C. Olfactory ERPs in an odor/visual congruency task differentiate ApoE ε4 carriers from non-carriers // Brain Research. 2012. Vol. 1442. P. 55–65.
22. Morgan C.D., Murphy C. Individuals at risk for Alzheimer’s disease show differential patterns of ERP brain activation during odor identification. Behavioral and Brain Functions. 2012. Vol. 8. P. 37.
23. Olfactory threshold is impaired in early, active multiple sclerosis / Lutterotti A. [et al.] // Mult Scler. 2011. Vol. 17. P. 964–969.
24. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis: evidence of a decrease in different aspects of olfactory function / Rolet A. [et al.] // Eur Neurol. 2013. Vol. 69 (3). P. 166–170.
25. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis: relation to longitudinal changes in plaque numbers in central olfactory structures / Doty R.L. [et al.] // Neurology. 1999. Vol. 53(4). P. 880–882.
26. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis. Relation to plaque load in inferior frontal and temporal lobes / Doty R.L. [et al.] // Ann N Y Acad Sci. 1998. Vol. 855. P. 781–786.
27. Olfactory dysfunction and extent of white matter abnormalities in multiple sclerosis: a clinical and MR study // Zorzon M. [et al.] // Mult Scler. 2000. Vol. 6. P. 386–390.
28. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis: association with secondary progression / Silva A.M. [et al.] // Mult Scler. 2012. Vol. 18. P. 616–621.
29. Impaired adult olfactory bulb neurogenesis in the R6/2 mouse model of Huntington's disease / Kohl Z. [et al.] // BMC Neurosci. 2010. Vol. 13. P. 114.
30. Clinical impairment in premanifest and early Huntington's disease is associated with regionally specific atrophy / Scahill R.I. [et al.] // Hum Brain Mapp. 2013. Vol. 34 (3). P. 519–529.
31. Различия показателей синхронности биоэлектрической активности на ЭЭГ у здоровых и больных шизофренией детей и подростков // Кулаичев А.П. [и др.] // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2012. № 12. С. 55–62.
32. Scents and nonsense: olfactory dysfunction in schizophrenia / Turetsky B.I. [et al.] // Schizophr Bull. 2009. Vol. 35 (6). P. 1117–1131.
33. Nguyen A.D., Shenton M.E., Levitt J.J. Olfactory dysfunction in schizophrenia: a review of neuroanatomy and psychophysiological measurements // Harv Rev Psychiatry. 2010. Vol. 18 (5). P. 279–292.
34. Neural substrates of olfactory processing in schizophrenia patients and their healthy relatives / Schneider F. [et al.] // Psychiatry Res. 2007. Vol. 155 (2). P. 103–112.
35. Unirhinal olfactory identification deficits in young male patients with schizophrenia and related disorders: association with impaired memory function / Good K.P. [et al.] // Schizophr Res. 2002. Vol. 56 (3). P. 211–223.
36. Stevenson R.J., Langdon R., McGuire J. Olfactory hallucinations in schizophrenia and schizoaffective disorder: a phenomenological survey // Psychiatry Res. 2011. Vol. 185 (3). P. 321–327.
37. Stedman T.J., Clair A.L. Schizophr Res. Neuropsychological, neurological and symptom correlates of impaired olfactory identification in schizophrenia. 1998. Vol. 32 (1). P. 23–30.
38. Olfactory dysfunction in schizophrenia: a qualitative and quantitative review / Moberg P.J. [et al.] // Neuropsychopharmacology. 1999. Vol. 21 (3). P. 325–340.
39. Olfactory functions and volumetric measures of orbitofrontal and limbic regions in schizophrenia / Rupp C.I. [et al.] // Schizophr Res. 2005. Vol. 74. P. 2–3.
40. More is less: emotion induced prefrontal cortex activity habituates in aging / Roalf D.R. [et al.] // Neurobiol Aging. 2011. Vol. 32 (9). P. 1634–1650.
41. Moberg P.J., Turetsky B.I. Scent of a disorder: olfactory functioning in schizophrenia // Curr Psychiatry Rep. 2003. Vol. 5 (4). P. 311–319.
42. Sex differences in olfactory identification and Wisconsin Card Sorting performance in schizophrenia: relationship to attention and verbal ability / Seidman L.J. [et al.] // Biol Psychiatry. 1997. Vol. 42 (2). P. 104–115.
43. Olfactory identification deficits in schizophrenia: correlation with duration of illness / Moberg P.J. [et al.] // Am J Psychiatry. 1997. Vol. 154 (7). P. 1016–1068.
44. State and trait olfactory markers of major depression / Naudin M. [et al.] // PLoS One. 2012. Vol. 7 (10). Epub 2012 Oct 3.
45. Olfactory anhedonia and negative olfactory alliesthesia in depressed patients / Atanasova B. [et al.] // Psychiatry Res. 2010. Vol. 176 (2-3). P. 190–196.
46. The relation between depression, anhedonia and olfactory hedonic estimates--a pilot study in major depression / Clepce M. [et al.] // Neurosci Lett. 2010. Vol. 471(3). P. 139–143.
47. Pouliot S., Jones-Gotman M. Medial temporal-lobe damage and memory for emotionally arousing odors // Neuropsychologia. 2008. Vol. 46 (4). P. 1124–1134.
48. Imaging of odor perception delineates functional disintegration of the limbic circuits in mesial temporal lobe epilepsy / Ciumas C. [et al.] // Neuroimage. 2008. Vol. 39 (2). P. 578–592.
49. Restrepo D., Hellier J.L., Salcedo E. Complex metabolically demanding sensory processing in the olfactory system: Implications for epilepsy. Epilepsy Behav. 2013. [Epub ahead of print].
50. Olfactory bulb volume in patients with temporal lobe epilepsy / Hummel T. [et al.] // J Neurol. 2013. Vol. 260 (4). P. 1004–1008.
Литература
  1. Urban M., Rabe-Jabłońska J. Olfactory dysfunctions in patients with schizophrenia // Psychiatr Pol. 2007. Vol. 41 (4). P. 503–512.
  2. Olfaction and schizophrenia clinical risk status: just the facts / Turetsky B.I. [et al.] // Schizophr Res. 2012. Vol. 139 (1–3). P. 260–261.
  3. Овчинников Ю.М., Морозова С.В., Минор А.В. Нарушения обоняния (вопросы теории, диагностики, лечения). М.: ММА им. И.М. Сеченова, 1999. 156 c.
  4. Морозова С.В., Савватеева Д.М., Лопатин А.С. Расстройства обоняния и их коррекция // Вестник оториноларингологии. 2012. № 5. С. 66–70.
  5. Дайняк Л.Б. Прогноз и лечение нарушений обоняния // Новости оториноларингологии и логопатологии. 1990. № 3 (4). С. 131.
  6. Hummel T., Kobal G., Gudziol H., Mackay-Sim A. Normative data for the “Sniffin’ Sticks” including tests of odor identification, odor discrimination, and olfactory thresholds: an upgrade based on a group of more than 3,000 subjects // Eur Arch Otorhinolaryngol. 2007. Vol. 264. P. 237–243.
  7. Familial and developmental abnormalities of front lobe function and neurochemistry in schizophrenia / Deakin F.W. [et al.] // J Psychopharmacol. 1997. Vol. 11(2). P. 133–142.
  8. Prevalence of smell loss in Parkinson’s disease – A multicenter study / Haehner A. [et al.] // Parkinsonism and Related Disorders. 2009. Vol. 15. P. 490–494.
  9. Haehner A., Hummel T., Reichmann H. Olfactory dysfunction as a diagnostic marker for Parkinson's disease. Expert Rev Neurother Dec. 2009. Vol. 9 (12). P. 1773–1779.
  10. Correlation between progressive changes in piriform cortex and olfactory performance in early Parkinson's disease. / Wu X. [et al.] // Eur Neurol. 2011. Vol. 66. P. 98–105.
  11. Olfactory impairment predicts brain atrophy in Parkinson's disease / Wattendorf E. [et al.] // The Journal of Neuroscience. 2009. Vol. 29 (49). P. 15410–15413.
  12. Immunohistochemical, volumetric, and functional neuroimaging studies in patients with idiopathic Parkinson's disease / Hummel T. [et al.] // J Neurol Sci. 2010. Vol. 298. P. 119–122.
  13. Olfactory deficit detected by fMRI in early Alzheimer's disease / Wang J. [et al.] Brain Res. 2010. Vol. 1357. P. 184–194.
  14. Relationship of olfactory function with olfactory bulbus volume, disease duration and Unified Parkinson’s disease rating scale scores in patients with early stage of idiopathic Parkinson’s disease / Hakyemez H.A. [et al.] // Journal of Clinical Neuroscience. 2013. Vol. 20. P. 1469–1470.
  15. Biopsies of olfactory epithelium in patients with Parkinson's disease / Witt M. [et al.] // Mov Disord. 2009. Vol. 24. P. 906–920.
  16. Olfactory-induced brain activity in Parkinson's disease relates to the expression of event-related potentials: a functional magnetic resonance imaging study / Welge-Luessen A. [et al.] // Neuroscience. 2009. Vol. 162. P. 537–543.
  17. Olfaction in patients with mild cognitive impairment and Alzheimer's disease / Djordjevic J. [et al.] // Neurobiol Aging. 2008. Vol. 29 (5). P. 693–706.
  18. Smell and preclinical Alzheimer disease: study of 29 patients with amnesic mild cognitive impairment / Fusetti M. [et al.] // J Otolaryngol Head Neck Surg. 2010. Vol. 39. P. 175–181.
  19. Increased dopaminergic cells and protein aggregates in the olfactory bulb of patients with neurodegenerative disorders / Mundiñano I.C. [et al.] // Acta Neuropathol. 2011. Vol.122. P. 61–74.
  20. Reduced olfactory bulb and tract volume in early Alzheimer's disease—a MRI study / Thomann P.A. [et al.] // Neurobiol Aging. 2009. Vol. 30. P. 838–841.
  21. Kowalewski J., Murphy C. Olfactory ERPs in an odor/visual congruency task differentiate ApoE ε4 carriers from non-carriers // Brain Research. 2012. Vol. 1442. P. 55–65.
  22. Morgan C.D., Murphy C. Individuals at risk for Alzheimer’s disease show differential patterns of ERP brain activation during odor identification. Behavioral and Brain Functions. 2012. Vol. 8. P. 37.
  23. Olfactory threshold is impaired in early, active multiple sclerosis / Lutterotti A. [et al.] // Mult Scler. 2011. Vol. 17. P. 964–969.
  24. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis: evidence of a decrease in different aspects of olfactory function / Rolet A. [et al.] // Eur Neurol. 2013. Vol. 69 (3). P. 166–170.
  25. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis: relation to longitudinal changes in plaque numbers in central olfactory structures / Doty R.L. [et al.] // Neurology. 1999. Vol. 53(4). P. 880–882.
  26. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis. Relation to plaque load in inferior frontal and temporal lobes / Doty R.L. [et al.] // Ann N Y Acad Sci. 1998. Vol. 855. P. 781–786.
  27. Olfactory dysfunction and extent of white matter abnormalities in multiple sclerosis: a clinical and MR study // Zorzon M. [et al.] // Mult Scler. 2000. Vol. 6. P. 386–390.
  28. Olfactory dysfunction in multiple sclerosis: association with secondary progression / Silva A.M. [et al.] // Mult Scler. 2012. Vol. 18. P. 616–621.
  29. Impaired adult olfactory bulb neurogenesis in the R6/2 mouse model of Huntington's disease / Kohl Z. [et al.] // BMC Neurosci. 2010. Vol. 13. P. 114.
  30. Clinical impairment in premanifest and early Huntington's disease is associated with regionally specific atrophy / Scahill R.I. [et al.] // Hum Brain Mapp. 2013. Vol. 34 (3). P. 519–529.
  31. Различия показателей синхронности биоэлектрической активности на ЭЭГ у здоровых и больных шизофренией детей и подростков // Кулаичев А.П. [и др.] // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2012. № 12. С. 55–62.
  32. Scents and nonsense: olfactory dysfunction in schizophrenia / Turetsky B.I. [et al.] // Schizophr Bull. 2009. Vol. 35 (6). P. 1117–1131.
  33. Nguyen A.D., Shenton M.E., Levitt J.J. Olfactory dysfunction in schizophrenia: a review of neuroanatomy and psychophysiological measurements // Harv Rev Psychiatry. 2010. Vol. 18 (5). P. 279–292.
  34. Neural substrates of olfactory processing in schizophrenia patients and their healthy relatives / Schneider F. [et al.] // Psychiatry Res. 2007. Vol. 155 (2). P. 103–112.
  35. Unirhinal olfactory identification deficits in young male patients with schizophrenia and related disorders: association with impaired memory function / Good K.P. [et al.] // Schizophr Res. 2002. Vol. 56 (3). P. 211–223.
  36. Stevenson R.J., Langdon R., McGuire J. Olfactory hallucinations in schizophrenia and schizoaffective disorder: a phenomenological survey // Psychiatry Res. 2011. Vol. 185 (3). P. 321–327.
  37. Stedman T.J., Clair A.L. Schizophr Res. Neuropsychological, neurological and symptom correlates of impaired olfactory identification in schizophrenia. 1998. Vol. 32 (1). P. 23–30.
  38. Olfactory dysfunction in schizophrenia: a qualitative and quantitative review / Moberg P.J. [et al.] // Neuropsychopharmacology. 1999. Vol. 21 (3). P. 325–340.
  39. Olfactory functions and volumetric measures of orbitofrontal and limbic regions in schizophrenia / Rupp C.I. [et al.] // Schizophr Res. 2005. Vol. 74. P. 2–3.
  40. More is less: emotion induced prefrontal cortex activity habituates in aging / Roalf D.R. [et al.] // Neurobiol Aging. 2011. Vol. 32 (9). P. 1634–1650.
  41. Moberg P.J., Turetsky B.I. Scent of a disorder: olfactory functioning in schizophrenia // Curr Psychiatry Rep. 2003. Vol. 5 (4). P. 311–319.
  42. Sex differences in olfactory identification and Wisconsin Card Sorting performance in schizophrenia: relationship to attention and verbal ability / Seidman L.J. [et al.] // Biol Psychiatry. 1997. Vol. 42 (2). P. 104–115.
  43. Olfactory identification deficits in schizophrenia: correlation with duration of illness / Moberg P.J. [et al.] // Am J Psychiatry. 1997. Vol. 154 (7). P. 1016–1068.
  44. State and trait olfactory markers of major depression / Naudin M. [et al.] // PLoS One. 2012. Vol. 7 (10). Epub 2012 Oct 3.
  45. Olfactory anhedonia and negative olfactory alliesthesia in depressed patients / Atanasova B. [et al.] // Psychiatry Res. 2010. Vol. 176 (2-3). P. 190–196.
  46. The relation between depression, anhedonia and olfactory hedonic estimates--a pilot study in major depression / Clepce M. [et al.] // Neurosci Lett. 2010. Vol. 471(3). P. 139–143.
  47. Pouliot S., Jones-Gotman M. Medial temporal-lobe damage and memory for emotionally arousing odors // Neuropsychologia. 2008. Vol. 46 (4). P. 112

Только для зарегистрированных пользователей

зарегистрироваться

Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Gedeon Rihter
Farmak