Течение стромального герпетического кератита при различных схемах лекарственной терапии

лет

предоставляем актуальную медицинскую информацию от ведущих специалистов, помогая врачам в ежедневной работе

Присоединяйтесь!

Уведомления

Личный
кабинет

лет

Присоединяйтесь!

лет

Присоединяйтесь!

Течение стромального герпетического кератита при различных схемах лекарственной терапии

Офтальмология

302

20 февраля 2026

ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России, Москва, Россия

ГБУЗ ММНКЦ им. С.П. Боткина ДЗМ, Москва, Российская Федерация

ООО «Герпетический центр», Москва, Российская Федерация

Цель исследования: сравнительный анализ клинического течения стромального герпетического кератита (ГК) при использовании различных схем лекарственной терапии.

Материал и методы: в исследовании приняли участие 36 пациентов (36 глаз) со стромальным ГК. Лабораторная диагностика включала проведение общеклинического анализа крови и молекулярных методов подтверждения активности герпетических вирусов. Репликацию герпесвирусов подтверждали методом полимеразной цепной реакции (ПЦР). Наличие ДНК вируса простого герпеса, вируса варицелла-зостер, вируса Эпштейна — Барр (ВЭБ), цитомегаловируса, герпесвирусов человека 6-го и 7-го типов определяли в четырех биологических жидкостях (слезе, слюне, моче, крови). Пациенты разделены на три группы в зависимости от схемы получаемой терапии. Всем пациентам проводилась системная терапия фамцикловиром по убывающей схеме (1500 мг/сут с последующим снижением дозы в течение 30 дней) и местная противовоспалительная терапия (бромфенак с переходом на фторметолон). В качестве местной иммунотерапии пациенты группы I (n=13) получали интерферон α-2b, группы II (n=11) и группы III (n=12) — препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum в форме глазных капель. Пациенты группы III дополнительно получали препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum системно (внутривенно). Оценку клинических и лабораторных параметров проводили на 1-й и 20-й день.

Результаты исследования: исходно группы были сопоставимы по тяжести состояния. К 20-му дню терапии в группах II и III констатировали статистически значимо (p<0,05) более высокую эффективность применяемой лечебной тактики по сравнению с таковой в группе I по следующим параметрам: купирование гиперемии конъюнктивы и роговичного синдрома; восстановление тактильной чувствительности роговицы (нормальная чувствительность: 81,8% и 75,0% в группах II и III против 15,4% в группе I); эпителизация роговицы, подтвержденная значимым снижением частоты положительной флуоресцеиновой пробы (18,2% и 8,1% в группах II и III против 61,5% в группе I). Лабораторные данные подтвердили системный характер герпесвирусной инфекции у всех пациентов. Наиболее часто у пациентов всех групп выявляли репликацию ВЭБ (68,7%). В 71,9% случаев обнаружена микст-инфекция (несколько типов герпесвирусов). Комплексная терапия с применением препарата суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum (особенно в группе III) показала наибольшую эффективность в подавлении вирусной репликации, подтвержденную динамичным снижением вирусной нагрузки по данным ПЦР к 20-му дню терапии.

Выводы: стромальный ГК является проявлением системной герпесвирусной инфекции, что требует комплексного диагностического и терапевтического подхода. Наиболее эффективной в подавлении репликации герпесвирусов оказалась схема лечения, содержащая пероральный аналог нуклеозидов с системным и топическим применением препарата суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum.

Ключевые слова: стромальный герпетический кератит, герпесвирусы, герпетическая инфекция, офтальмогерпес, противовирусная терапия, фамцикловир, полисахариды побегов Solanum tuberosum.

E.A. Kleshcheva^1–3, G.M. Chernakova^2,3, N.V. Mel'nikova^1,2

¹Russian Medical Academy of Continuous Professional Education, Moscow, Russian Federation

²S.P. Botkin City Clinical Hospital, Moscow, Russian Federation

³Herpetic Center LLC, Moscow, Russian Federation

Aim: a comparative analysis of the clinical course of stromal herpetic keratitis (HK) associated with various drug therapy regimens.

Materials and Methods: 36 patients (36 eyes) with stromal HK were enrolled. Laboratory diagnosis included a general blood test and molecular methods to confirm activity of herpes viruses. Herpesviral replication was verified by polymerase chain reaction (PCR). DNAs of herpes simplex virus, varicella-zoster virus, Epstein-Barr virus (EBV), cytomegalovirus, and human herpesviruses types 6 and 7 were tested in four biological fluids (i. e., tears, saliva, urine, and blood). The patients were divided into three groups depending on a treatment regimen. All the subjects received systemic therapy with famciclovir according to a tapering regimen (1500 mg/day with subsequent dose reduction within 30 days) and local anti-inflammatory therapy (bromfenac followed by fluorometholone). As a local immunotherapy, the Group I (n=13) received interferon α-2b, while the Group II (n=11) and the Group III (n=12) used eye drops representing a medication of the sum of polysaccharides of Solanum tuberosum shoots. In addition, the Group III received the latter systemically (i/v). Clinical and laboratory parameters were evaluated on Days 1 and 20.

Results: at baseline, the groups demonstrated comparable severity of the condition. On Day 20, the Groups II and III showed significantly (p<0.05) higher efficiency of the treatment strategy than the Group I. In particular, this was evidenced by following parameters: relief of conjunctival hyperemia and corneal syndrome; recovery of corneal tactile sensitivity (normal sensitivity: 81.8% and 75.0% in the Groups II and III, respectively, vs 15.4% in the Group I); corneal epithelialization confirmed by a significant decrease in incidence of a positive fluorescein test (18.2% and 8.1% in the Groups II and III, respectively, vs 61.5% in the Group I). Systemic nature of herpesvirus infection was verified by laboratory data in all patients. EBV replication was the most common in all groups (68.7%). In 71.9% of cases, mixed infection (i. e., a combination of several types of herpes virus) was detected. Combined therapy with the preparation of the sum of polysaccharides of Solanum tuberosum shoots (especially, in the Group III) showed the greatest efficiency in viral replication inhibition confirmed by a fast decrease in viral load according to PCR data on Day 20.

Conclusions: stromal HK is a manifestation of systemic herpesvirus infection indicating a comprehensive diagnostic and therapeutic approach. A treatment regimen containing an oral nucleoside analogue combined with systemic and topical administration of the medication of the sum of polysaccharides of Solanum tuberosum shoots was the best in inhibition of herpesviral replication.

Keywords: stromal herpetic keratitis, herpesviruses, herpes infection, ophthalmic herpes, antiviral therapy, famciclovir, sum of polysaccharides of Solanum tuberosum.

For citation: Kleshcheva E.A., Chernakova G.M., Mel'nikova N.V. The course of stromal herpetic keratitis associated with various drug therapy regimens. Russian Journal of Clinical Ophthalmology. 2026;26(1):17–24 (in Russ.). DOI: 10.32364/2311-7729-2026-26-1-3

Для цитирования: Клещева Е.А., Чернакова Г.М., Мельникова Н.В. Течение стромального герпетического кератита при различных схемах лекарственной терапии. Клиническая офтальмология. 2026;26(1):17-24. DOI: 10.32364/2311-7729-2026-26-1-3.

Введение

Стромальный герпетический кератит (ГК) — одна из наиболее тяжелых форм герпетического поражения глаз. Включение стромального ГК в разряд сложных заболеваний связано в большинстве случаев с вовлечением в воспаление сосудистой оболочки глаза, риском развития рецидивирующего течения и, наконец, с формированием стойких помутнений роговицы, что приводит к снижению качества жизни пациента. Вовлечение в патологический процесс стромы роговицы связано с выходом вирусной инфекции из-под контроля иммунной системы и активацией аутоиммунного воспаления, сохраняющегося даже после инактивации вируса [1–4]. Кроме того, репликация герпесвируса приводит к повреждению нервов и потере чувствительности роговицы, вызывая нейротрофическую кератопатию [1, 2].

Медикаментозное лечение ГК на сегодняшний день включает химиотерапию (применение аналогов нуклеозидов), иммунную терапию (использование интерферонов, интерфероногенов, препаратов, активирующих клеточное звено иммунитета и пр.), специфическую терапию (герпетическая вакцина, противогерпетический иммуноглобулин) [5, 6]. Кроме того, в ведении пациентов с данной патологией можно выделить два этапа: первый — непосредственное лечение активной вирусной инфекции и воспаления тканей глаза, о чем было сказано выше; второй — лечение осложнений перенесенного заболевания (помутнений роговицы, поствоспалительного синдрома «сухого глаза», неоваскуляризации роговицы). Длительное противовирусное лечение с применением пероральных аналогов нуклеозидов используется в качестве терапии первой линии для лечения первичной и рецидивирующей герпетической инфекции уже более четырех десятилетий [2]. Данная стратегия лечения эффективно подавляет литическую репликацию вируса, а для предотвращения реактивации нередко требуется длительное лечение малыми дозами аналогов нуклеозидов. Здесь следует отметить, что основным недостатком перорального приема аналогов нуклеозидов является их ограниченная биодоступность (10–20%) и короткий период полувыведения из крови, что требует высоких суточных доз в течение длительного времени для достижения терапевтической концентрации в роговичной ткани [7]. Однако длительное применение противовирусных препаратов, особенно в случаях рецидивирующего кератита, когда требуется увеличение суточной дозы препарата, может вызывать токсическое повреждение печени и почек, а также способствует росту числа устойчивых к аналогам нуклеозидов штаммов герпесвирусов [8]. Кроме того, при использовании противовирусных препаратов в лечении ГК происходит лишь подавление репликации вируса, но данные препараты малоэффективны в контроле аутоиммунного воспаления стромы. В качестве сопутствующей терапии с целью более быстрого подавления как инфекционного, так и аутоиммунного воспаления следует использовать иммунные препараты (топические, системные) и местные противовоспалительные препараты (нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП), «мягкие» глюкокортикостероиды) [9–13]. Таким образом, терапия тяжелых стромальных ГК представляет собой комплекс мер по активному подавлению репликации герпетических вирусов, купированию симптомов воспаления, восстановлению нормальной работы как локального, так и системного иммунитета, лечению осложнений и профилактике рецидивов.

Цель исследования: сравнительный анализ клинического течения стромального ГК при различных схемах лекарственной терапии.

Материал и методы

Под нашим наблюдением в период с 2023 по 2025 г. находилось 36 пациентов (36 глаз) — 14 (38,9%) мужчин, 22 (69,1%) женщины — со стромальным ГК. Средний возраст составил 38,6±13,3 года (минимальный — 18 лет, максимальный — 61 год).

Критерии включения в исследование:

подписанная форма информированного согласия, подтверждающая согласие пациента на участие в исследовании;
возраст старше 18 лет;
стромальный ГК с изъязвлением и без изъязвления;
отрицательные результаты анализов крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты В и С;
возможность амбулаторного наблюдения пациента.

Критерии невключения в исследование:

невозможность или нежелание пациента дать информированное согласие на участие в исследовании или на выполнение требований исследования;
поверхностные формы ГК;
сахарный диабет 1 или 2 типа; тяжелая легочная, почечная, печеночная, сердечно-сосудистая патология; онкологические, аллергические системные заболевания и другие заболевания, которые, по мнению исследователя, не позволили бы пациенту участвовать в исследовании.

В зависимости от проводимой терапии пациенты были разделены на 3 группы (табл. 1). В качестве топической иммунной терапии пациентам группы I назначали интерферон α-2b с кратностью инстилляций в конъюнктивальную полость 6–8 р/сут (согласно инструкции к применению препарата). Пациенты групп II и III получали препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum Панавир^® (лекарственная форма — глазные капли) с кратностью инстилляций в конъюнктивальную полость 4 р/сут (согласно инструкции к применению препарата). Местную противовоспалительную терапию назначали с первого дня наблюдения за пациентом: на первом этапе (4–5 дней) использовали НПВП бромфенак, с последующим введением в схему топической терапии «мягкого» глюкокортикостероида с контролем внутриглазного давления и состояния роговицы. Кроме того, пациентам всех трех групп назначали топическую терапию антисептиком пиклоксидин с кратностью инстилляций 4 р/сут (согласно инструкции к применению препарата). Пациентам группы III дополнительно к системной терапии пероральными аналогами нуклеозидов и топической терапии назначали внутривенное введение препарата Панавир^® (см. табл. 1). Суточные дозы и продолжительность применения аналогов нуклеозидов были основаны на накопленном совместном с инфекционистами-иммунологами опыте лечения пациентов с тяжелыми формами офтальмогерпеса [14–16]. Системность герпетической инфекции служит веским и однозначным обоснованием для назначения интенсивной системной противовирусной терапии в повышенных дозировках. ГК нередко характеризуются упорным, затяжным течением, в связи с чем мы (совместно с инфекционистами-иммунологами) рекомендуем длительный прием аналогов нуклеозидов — не менее 10–20 дней. Кроме того, на этапе реконвалесценции продолжительность приема этих препаратов целесообразно увеличить, поскольку в этот период сохраняется высокий риск рецидива заболевания.

Таблица 1. Схемы медикаментозной (топической, системной) терапии пациентов со стромальным ГК в разных группах Table 1. Drug therapy regimens (topical and systemic strategies) in patients with stromal HK in the study groups

Осмотр пациентов проводили еженедельно до полного купирования симптомов активного воспаления. Сравнительный анализ интенсивности симптомов воспаления в группах проводили, используя данные, полученные во время первого визита пациента, и на 20-й день терапии (после завершения перорального приема высоких доз (1000 мг/сут) аналогов нуклеозидов).

В качестве критериев оценки интенсивности воспаления были выбраны:

жалобы пациентов на чувство дискомфорта, сухости, боли в глазу;
степень интенсивности гиперемии конъюнктивы (отсутствует, умеренная гиперемия, выраженная гиперемия);
степень выраженности роговичного синдрома, которую оценивали при помощи схемы, предложенной Е.В. Яни и соавт. [13]: 1 балл — роговичный синдром отсутствует при направлении света щелевой лампы; 2 балла — роговичный синдром не проявляется при дневном свете, но проявляется при направлении света щелевой лампы; 3 балла — роговичный синдром проявляется при дневном свете; 4 балла — роговичный синдром проявляется при комнатном освещении;
окрашивание роговицы витальным красителем (флюоресцеином);
тактильная чувствительность роговицы оценивалась как «нормальная», «сниженная», «отсутствует» при помощи ватного фитилька в пяти точках: центр и 4 точки (назальная, темпоральная, верхняя, нижняя) по периферии роговицы.

Лабораторная диагностика включала проведение следующих тестов: общеклинический анализ крови и молекулярные методы подтверждения активности герпетических вирусов. Лабораторное подтверждение репликации герпесвирусов проводили при помощи метода полимеразной цепной реакции (ПЦР). Наличие ДНК вируса простого герпеса (ВПГ), вируса варицелла-зостер (ВВЗ), вируса Эпштейна — Барр (ВЭБ), цитомегаловируса (ЦМВ), герпесвирусов человека (ГВЧ) 6-го и 7-го типов определяли в четырех биологических жидкостях (слезе, слюне, моче, крови).

Статистическую обработку результатов исследования проводили с помощью программы SPSS 26‑й версии. Для проведения сравнительного анализа выраженности дискомфорта, гиперемии конъюнктивы, роговичного синдрома, подавления репликации вируса (переменную обозначали как 1 — вирус обнаружен, 0 — вирус не обнаружен) использовали непараметрический аналог однофакторного дисперсионного анализа — тест Краскела — Уоллиса. Для анализа парных категориальных данных использовали точный тест Макнемара. Уровень статистической значимости был установлен на значении p<0,05.

Результаты и обсуждение

Стромальный ГК в представленной когорте пациентов чаще всего носил черты хронического вялотекущего воспаления (80,6%), реже — рецидивирующего (19,4%). Согласно полученным анамнестическим данным продолжительность заболевания составила 3,5±2,3 мес.: максимальная продолжительность — 12 мес. (1 случай), минимальная — 1 мес. Более длительные сроки сохранения симптомов воспаления переднего отдела глаза регистрировали у пациентов, перенесших опоясывающий герпес (n=6) с поражением первой ветви тройничного нерва (Herpes zoster ophthalmicus — HZO) – от 4 до 12 мес.

Анализ анамнестических данных пациентов, перенесших HZO, выявил характерные недостатки в тактике ведения: системная терапия аналогами нуклеозидов часто инициировалась с опозданием, проводилась в недостаточных дозировках. В ряде случаев обращение пациента к инфекционисту было запоздалым. По-видимому, раннее начало (с первого дня постановки диагноза) противогерпетической терапии высокими дозами аналогов нуклеозидов играет ведущую роль не только в длительности течения глазных воспалительных осложнений HZO, но и в развитии офтальмогерпеса как такового.

Все пациенты (100%) обозначенных групп предъявляли жалобы на дискомфорт, сухость, болевые (колющие) ощущения в пораженном глазу: у 22 (88,9%) пациентов интенсивность жалобы субъективно оценивалась как выраженная, у 4 (11,1%) — как умеренно выраженная. Степень интенсивности гиперемии была выраженной и умеренно выраженной у 69,4 и 30,6% пациентов соответственно. Низкую чувствительность роговицы определяли у 22 (61,1%) пациентов со стромальным ГК, анестезию — у 14 (38,9%). Роговичный синдром интенсивностью в 4 балла выявлен в 12 (36,1%) наблюдениях, 3 балла — в 19 (52,8%), 2 балла — в 4 (11,1%). Точечное прокрашивание роговицы витальным красителем (флуоресцеин) наблюдали у всех пациентов. В 1 случае (у пациента группы III) стромальный ГК протекал с изъязвлением. Полная эпителизация дефекта роговицы в указанном случае наступила на 3-й неделе проводимой терапии (рис. 1).

Рис. 1. Эпителизация дефекта роговицы у пациента группы III со стромальным ГК на фоне терапии Fig. 1. Epithelialization of a corneal defect in a patient with stromal HK (Group III) during the therapy

Сравнительный анализ выраженности дискомфорта, гиперемии конъюнктивы, роговичного синдрома (рис. 2, А) у пациентов групп исследования до начала терапии не выявил статистически значимых межгрупповых различий (p>0,05). Попарный анализ с поправкой на множественные сравнения выявил статистически значимую разницу в интенсивности гиперемии конъюнктивы к 20-му дню терапии между группой I и группами II и III (p=0,027 и p=0,019 соответственно). Статистически значимых различий между группами II и III не обнаружено (p=1,000). Следует отметить, что чувство сухости глаз (жалоба, входящая в критерий «дискомфорт») на фоне терапии в группах II и III было полностью купировано к 20-му дню терапии. Возможно, данное обстоятельство связано с применением топической формы препарата Панавир^®, который не входил в схему местного лечения у пациентов группы I.

Выраженность роговичного синдрома на 20-й день терапии в группе I была выше в сравнении с таковой в группах II и III (p=0,002 и p=0,004 соответственно). Статистически значимой разницы между показателями выраженности роговичного синдрома в группах II и III не было (p=0,993) (рис. 2, В).

Рис. 2. Распределение пациентов исследуемых групп в зависимости от интенсивности роговичного синдрома на первом визите (А) и на 20-й день терапии (B) Fig. 2. Distribution of patients in the study groups depending on intensity of corneal syndrome at baseli

Динамика показателей тактильной чувствительности роговицы представлена в таблице 2. При первичном осмотре (1-й день) ни в одной из групп не было зафиксировано пациентов с нормальной чувствительностью роговицы. Исходно у большинства пациентов во всех группах регистрировалось снижение чувствительности роговицы (69,2% в группе I, 64,6% в группе II, 50,0% в группе III), отсутствие чувствительности (анестезия) отмечалось в 30,8, 36,4 и 50,0% случаев соответственно (см. табл. 2).

Таблица 2. Распределение пациентов со стромальным ГК в соответствии с чувствительностью роговицы в динамике наблюдения, n (%) Table 2. Distribution of patients with stromal HK according to corneal sensitivity during the follow-up, n (%)

К 20-му дню наблюдения картина существенно изменилась. В группах II и III доля пациентов с нормальной чувствительностью роговицы статистически значимо выросла, составив 81,8% (p<0,05) и 75,0% (p<0,05) соответственно; значительно уменьшилась частота выявления сниженной чувствительности (до 18,2 и 25,0% соответственно). В группе I, напротив, к 20-му дню восстановление нормальной чувствительности роговицы отмечено лишь у 15,4% пациентов. Важно отметить, что во всех группах к 20-му дню не осталось пациентов с полным отсутствием роговичной чувствительности (см. табл. 2).

К 20-му дню терапии во всех группах наблюдали снижение частоты положительной флуоресцеиновой пробы (точечного прокрашивания роговицы), однако в группе I доля пациентов с положительным симптомом оставалась высокой (61,5%). В группах II и III во время визита на 20-й день терапии симптом регистрировали достоверно реже: у 2 (18,2%) и у 1 (8,1%) пациента соответственно, что указывает на почти полную эпителизацию роговицы у пациентов этих групп (табл. 3).

Таблица 3. Динамика частоты встречаемости положи- тельной флуоресцеиновой пробы у пациентов групп исследования, n (%) Table 3. Changes in incidence of a positive fluorescein test in patients of the study groups, n (%)

Результаты парных сравнений однозначно свидетельствуют об эффективности медикаментозной терапии с применением препарата Панавир® (в виде глазных капель — группа II; в виде глазных капель и парентерального введения — группа III). На фоне терапии, применяемой в группах II и III, доля пациентов с положительным результатом флуоресцеиновой пробы значимо снизилась (p=0,049 и p=0,018 соответственно) в сравнении с результатами, полученными у пациентов группы I (см. табл. 3).

Между группами II и III не было обнаружено статистически значимых различий в динамике как частоты положительной флуоресцеиновой пробы (точечного прокрашивания роговицы), так и показателей ее тактильной чувствительности (p>0,05).

Результаты оценки динамики флуоресцеиновой пробы, выраженности роговичного синдрома являются объективным индикатором скорости эпителизации роговицы. Тот факт, что изначально у всех пациентов наблюдали положительный результат флуоресцеиновой пробы, подтверждает однородность и тяжесть исходного состояния. К 20-му дню отчетливо видна градация эффективности применявшихся терапевтических подходов в исследуемых группах.

Результаты неспецифической лабораторной диагностики показали изменение уровня нейтрофилов, лимфоцитов и моноцитов в общеклиническом анализе крови. Одновременно лимфоцитоз и нейтропению наблюдали в 30 (83,3%) случаях, что является показателями так называемой «вирусной крови». В 6 (20%) случаях из 30 наряду с лимфоцитозом и нейтропенией выявляли повышение уровня моноцитов в периферической крови. Следует отметить, что изменение хотя бы одного из трех показателей (лимфоцитов, нейтрофилов, моноцитов) в общеклиническом анализе крови определяли у всех пациентов (100%). Эти результаты дополнительно свидетельствуют об активности вирусной инфекции и реакции иммунокомпетентных клеток на патоген. Лимфоцитоз является показателем активации и пролиферации T- и B-лимфоцитов, специфичных в отношении вируса. Развитие нейтропении, по-видимому, связано с вирусопосредованной деструкцией нейтрофилов. Повышение уровня моноцитов (лейкоцитов из системы мононуклеарных макрофагов) связано, прежде всего, с тем, что данные клетки являются основными антигенпрезентирующими элементами и эффекторами фагоцитоза. Изменение вышеперечисленных показателей в периферической крови у пациентов с клинической картиной стромального ГК указывает на системный (генерализованный) характер инфекции с клинической картиной локального воспаления — офтальмогерпес.

Результаты специфической лабораторной диагностики, проведенной в первый день обращения пациента, выявили активную герпесвирусную инфекцию в стадии репликации вируса у 88,9% (n=32) обследованных. ВЭБ являлся наиболее часто выявляемым герпетическим вирусом (n=22; 68,7%) (рис. 3). В остальных случаях диагноз устанавливали на основании клинической картины и последующей положительной динамики в течении заболевания на фоне проводимой специфической терапии. Следует отметить, что в 23 (71,9%) случаях определяли ДНК двух и более типов герпесвирусов в биологических жидкостях пациентов; наиболее часто встречаемыми ассоциациями вирусов были: ВЭБ + ГВЧ6 (n=11; 47,8%) и ВВЗ + ВЭБ (n=8; 34,8%). Микст-инфекция несколькими типами вирусов, возможно, является определяющим фактором более тяжелого течения герпетической инфекции и развития глубокого, стромального дефекта роговицы. На фоне проводимой терапии к 20-му дню генетический материал вирусов определяли в 16 (44,4%) случаях.

Рис. 3. Частота детекции ДНК герпесвирусов в различ- ных биологических жидкостях до начала терапии и на 20-й день лечения. Здесь и на рис. 4: * — статистически значимое различие в сравнении с группой I (p<0,05) Fig. 3. Incidence of herpesviral DNA detecti

Результаты анализа данных детекции ДНК герпетических вирусов показали статистически значимое снижение содержания генетического материала ВПГ, ВВЗ и ВЭБ в биологических жидкостях и тенденцию к снижению уровня остальных вирусов, что свидетельствует об эффективности примененного терапевтического подхода в отношении инактивации вируса (рис. 4).

Рис. 4. Динамика числа пациентов с детектируемыми герпетическими вирусами в биологических жидкостях Fig. 4. Changes in a number of patients with detectable herpes viruses in biological fluids

Результаты исследования показывают, что комплексная терапия пациентов группы III с применением препарата суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum (глазная форма и парентеральное введение) оказалась наиболее эффективной в подавлении репликации герпетических вирусов в сравнении с группой I (p=0,031). Различие в эффективности терапии между группами I и II статистически незначимо, однако демонстрирует тенденцию к отличию (p=0,059). Следует отметить, что сравнение эффективности двух схем лечения с использованием только глазной формы (группа II) и глазной формы совместно с парентеральным введением (группа III) препарата суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum не выявило достоверных различий (p=0,886); однако в сравнении с группой I группа III продемонстрировала статистически значимые отличия, нежели группа II. Данное обстоятельство позволяет отметить наибольшую эффективность в подавлении репликации вируса комплекса препаратов: системный аналог нуклеозида + системный препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum.

Здесь следует отметить, что лекарственные формы препарата Панавир®, применяемые в комплексном лечении пациентов II и III групп, обладают противовирусным, иммуномодулирующим и противовоспалительным свойствами. Препарат демонстрирует двойную активность: цитопротективную и противовирусную. Защищая клетки от вирусной агрессии, он одновременно подавляет ключевые этапы репликации вируса — синтез белков и сборку вирионов. В результате инфекционная активность патогена существенно снижается, а жизнеспособность инфицированной клеточной культуры возрастает [17].

Ограничения исследования. Исследование включало относительно небольшое число пациентов (n=36), распределенных на три примерно равные группы. Малый размер выборки ограничивает статистическую мощность исследования и возможность выявления более тонких различий в эффективности схем лечения.

Оценка эффективности лечения проводилась на 20-й день терапии, что является адекватным для анализа купирования острой фазы воспаления. Однако отсутствуют данные о результатах лечения в отдаленном периоде (3, 6, 12 мес.), что позволило бы определить эффективность терапии в отношении рецидивов заболевания.

С целью оценки симптомов заболевания (дискомфорт, боль) использовалась субъективная оценка пациентов без применения валидированных опросников или шкал (например, визуально-аналоговой шкалы), что может снижать воспроизводимость результатов.

В исследовании не анализировалось потенциальное влияние сопутствующих заболеваний, иммунного статуса пациентов и предшествующей противовирусной терапии на результат лечения в разных группах, что могло выступать в качестве неучтенных смещающих факторов.

Выводы

Лабораторные данные (лимфоцитоз, нейтропения, моноцитоз) и высокая частота обнаружения ДНК вирусов в крови и других биологических жидкостях подтверждают, что стромальный ГК является симптомом системной герпесвирусной инфекции, что обосновывает необходимость комплексного подхода к диагностике и лечению пациентов с офтальмогерпесом.
Комплексная терапия пациентов со стромальным ГК с включением препарата суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum (как в виде топических глазных капель, так и в сочетании с парентеральным введением) статистически значимо превосходит схему лечения «пероральные аналоги нуклеозидов + интерферон α-2b» по ряду клинических критериев: скорости купирования воспаления, регенерации и восстановлению чувствительной иннервации роговицы.
Комплексная системная терапия (аналог нуклеозида + препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum) стромального ГК продемонстрировала наибольшую эффективность в подавлении репликации герпесвирусов, подтвержденную снижением вирусной нагрузки по данным ПЦР.
Результаты нашего исследования показывают, что терапия тяжелых стромальных форм ГК должна включать: местное использование глазных форм иммунных препаратов (препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum) и «мягких» глюкокортикостероидов; системное назначение высоких суточных доз аналогов нуклеозидов и препаратов, модулирующих иммунный ответ (препарат суммы полисахаридов побегов Solanum tuberosum, форма для внутривенного введения).

Сведения об авторах:

Клещева Елена Александровна — к.м.н., доцент, доцент кафедры офтальмологии ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России; 125993, Россия, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1; врач-офтальмолог Московского городского офтальмологического центра ММНКЦ Боткинская больница; 125284, Россия, г. Москва, 2-й Боткинский пр-д, влад. 5; врач-офтальмолог ООО «Герпетический центр»; 117036, Россия, г. Москва, ул. Гримау, д. 10А, стр. 2; ORCID iD 0000-0002-1392-3432

Чернакова Галина Мэлсовна — к.м.н., доцент, заведующая поликлиническим отделением № 2 Московского городского офтальмологического центра ММНКЦ Боткинская больница; 125284, Россия, г. Москва, 2-й Боткинский пр-д, влад. 5; врач-офтальмолог ООО «Герпетический центр»; 117036, Россия, г. Москва, ул. Гримау, д. 10А, стр. 2; ORCID iD 0000-0002-9630

Мельникова Наталья Владимировна — к.м.н., доцент, доцент кафедры офтальмологии ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России; 125993, Россия, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1; врач-офтальмолог Московского городского офтальмологического центра ММНКЦ Боткинская больница; 125284, Россия, г. Москва, 2-й Боткинский пр-д, влад. 5; ORCID iD 0000-0003-3917-0691

Прозрачность финансовой деятельности: никто из авторов не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.

Конфликт интересов отсутствует.

Статья поступила 17.12.2025.

Поступила после рецензирования 12.01.2026.

Принята в печать 30.01.2026.

1. Чернакова Г.М., Клещева Е.А., Щеголева В.И. Стромальные герпетические кератиты с изъязвлением, ассоциированные с реактивацией вируса Эпштейна — Барр и вируса герпеса человека 6-го типа: опыт диагностики и терапии. Офтальмология. 2022;19(3):665–671. DOI: 10.18008/1816-5095-2022-3-665-671Chernakova G.M., Kleshcheva E.A., Shchegoleva V.I. Stromal Herpetic Keratitis with Ulceration Associated with Reactivation of Epstein–Barr Virus and Human Herpes Virus Type 6: Experience of Diagnosis and Therapy. Ophthalmology in Russia. 2022;19(3):665–671 (in Russ.). DOI: 10.18008/1816-5095-2022-3-665-671
2. Antony F., Kinha D., Nowińska A. et al. The immunobiology of corneal HSV-1 infection and herpetic stromal keratitis. Clin Microbiol Rev. 2024;37(3):e0000624. DOI: 10.1128/cmr.00006-24
3. Verjans G.M., Remeijer L., Mooy C.M., Osterhaus A.D. Herpes simplex virus-specific T cells infiltrate the cornea of patients with herpetic stromal keratitis: no evidence for autoreactive T cells. Invest Ophthalmol Vis Sci. 2000;41(9):2607–2612. PMID: 10937573
4. Khan B.F., Pavan-Langston D. Clinical manifestations and treatment modalities in herpes simplex virus of the ocular anterior segment. Int Ophthalmol Clin. 2004;44(3):103–133. DOI: 10.1097/00004397-200404430-00012
5. Каспарова Е.А. Современные аспекты лечения герпес-вирусного кератита. РМЖ. Клиническая офтальмология. 2000;2:59–64.Kasparova E.A. Modern aspects of treatment of herpes virus keratitis. Russian Journal of Clinical Ophthalmology. 2000;2:59–64 (in Russ.).
6. Чернакова Г.М., Майчук Д.Ю., Семенова Т.Б. Клиника, диагностика и терапия герпетического кератита на современном этапе: три грани одной проблемы. Российский офтальмологический журнал. 2017;10(1):90–97. DOI: 10.21516/2072-0076-2017-10-1-90-97Chernakova G.M., Maychuk D.Yu., Semenova T.B. Сlinical manifestations, diagnostics and therapy of herpetic keratitis today: three facets of one problem. Russian Ophthalmological Journal. 2017;10(1):90–97 (in Russ.). DOI: 10.21516/2072-0076-2017-10-1-90-97
7. Maillard M., Gong L., Nishii R. et al. PharmGKB summary: acyclovir/ganciclovir pathway. Pharmacogenet Genomics. 2022;32(5):201–208. DOI: 10.1097/FPC.0000000000000474
8. Koganti R., Yadavalli T., Shukla D. Current and Emerging Therapies for Ocular Herpes Simplex Virus Type-1 Infections. Microorganisms. 2019;7(10):429. DOI: 10.3390/microorganisms7100429
9. Koganti R., Yadavalli T., Naqvi R.A. et al. Pathobiology and treatment of viral keratitis. Exp Еye Res. 2021;205:108483. DOI: 10.1016/j.exer.2021.108483
10. Cabrera-Aguas M., Khoo P., Watson S.L. Infectious keratitis: A review. Clin Exp Ophthalmol. 2022;50(5):543–562. DOI: 10.1111/ceo.14113
11. Веселова E.B., Каменских Т.Г., Киселев А.В. и др. Результаты клинического исследования эффективности и безопасности препарата Панавир® в терапии постпервичного герпетического кератита. Саратовский научно-медицинский журнал. 2022;18(4):657–661.Veselova E.V., Kamenskikh T.G., Kiselev A.V. et al. Results of a clinical study of the efficacy and safety of Panavir® in the therapy of post-primary herpetic keratitis. Saratov Journal of Medical Scientific Research. Supplement: Ophthalmology. 2022;18(4):657–661 (in Russ.).
12. Каспарова Евг.А., Каспарова Е.А., Марченко Н.Р., Каспаров А.А. Герпетическая рецидивирующая эрозия роговицы: диагностика, лечение и предупреждение рецидивов. Вестник офтальмологии. 2024;140(2.2):102–108. DOI: 10.17116/oftalma2024140022102Kasparova Evg.A., Kasparova E.A., Marchenko N.R., Kasparov A.A. Recurrent herpetic erosion of the cornea: diagnosis, treatment and prevention of recurrences. Russian Annals of Ophthalmology. 2024;140(2.2):102–108 (in Russ.). DOI: 10.17116/oftalma2024140022102
13. Яни Е.В., Каменских Т.Г., Веселова Е.В. и др. Эффективность нового противовирусного препарата растительного происхождения в виде глазных капель в комплексной терапии офтальмогерпеса. Российский офтальмологический журнал. 2023;16(3):104–110. DOI: 10.21516/2072-0076-2023-16-3-104-110Yani E.V., Kamenskikh T.G., Veselova E.V. et al. The effectiveness of a new antiviral drug of plant origin in the form of eye drops in the complex therapy of ophthalmic herpes. Russian Ophthalmological Journal. 2023;16(3):104–110 (in Russ.). DOI: 10.21516/2072-0076-2023-16-3-104-110
14. Чернакова Г.М. Полимеразная цепная реакция в практике ведения пациентов с офтальмогерпесом переднего отдела глаза: сравнительное исследование эффективности клинического применения. Офтальмология. 2022;19(3):630–637. DOI: 10.18008/1816-5095-2022-3-630-637Chernakova G.M. Polymerase Chain Reaction in the Management of Patients with Anterior Ophthalmoherpes: a Comparative Study of the Effectiveness of Clinical Use. Ophthalmology in Russia. 2022;19(3):630–637 (in Russ.). DOI: 10.18008/1816-5095-2022-3-630-637
15. Чернакова Г.М., Клещева Е.А., Щеголева В.И. Стромальные герпетические кератиты с изъязвлением, ассоциированные с реактивацией вируса Эпштейна — Барр и вируса герпеса человека 6-го типа: опыт диагностики и терапии. Офтальмология. 2022;19(3):665–671. DOI: 10.18008/1816-5095-2022-3-665-671Chernakova G.M., Kleshcheva E.A., Shchegoleva V.I. Stromal Herpetic Keratitis with Ulceration Associated with Reactivation of Epstein–Barr Virus and Human Herpes Virus Type 6: Experience of Diagnosis and Therapy. Ophthalmology in Russia. 2022;19(3):665–671 (in Russ.). DOI: 10.18008/1816-5095-2022-3-665-671
16. Чернакова Г.М., Майчук Д.Ю., Клещева Е.А. и др. Рекомендации по ведению пациентов с герпетическим кератитом/кератоувеитом затяжного течения: от проблем к решению. Офтальмология. 2019;16(4):537–545. DOI: 10.18008/1816-5095-2019-4-537-545Chernakova G.M., Maychuk D.Yu., Kleshcheva E.A. et al. Guidelines for the Management of Patients with Herpetic Keratitis/Keratouveitis in the Long Term: from Problem to Solution. Ophthalmology in Russia. 2019;16(4):537–545 (in Russ.). DOI: 10.18008/1816-5095-2019-4-537-545
17. Алимбарова Л.М., Лазаренко А.А., Киселев А.В. и др. Оценка эффективности применения экстракта побегов Solanum tuberosum при экспериментальном офтальмогерпесе. Вестник офтальмологии. 2015;131(3):76–81. DOI: 10.17116/ oftalma2015131376-81Alimbarova L.M., Lazarenko A.A., Kiselev A.V. et al. Evaluating the effectiveness of Solanum tuberosum shoots extract in experimental ocular herpes. Russian Annals of Ophthalmology. 2015;131(3):76–81 (in Russ.). DOI: 10.17116/oftalma2015131376-81