Введение
Преэклампсия (ПЭ) как самое тяжелое осложнение беременности — одна из главных причин материнской и младенческой заболеваемости и смертности во всем мире [1, 2].
По данным FIGO, эссенциальная гипертензия (ЭГ) является фактором высокого риска ПЭ [2].
О наличии ЭГ свидетельствует уровень артериального давления (АД) ≥140/90 мм рт. ст., определяемый до наступления беременности или в первые 20 нед. гестации. Повышение АД, диагностированное после 20 нед. и не исчезнувшее в течение 12 нед. после родов, также классифицируется как существовавшая ранее гипертензия, но уже ретроспективно [2, 3].
Частота развития ПЭ на фоне ЭГ, по данным разных авторов, составляет 20–49% случаев [4–6].
В настоящее время в мире для выявления группы высокого риска ПЭ всем беременным на сроке 11–13 нед. выполняют комбинированный скрининг I триместра. Данный метод основан на комплексном анализе анамнестических материнских факторов, данных среднего АД, пульсационного индекса маточных артерий и концентрации биохимического биомаркера PLGF (Placental Growth Factor, плацентарный фактор роста). При отсутствии возможности оценки PLGF и измерения пульсационного индекса маточных артерий рекомендуют определение сывороточного маркера PAPP-A (Pregnancy-associated plasma protein-A) [2]. Однако предложенные тесты отличаются вариабельностью результатов и не учитывают состояние адаптации центральной гемодинамики и сосудистой стенки к беременности при ЭГ [7].
В последние годы внимание многих исследователей во всем мире направлено на поиск новых ранних прогностических маркеров ПЭ у женщин с ЭГ.
Известно, что физиологическая беременность характеризуется системной вазодилатацией, гиперволемией и высокой эластичностью сосудов, что необходимо для поддержания адекватного питания плода, а одним из патогенетических звеньев развития ПЭ является нарушение эластических свойств артерий и функции эндотелия [7–9].
Предполагается, что повышенная артериальная жесткость в результате ранее существовавшей ЭГ при наступлении беременности создает условия для развития системной эндотелиальной и сосудистой дисфункции. В свою очередь нарушенная артериальная функция приводит к снижению питания плаценты и растущего плода [10, 11]. Во второй половине беременности данные патологические процессы могут приводить к прогрессированию гипертензии, развитию полиорганной дисфункции и ПЭ [12, 13].
В современной кардиологии показано, что независимыми маркерами сердечно-сосудистых событий являются показатели пульсовой волны артериальной стенки [14, 15]. Анализ пульсовой волны позволяет оценить артериальную жесткость и центральное аортальное давление (ЦАД) на субклинических стадиях ЭГ у пациентов в общей популяции [16, 17].
«Золотым стандартом» измерения жесткости артерий является оценка скорости каротидно-феморальной пульсовой волны в аорте (СПВ). Данный показатель находится в прямой зависимости от жесткости сосудистой стенки и обратно пропорционален ее эластичности. СПВ является независимым предиктором высокого сердечно-сосудистого риска у пациентов с ЭГ [14, 18].
Для анализа пульсовой волны используют также дополнительные параметры: индекс аугментации (ИА), а также ЦАД — давление в восходящей аорте [14, 19, 20].
Адаптационное изменение эластических свойств артериальной стенки во время беременности может быть изучено для стратификации риска гипертензивных расстройств как у здоровых женщин, так и у пациенток с ЭГ.
В настоящее время в мире проводятся многоцентровые исследования, а также отдельные работы по изучению предиктивного и клинического значения параметров пульсовой волны в развитии ПЭ [7, 12, 21, 22]. Однако на сегодняшний день достоверные данные о состоянии артериальной функции при гипертензивных расстройствах не получены.
Цель исследования: анализ характеристик пульсовой волны артериальной стенки в I триместре гестации у женщин с ЭГ и возможности их использования для раннего прогнозирования тяжелой ПЭ.
Материал и методы
Проведено наблюдательное нерандомизированное проспективное исследование. Данная работа выполнена на базе ОПЦ г. Нижнего Новгорода с мая 2022 г. по декабрь 2023 г.
Организация научного исследования проведена в соответствии с правилами Хельсинкской декларации Всемирной медицинской ассоциации. Исследование одобрено локальным этическим комитетом ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России (протокол № 8 от 27.05.2022). Все включенные в исследование женщины подписали дoбровoльное информирoванное согласие.
Критерии включения: беременные женщины в возрасте 18–45 лет c ЭГ I стадии. Согласно результатам комбинированного скрининга I триместра все включенные в обследование беременные имели низкий риск развития ПЭ.
Критерии исключения: ПЭ в анамнезе, многоплодная беременность, беременность в результате вспомогательных репродуктивных технологий, вторичная хроническая гипертензия, хронические вoспалительные заболевания (острые и в стадии обострения), сахарный диа-бет, трaнсплaнтированные органы, аутoиммунные заболевания, онкологические заболевания, заболевания почек в стадии декoмпенсации, железодефицитная анемия, процент неудачных измерений АД в период суточного мониторирования артериального давления (СМАД) более 15%.
Нами обследовано 225 женщин на сроке 10–13 нед. гестации. Пациентки были разделены на 3 группы: группу 1 — 75 беременных с ЭГ I стадии и неосложненным течением гестации, группу 2 — 75 беременных с ЭГ I стадии с наложившейся в последующем тяжелой ПЭ, группу 3 (контрольную) — 75 нормотензивных пациенток с физиологическим течением беременности.
Постановку диагноза ЭГ, клиническое наблюдение за беременными проводили в соответствии с клиническими рекомендациями «Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде»1; «Артериальная гипертензия у взрослых»2; 2023 ESH Guidelines for the management of arterial hypertension [18].
Всем участницам исследования было проведено СМАД с помощью аппарата BPLab VASOTENS (Петр Телегин, Россия). Значения показателей пульсовой волны системы BPLab VASOTENS соответствуют тем же параметрам, измеренным другой тонометрической системой (SphygmoCor, AtCor Medical Pty Ltd, Австралия) [23]. Аппарат BPLab представляет собой прибор с манжетой для неинвазивного 24-часового мониторирования периферического АД [18, 24, 25]. Анализ показателей пульсовой волны артериальной стенки основан на осциллометрическом методе и осуществляется с помощью программного обеспечения VASOTENS (Vascular Health Assessment of The Hypertensive Patients). Монитор дает возможность фиксировать сигналы в условиях повседневной активности пациентки без причинения дискомфорта и представляет сведения о характере колебаний пульсовой волны как в течение суток, так и за дневные и за ночные часы [14].
Аппарат BPLab прошел клиническую валидизацию на беременных и соответствует стандарту ГОСТ ISO 81060–2-2021.
В настоящем исследовании мы анализировали среднесуточные, средние дневные и средние ночные значения следующих параметров пульсовой волны артериальной стенки:
-
СПВ в аорте, определенная по времени распространения отраженной волны;
-
ИА — соотношение амплитуд прямой и отраженной от бифуркации аорты форм пульсовой волны (поскольку частота сердечных сокращений (ЧСС) может оказывать влияние на ИА, для анализа целесообразно использовать параметр ИА, скорректированный для ЧСС 75 в 1 мин [26]);
-
ЦАД, центральное систолическое аортальное давление (ЦСАД) и центральное диастолическое аортальное давление (ЦДАД).
Статистический анализ данных проводили при помощи программы SPSS Statistics 26.0 (IBM, США). Принадлежность выборок к нормальному распределению определяли с помощью критерия Шапиро — Уилка и графиков Q–Q. Сравнительный анализ для определения статистически значимых различий нормально распределенных количественных данных проводили при помощи однофакторного дисперсионного анализа с применением поправки Бонферрони при критическом уровне значимости р≤0,05. Для сравнительного анализа выборок, распределение которых отличалось от нормального, применяли критерий Краскела — Уоллиса с последующим использованием критерия Манна — Уитни (с пересчетом критического уровня значимости на число сравнений — р≤0,017). Для выборок, которые подчиняются нормальному закону распределения, данные представлены в виде M±SD (М — среднее значение, SD — стандартное отклонение), а для выборок, которые не подчиняются нормальному закону распределения, описательные данные представлены в виде медианы и 1-го и 3-го квартилей (Me [Q1; Q3]).
Результаты исследования
На I этапе исследования мы проанализировали демографические показатели беременных. При сравнении данных о возрасте, индексе массы тела, паритете и курении статистически значимых различий между группами выявлено не было.
На II этапе исследования мы провели оценку показателей пульсовой волны в I триместре беременности.
Согласно данным таблицы 1 показатель СПВ (24) был статистически значимо выше у беременных группы 2 по сравнению с пациентками группы 3 (р<0,0082), а также в группе 1 по сравнению с группой 3 (р<0,017). Статистически значимых различий показателей СПВ (24) между группами 1 и 2 обнаружено не было.

Средние значения СПВ (день) были статистически значимо выше в группе 2 по сравнению с группами 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Показатели СПВ (ночь) у пациенток группы 2 также были статистически значимо выше, чем у женщин групп 1 (р<0,017) и 3 (р<0,017).
Средний уровень СПВ у пациенток группы 1 был статистически значимо выше, чем у женщин группы 3, как за дневные (р<0,05), так и за ночные (р<0,0082) часы.
Медиана значения ИА (24) была статистически значимо выше у беременных группы 2 по сравнению с пациентками группы 3 (р<0,017), а также у женщин группы 1 по сравнению с группой 3 (р<0,017). Статистически значимых различий показателей ИА (24) между группами 2 и 1 обнаружено не было.
Показатели ИА (день) были статистически значимо выше в группе 2 по сравнению с группами 1 (р<0,017) и 3 (р<0,017).
Средние показатели ИА (ночь) также были статистически значимо выше в группе 2 по сравнению с группами 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Средний уровень ИА в группе 1 был статистически значимо выше, чем в группе 3, как за дневные (р<0,017), так и за ночные (р<0,05) часы.
При анализе средних уровней параметров ЦАД в I триместре беременности мы обнаружили, что показатель ЦАД (день) был статистически значимо выше у беременных группы 2 по сравнению с женщинами групп 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Среднее значение ЦАД (день) было статистически значимо выше в группе 1 (р<0,05) по сравнению с группой 3 (р<0,05).
Средний уровень ЦАД (ночь) в группе 2 был статистически значимо выше, чем в группах 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05). Нами не обнаружено статистически значимых различий между средними показателями ЦАД (ночь) у пациенток групп 1 и 3.
При изучении средних значений ЦСАД (день) мы выявили, что данный показатель был статистически значимо ниже в группе 2 по сравнению с группами 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Также средние показатели ЦСАД (ночь) у пациенток группы 2 были статистически значимо выше, чем у женщин групп 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Среднее значение ЦСАД в группе 1 было статистически значимо выше, чем в группе 3, как за дневные (р<0,05), так и за ночные (р<0,05) часы.
Анализ средних уровней ЦДАД (день) продемонстрировал статистически значимо высокий уровень исследуемого показателя в группе 2 по сравнению с группами 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Также среднее значение ЦДАД (ночь) было статистически значимо выше в группе 2 по сравнению с группами 1 (р<0,05) и 3 (р<0,05).
Средний уровень ЦДАД в группе 1 был статистически значимо выше, чем в группе 3, как за дневные (р<0,05), так и за ночные (р<0,05) часы.
На III этапе исследования мы оценивали раннюю предиктивную значимость параметров пульсовой волны в последующем развитии тяжелой ПЭ у женщин с ЭГ.
Согласно данным таблицы 2 очень хорошую прогностическую ценность имеет среднее ЦСАД (ночь). Хорошей прогностической силой обладают средние значения ЦАД (ночь), ЦСАД (день), ЦДАД (ночь), ЦАД (день), ЦДАД (день), СПВ (ночь).
Мы обнаружили низкую прогностическую способность следующих гемодинамических индексов: СПВ (24), СПВ (день), ИА (24), ИА (день), ИА (ночь).
На основании полученных результатов мы определили пороговые уровни показателей пульсовой волны в I триместре беременности для прогнозирования вероятности развития тяжелой ПЭ у женщин с ЭГ (см. табл. 2).

По данным СМАД, наиболее информативным критерием стало среднее значение ЦСАД (ночь). Так, уровень >83,5 мм рт. ст. с высокой вероятностью свидетельствует о последующем развитии тяжелой ПЭ.
Также вероятность присоединения тяжелой ПЭ возрастает при средних уровнях ЦАД (ночь) >65,5 мм рт. ст., ЦСАД (день) >90,5 мм рт. ст., ЦДАД (ночь) >52,5 мм рт. ст., ЦАД (день) >72 мм рт. ст., ЦДАД (день) >59 мм рт. ст., СПВ (ночь) >5,75 м/с.
Обсуждение
Эссенциальная гипертензия осложняет 1–2% беременностей и значительно повышает риск возникновения ПЭ [27]. Развитие ПЭ у беременных с ЭГ происходит в 5–6 раз чаще, чем у нормотензивных женщин, и ассоциировано с неблагоприятными материнскими и перинатальными исходами [5, 28].
Проводимый на сегодняшний день комбинированный скрининг I триместра не позволяет с высокой степенью достоверности прогнозировать развитие ПЭ у беременных с ЭГ.
Период беременности характеризуется значительными функциональными изменениями со стороны сердечно-сосудистой системы. Физиологический гестационный процесс отличается нарастанием объема циркулирующей крови. Результатом адекватной адаптационной способности сосудов на фоне гиперволемии является высокая эластичность стенки артерий. Данные процессы носят адаптивный характер и направлены на обеспечение благоприятного течения беременности и благоприятное состояние плода [29]. Существует мнение, что дезадаптация материнской гемодинамики с ранних сроков гестации вносит существенный вклад в дальнейшее развитие ПЭ [10–13].
Сегодня благодаря расширению возможностей изучения функционального состояния сердечно-сосудистой системы в мире растет интерес к оценке гипертензивного ремоделирования сосудов в качестве раннего прогностического маркера ПЭ у беременных с ЭГ в I триместре гестации.
На сегодняшний день доказано, что повышенная жесткость артериальной стенки ассоциируется с увеличением риска развития сердечно-сосудистой смертности у больных с ЭГ в общей популяции [14, 15]. В то же время нарушение эластических свойств сосудистой стенки является одним из патогенетических звеньев ПЭ [7–9]. Данный аспект послужил основанием для изучения клинической и прогностической роли параметров пульсовой волны в развитии ПЭ.
Согласно результатам ранее проведенных клинических исследований у беременных с развившейся ПЭ в I триместре гестации были обнаружены более высокие уровни как СПВ, так и ИА по сравнению со здоровыми женщинами [30, 31]. В более поздних работах результаты различались: ИА был повышен в I и III триместрах, СПВ — во II и III [21]. В недавно проведенном многоцентровом исследовании ученые указали на прогностические возможности гемодинамических параметров и определили, что показатели артериальной жесткости имеют более высокую предиктивную способность по сравнению со значениями параметров стандартного скрининга I триместра: среднего АД, пульсационного индекса маточных артерий и ангиогенных биомаркеров [12]. Однако участницами исследований были беременные общей популяции, а не отдельных групп риска ПЭ. Кроме того, параметры пульсовой волны регистрировались одномоментно, а не на протяжении суток.
В ряде других научных работ исследователи проводили суточную оценку таких гемодинамических индексов, как СПВ и ИА, но анализировали показатели не в I триместре, а во второй половине беременности, во время манифестации ПЭ для оценки ее тяжести [32], а также для дифференцировки гипертензивных расстройств, и наиболее высокие параметры жесткости артерий были обнаружены у беременных с ПЭ, осложнившей ЭГ [33].
В современной кардиологии оценка параметров пульсовой волны артериальной стенки включает также анализ ЦАД, уровень которого регулируется упруго-эластическими свойствами аорты и ее главных ветвей [14, 19, 20]. Хотя роль ЦАД у пациентов группы кардиоваскулярного риска в общей популяции доказана, у беременных с ЭГ этот показатель изучен недостаточно.
В найденных источниках литературы суточный анализ ЦАД у беременных с ЭГ проводили во второй половине гестации. Было обнаружено, что женщины с ЭГ имели повышенные значения ЦАД по сравнению с нормотензивными беременными, при этом наиболее высокие значения показателя наблюдались во время клинических проявлений ПЭ. Кроме того, эти авторы установили пороговые уровни ЦАД, а также определили разницу между ЦАД и периферическим АД во II и III триместрах для предикции задержки роста плода и преждевременных родов при ЭГ [34]. В других исследованиях, проведенных в 16–22 нед. гестации, с помощью СМАД определены пороговые значения ЦАД и других параметров артериальной жесткости для прогнозирования последующей ПЭ у женщин с ЭГ [35]. Однако оценка риска ПЭ во II триместре не позволяет провести раннюю эффективную профилактику данного осложнения.
В нашем исследовании мы впервые изучили состояние параметров пульсовой волны артериальной стенки у женщин с ЭГ в I триместре гестации с помощью осциллометрического устройства BPLab VASOTENS. Мы изучили не только параметры артериальной жесткости (СПВ и ИА), но и ЦАД (ЦСАД и ЦДАД) и провели анализ ритма их изменений как за сутки, так и в периоды бодрствования и сна, а также оценили их прогностическую способность в развитии тяжелой ПЭ на фоне ЭГ.
При проведении анализа пульсовой волны в I триместре гестации мы выявили, что для беременных с ЭГ и наложившейся в дальнейшем тяжелой ПЭ по сравнению с женщинами с ЭГ и неосложненной беременностью характерны более высокие дневные и ночные показатели СПВ и ИА. Из этих данных следует, что повышенная жесткость артерий и выраженные структурно-функциональные нарушения сосудистой стенки наблюдаются уже на ранних сроках гестации и являются условием для присоединения в дальнейшем тяжелой ПЭ у беременных с ЭГ.
Кроме того, полученные показатели пульсовой волны артериальной стенки могут быть дополнительными критериями для постановки диагноза ЭГ в ранние сроки гес-тации.
Следует отметить, что 24-часовые параметры СПВ в группах женщин с ЭГ и последующей тяжелой ПЭ, а также с ЭГ и неосложненной беременностью статистически значимо не отличались. Такая же картина отмечена по 24-часовым значениям ИА.
В исследовании мы подтвердили данные о том, что нормотензивная беременность характеризуется высокой эластичностью сосудов [36]. Так, в I триместре гестации у пациенток группы 3 (группа контроля) наблюдались самые низкие значения дневных и ночных показателей СПВ и ИА.
Мы также обнаружили самые высокие средние дневные и средние ночные показатели ЦАД, ЦСАД, а также ЦДАД в I триместре у беременных с ЭГ и развившейся в дальнейшем тяжелой ПЭ по сравнению с данными значениями у женщин с ЭГ без ПЭ. Есть основание полагать, что полученные различия указывают на значительное субклиническое поражение сосудистой стенки в ранние сроки беременности у женщин с ЭГ и повышение риска развития тяжелой ПЭ.
В то же время наиболее низкие средние дневные показатели ЦАД, а также средние ночные значения ЦСАД и ЦДАД в I триместре гестации мы обнаружили у здоровых беременных. Данные результаты демонстрируют адекватную адаптацию сосудистого русла при физиологическом течении беременности.
На основании полученных нами данных о прогностической ценности параметров пульсовой волны мы определили ранние прогностические критерии присоединения тяжелой ПЭ на фоне ЭГ (см. табл. 2). Следует отметить, что в числе данных прогностических маркеров имеют место не только дневные, но и ночные индексы, что подчеркивает их существенную роль в последующем присоединении тяжелой ПЭ, особенно при изолированной ночной и маскированной ЭГ.
Наше исследование основано на использовании СМАД в I триместре беременности с целью раннего прогнозирования тяжелой ПЭ. Данный метод позволяет провести анализ состояния параметров пульсовой волны не только за сутки, но и в период бодрствования и период сна, что значительно расширяет диапазон определения оптимальных маркеров для прогнозирования тяжелой ПЭ при ЭГ.
Однако наше исследование ограничено небольшим количеством беременных. Необходимо продолжение исследований на большем количестве пациенток для создания модели прогнозирования тяжелой ПЭ у женщин группы высокого риска ПЭ.
Выводы
Впервые в мире в I триместре гестации у беременных с ЭГ проведен анализ пульсовой волны артериальной стенки с помощью СМАД.
Для беременных с ЭГ и наложившейся в дальнейшем тяжелой ПЭ в I триместре гестации характерны более высокие показатели СПВ (ночь), ИА (ночь), ЦАД (день), ЦАД (ночь), ЦСАД (день), ЦСАД (ночь), ЦДАД (день), ЦДАД (ночь) по сравнению с данными значениями у женщин с ЭГ без ПЭ.
Перспективными прогностическими маркерами развития тяжелой ПЭ на фоне ЭГ в I триместре гестации являются значения ЦАД (ночь), ЦСАД (день), ЦДАД (ночь), ЦАД (день), ЦДАД (день), СПВ (ночь).
Определены пороговые уровни показателей пульсовой волны в I триместре гестации для прогнозирования присоединения тяжелой ПЭ у женщин с ЭГ.
Сведения об авторах:
Колобова Светлана Олеговна — к.м.н., доцент кафедры акушерства и гинекологии, врач акушер-гинеколог Университетской клиники ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1; ORCID iD0000-0002-2994-836X
Боровкова Людмила Васильевна — д.м.н., профессор, заведующий кафедрой акушерства и гинекологии ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1; ORCID iD 0000-0002-7643-3019
Боровкова Наталья Юрьевна — д.м.н., доцент, заведующий кафедрой терапии и общей врачебной практики ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1; ORCID iD 0000-0001-7581-4138
Баврина Анна Петровна — к.м.н., доцент, заведующий кафедрой информационных технологий ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1; ORCID iD 0000-0002-8775-7297
Туличев Александр Алексеевич — к.м.н., доцент кафедры терапии и общей врачебной практики ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1; ORCID iD 0000-0002-3157-2218
Тимощенко Елена Сергеевна — к.м.н., доцент кафедры терапии и общей врачебной практики ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1; главный внештатный специалист по кардиологии Министерства здравоохранения Нижегородской области; 603022, Россия, г. Нижний Новгород, ул. Малая Ямская, д. 78а; ORCID iD 0000-0003-2132-6467
Егорова Мария Денисовна — студентка 5-го курса лечебного факультета ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России; 603005, Россия, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1.
Контактная информация: Колобова Светлана Олеговна, e-mail: svetlanakolobova@yandex.ru
Прозрачность финансовой деятельности: никто из авторов не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.
Конфликт интересов отсутствует.
Статья поступила 12.05.2026.
Поступила после рецензирования 04.06.2026.
Принята в печать 30.06.2026.
About the authors:
Svetlana O. Kolobova — C. Sc. (Med.), Assistant Professor of the Department of Obstetrics and Gynecology, Obstetrician-Gynecologist at the University Clinic, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; ORCID iD0000-0002-2994-836X
Lyudmila V. Borovkova — Dr. Sc. (Med.), Professor, Head of the Department of Obstetrics and Gynecology, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-7643-3019
Natalia Yu. Borovkova — Dr. Sc. (Med.), Assistant Professor, Head of the Department of Therapy and General Medical Practice, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; ORCID iD 0000-0001-7581-4138
Anna P. Bavrina — C. Sc. (Med.), Associate Professor, Head of the Department of Information Technology, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-8775-7297
Alexander A. Tulichev — Dr. Sc. (Med.), Assistant Professor, Head of the Department of Therapy and General Medical Practice, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; ORCID iD ORCID iD 0000-0002-3157-2218
Elena S. Timoshchenko — C. Sc. (Med.), Assistant Professor of the Department of Therapy and General Medical Practice, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; Chief Freelance Specialist on Cardiology, Ministry of Health of Nizhny Novgorod Region; 78a, Malaya Yamskaya str., Nizhny Novgorod, 603022, Russian Federation; ORCID iD 0000-0003-2132-6467
Maria D. Egorova — 5th-Year Student, Faculty of General Medicine, Privolzhsky Research Medical University; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation; 10/1, Minin and Pozharsky sq., Nizhny Novgorod, 603950, Russian Federation.
Contact information: Svetlana O. Kolobova, e-mail: svetlanakolobova@yandex.ru
Financial Disclosure: no authors have a financial or property interest in any material or method mentioned.
There is no conflict of interest.
Received 12.05.2026.
Revised 04.06.2026.
Accepted 30.06.2026.
1Клинические рекомендации Минздрава России. Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде. 2021. (Электронный ресурс.)URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/637_2 (дата обращения: 15.04.2026).
2Клинические рекомендации Минздрава России. Артериальная гипертензия у взрослых. 2020. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/62_3 (дата обращения: 15.04.2026).

