Метастатическое поражение головного мозга, современные стандарты лечения

Ключевые слова
Похожие статьи в журнале РМЖ

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,593*

*пятилетний ИФ по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №16 от 07.09.2017 стр. 1181-1185
Рубрика: Онкология

Для цитирования: Банов С.М., Голанов А.В., Зайцев А.М., Бекяшев А.Х., Ветлована Е.Р., Дургарян А.А. Метастатическое поражение головного мозга, современные стандарты лечения // РМЖ. 2017. №16. С. 1181-1185
Развитие химиотерапии привело к существенному прогрессу в терапии злокачественных опухолей, но ее эффективность в отношении метастазов в головной мозг остается недостаточной. Фракционированное облучение всего головного мозга, хирургическое лечение и радиохирургия являются стандартными методами лечения пациентов с метастазами в головном мозге. 
Совершенствование методик нейровизуализации, внедрение в клиническую практику принципов микрохирургии и радиохирургии с использованием аппаратов «Гамма-нож», «Кибер-нож» существенно изменило результаты лечения пациентов с метастатическим поражением головного мозга, что позволило сформулировать новые принципы лечения этой группы больных. 
Настоящий обзор подводит итог имеющихся методов лечения пациентов с метастатическим поражением головного мозга с акцентом на общую выживаемость, локальный контроль, дистантное метастазирование, качество жизни, а также на возможности потенциальных комбинаций существующих методов лечения. В статье показано, что персонализированные подходы в лечении пациентов с метастазами в головной мозг являются оптимальными и улучшают результаты лечения.

Ключевые слова: метастазы в головной мозг, радиохирургия, микрохирургия, облучение всего головного мозга.
Brain metastases, modern treatment standards
Banov C.M.1, Golanov A.V.1, Zaitsev A.M.2, Bekyashev A.Kh.3, Vetlovana E.R.1, Durgaryan A.A.1

1 National Medical Research Center Of Neurosurgery named after Academic N.N. Burdenko, Moscow
2 Moscow Scientific Oncological Institute named after P.A. Herzen, Moscow
3 National Medical Research Center of Oncology named after N.N. Blokhin, Moscow

The development of chemotherapy has led to significant progress in the therapy of malignant tumors, but its effectiveness against brain metastases remains insufficient. Fractional whole brain radiotherapy, surgical treatment and radiosurgery are the standard methods of treating patients with brain metastases.
Improving the methods of neuroimaging, the introduction into clinical practice of the principles of microsurgery and radiosurgery with the use of the Gamma-knife and Cyber-knife devices has significantly changed the results of treatment of patients with brain metastases, which allowed to formulate new principles for the treatment of this group of patients.
This review summarizes the available methods for treating patients with brain metastases, with an emphasis on overall survival, local control, distant metastases, quality of life, and the potential for potential combinations of existing treatments. The article shows that personalized approaches in the treatment of patients with brain metastases are optimal and improve the results of treatment.

Key words: brain metastases, radiosurgery, microsurgery, whole brain radiotherapy. 
For citation: Banov C.M., Golanov A.V., Zaitsev A.M. et al. Brain metastases, modern treatment standards // RMJ. 2017. № 16. P. 1181–1185.

Представлены современные стандарты лечения метастатического поражения головного мозга

    Метастазы в головной мозг (МГМ) злокачественных опухолей – наиболее часто встречающиеся интракраниальные новообразования. В связи с улучшением нейровизуализации и совершенствованием лекарственного лечения длительность жизни пациентов увеличивается и, следовательно, частота регистрации МГМ возрастает.
    Метастатическое поражение головного мозга является фактором неблагоприятного прогноза: медиана выживаемости у больных с неоперабельными МГМ не превышает 2-х месяцев. Поэтому эффективная терапия и локальный контроль МГМ имеют первостепенное значение для прогноза и качества жизни пациентов [1, 2]
    Симптоматические метастазы в головном мозге выявляются у 8–10% всех онкологических пациентов [3]. Источником МГМ у взрослых чаще всего являются рак легких (40%), рак молочной железы (10–20%), рак почки (5–7%), меланома (3–15% в разных странах, в Европе – около 10%), рак желудочно-кишечного тракта (4–6%), рак матки (5%). Наиболее высокий метастатический потенциал распространения в головной мозг имеют меланома и мелкоклеточный рак легкого. Метастазы меланомы в головной мозг на фоне экстракраниальной диссеминации процесса ко 2–му году наблюдения развиваются у 80% пациентов. 
    В настоящее время локальное лечение (хирургическое лечение, стереотаксическая радиотерапия (СРТ) и облучение всего головного мозга – ОВГМ) являются важнейшими компонентами мультидисциплинарного подхода в лечении пациентов с метастатическим поражением головного мозга. Лекарственное лечение пациентов с МГМ, учитывая наличие гематоэнцефалического барьера и особенности кровоснабжения головного мозга, носит дополнительный характер. В данной статье представлен обзор основных методов лечения пациентов с МГМ.

    Визуализация метастазов в головной мозг

    Стандартом визуализации МГМ является магнитно-резонансное (МР) исследование головного мозга с контрастированием препаратами гадолиния. Обычно метастазы выглядят как зоны пониженного или изоинтенсивного сигнала в Т2-режиме с зоной перифокального усиления сигнала (зона отека) и зоной повышенного сигнала в Т1-режиме с контрастным усилением. В сомнительных случаях показано исследование метаболитов в патологическом очаге с помощью МР-спектроскопии, КТ/МРТ-перфузии и/или позитронно-эмиссионной томографии. 
    При проведении топометрической МРТ с применением двойных доз контраста удается визуализировать на 34–40% больше МГМ, чем было на предыдущих сериях МРТ [4, 5]. Топометрическая МРТ с толщиной срезов 1–2 мм позволяет обнаружить у 6% пациентов дополнительные МГМ.
    Контрастное усиление МГМ – динамический процесс: задержка сканирования на 10–15 мин после введения контраста позволяет также визуализировать дополнительные очаги у значительного числа пациентов и, следовательно, провести радиохирургическое лечение всех выявленных метастатических очагов. Между 1-м и 3-м сканированием с интервалом в 15 мин после введения контраста у 41,2% пациентов визуализируются от 1 до 14 дополнительных метастатических очагов [6].

    Хирургическое лечение

    В течение многих лет хирургическое лечение считалось способом паллиативного лечения. Внедрение в практику методик микрохирургии и нейронавигации позволило расширить диапазон пациентов, которым возможно проведение хирургического лечения, снизить послеоперационную летальность и увеличить общую выживаемость пациентов с МГМ в отдельных клинических ситуациях.
    Хирургическое лечение остается стандартным методом лечения у пациентов с неврологическими симптомами, обусловленными крупными очагами и масс-эффектом. Хороший функциональный статус (индекс Карновского >70) и отсутствие проявлений экстракраниальной прогрессии болезни являются необходимым условием увеличения продолжительности жизни пациентов. Локальный рецидив МГМ после хирургической резекции происходит у 46–58% пациентов [7–9]. 
    В рандомизированном исследовании R. Patchel [10] сообщил результаты лечения пациентов с одиночными МГМ после хирургической резекции в зависимости от наличия или отсутствия в схеме лечения ОВГМ. ОВГМ снижает частоту локальных рецидивов (р <0,001) и дистантных метастазов (р<0,01), однако не увеличивает общую выживаемость и не сохраняет неврологический статус пациентов.   
    В исследовании L. Kaisorn [11] установлены факторы плохого прогноза общей выживаемости пациентов после хирургического лечения: мужской пол (р<0,0001), наличие неврологического дефицита (р=0,0007), нарушение когнитивных функций (р=0,0004), множественные МГМ (р=0,002) и наличие очага более 2 см в диаметре (p=0,003). Пациенты, имеющие 0–1, 2 и 3–5 указанных признаков, имели медиану выживаемости 17, 10,3, и 7,3 мес. соответственно. Результаты исследований хирургического лечения пациентов с МГМ даны в таблице 1.
Таблица 1. Результаты исследований хирургического лечения пациентов с МГМ
    Таким образом, хирургическая резекция МГМ остается важным компонентом лечения у больных с ограниченным метастатическим поражением головного мозга. Эффективность хирургического лечения определяется высоким функциональным статусом пациента (индекс Карновского >70) и отсутствием (или минимальными проявлениями) экстракраниальной прогрессии болезни. Проведение ОВГМ после хирургического лечения у пациентов с одиночным МГМ снижает частоту интракраниальных рецидивов, но не увеличивает общую выживаемость.
    Альтернативой ОВГМ являются методы СРТ ложа удаленного метастатического очага. Это лечение сопровождается меньшей токсичностью и более высоким локальным контролем метастатических очагов [15, 16].
    В ряде исследований показано преимущество СРТ в режиме гипофракционирования перед радиохирургическим лечением для облучения ложа удаленного МГМ. Так как объем облучаемой послеоперационной полости достаточной большой, это требует снижения дозы при радиохирургии и приводит к неудовлетворительному локальному контролю [16].
    Таким образом, хирургическое лечение пациентов с МГМ целесообразно:
    •  при наличии 1–2-х очагов с максимальным диаметром 2,5 см и более;
    •  при наличии очагов любого размера с выраженным перифокальным отеком и/или симптоматическим масс-эффектом, при угрозе блокирования ликворных путей;
    •  для морфологической верификации диагноза;
    •  при наличии интракраниальных рецидивов после ОВГМ или радиохирургии;
    •  при наличии симптоматического радионекроза, резистентного к проводимой терапии;
    •  при нарастающей неврологической симптоматике (включая судорожные припадки).

    Облучение всего головного мозга

    В настоящее время ОВГМ остается стандартным методом лечения пациентов с МГМ. Однако побочные эффекты и отсутствие стойкого локального контроля после ОВГМ могут превысить эффективность лечения: медиана выживаемости больных с МГМ, получавших ОВГМ, находится в диапазоне 2,8–5,4 мес. и была меньше 4,5 мес. в 8 из 9 исследований у 1925 из 1971 пациентов [17].
    Стандартным режимом фракционирования считается 30 Гр за 10 фракций или 37,5 Гр за 15 фракций. При плохом прогнозе общей выживаемости и низком функциональном статусе пациента оптимальным режимом фракционирования является схема 20 Гр за 5 фракций [18]. 
    В случае множественных МГМ применение ОВГМ в самостоятельном варианте лечения, как правило, является оптимальной лечебной опцией, так как направлено на ликвидацию как визуализируемых метастатических очагов, так и микрометастазов. Исследования показали улучшение клинической симптоматики у 64–83% больных и увеличение медианы общей выживаемости с 1 мес. без лечения до 3–7 мес. после ОВГМ в самостоятельном варианте лечения [19, 20].
    Имеющиеся исследования показали положительный эффект ОВГМ в виде снижения риска интракраниальной прогрессии, однако это не привело к статистически значимому улучшению выживаемости и не дало преимуществ с точки зрения качества жизни [21].
    Негативным фактором при выборе опции ОВГМ у пациентов с хорошим прогнозом общей выживаемости является недостаточный интракраниальный контроль метастатических очагов. ОВГМ может быть сомнительной опцией при радиорезистентных метастазах, при этом 12-месячный локальный контроль не превышает 15% [22]. 
    ОВГМ ухудшает качество жизни, увеличивает риск нейрокогнитивных расстройств, а также может быть причиной развития лейкоэнцефалопатии и социальной дезадаптации пациента. Риск лейкоэнцефалопатии возрастет с увеличением разовой дозы радиации и возрастом пациента [23].
    В настоящее время ОВГМ как самостоятельный вариант лечения должно рассматриваться как недостаточное лечение пациентов с МГМ и хорошим прогнозом, так как проспективные рандомизированные исследования показали, что ОВГМ обеспечивает недостаточный по величине и ограниченный по времени контроль МГМ без увеличения общей выживаемости.
    Таким образом, ОВГМ у пациентов с МГМ целесообразно:
    •  при экстракраниальной прогрессии и ограниченных резервах системного лечения; 
    •  при наличии множественных МГМ (10 и более очагов);
    •  при наличии лептоменингеального поражения;
    •  при наличии крупных МГМ (более 3 см в диаметре) и противопоказаниях к хирургическому лечению и СРТ;
    •  после хирургического лечения одиночного МГМ;
    •  при наличии интракраниальных рецидивов после хирургического лечения или СРТ.   

    СРТ пациентов с МГМ

    СРТ – вариант дистанционной лучевой терапии с использованием методов стереотаксической навигации и соответствующего технического оборудования, обеспечивающих прецизионное подведение высокой дозы ионизирующего излучения к четко отграниченной мишени за минимально возможное число фракций. Величина дозы ионизирующего излучения ограничивается риском развития постлучевых осложнений. СРТ может быть реализована в режиме радиохирургии, когда доза ионизирующего излучения подводится за одну фракцию, и в режиме гипофракционирования, когда доза ионизирующего излучения подводится за несколько (от 2-х до 7) фракций. 

    Радиохирургия

    В последние десятилетия стереотаксическая радиохирургия стала рассматриваться в качестве первой линии терапии пациентов с МГМ [2, 17, 24, 25]. 
    Ранние клинические исследования эффективности комбинации радиохирургии и ОВГМ в сравнении с применением только ОВГМ у пациентов с наличием до 4-х метастатических очагов в головном мозге показали преимущество комбинированного лечебного подхода, обеспечивающего лучший интракраниальный контроль метастатических очагов, более длительное сохранение высокого функционального статуса. Однако увеличения общей выживаемости в группе комбинированного лечения в сравнении с применением только ОВГМ достичь не удалось [26, 27].
    В более поздних исследованиях оценивалась эффективность комбинированного лечения (радиохирургия и ОВГМ) в сравнении с применением только радиохирургического лечения. Одной из причин смещения акцентов исследований была высокая частота нейрокогнитивных расстройств у пациентов после ОВГМ [28, 29].
    Отсутствие преимуществ в общей выживаемости, увеличение риска радионекроза и потенциально худшего когнитивного результата в группе комбинированного лечения (радиохирургии и ОВГМ) сделали применение радиохирургии как самостоятельного вида лечения предпочтительным вариантом у больных с ограниченным метастатическим поражением головного мозга и максимальным диаметром очагов менее 2,5–3,0 см [30]. 
    Для радиорезистентных опухолей до 2,5 см в диаметре, таких как меланома, рак почки, колоректальный рак, саркома, радиохирургия становится основным лечебным подходом, поскольку применение ОВГМ в лечении таких опухолей имеет низкую эффективность и высокую нейротоксичность [31]. 
    Становится более определенной роль радиохирургии в лечении пациентов с 5 и более метастатическими очагами в головном мозге (множественное метастатическое поражение). В проспективном многоцентровом когортном исследовании JLGK0901 показано, что радиохирургия в группах пациентов с 2–4 и 5–10 МГМ обеспечивает эквивалентные показатели общей выживаемости. Тем не менее у пациентов с 5–10 МГМ отмечено увеличение числа случаев развития новых (дистантных) МГМ, что определяет необходимость проведения повторного локального лечения [32].
    Роль радиохирургии в лечении пациентов с МГМ значительно расширилась в последнее десятилетие. Радиохирургия применяется в самостоятельном варианте лечения, в комбинации с ОВГМ, до или после проведения ОВГМ. Радиохирургия дает высокие показатели локального контроля МГМ, особенно в случае радиорезистентных опухолей (табл. 2).
Таблица 2. Результаты радиохирургического лечения пациентов с МГМ
    Несмотря на то что радиохирургия позволяет избежать ухудшения нейрокогнитивных функций, она не влияет на риск развития новых (дистантных) МГМ, что может потребовать проведения повторного локального лечения (хирургического лечения, радиохирургии, ОВГМ).
    Таким образом, СРТ в режиме радиохирургии у пациентов с МГМ целесообразна:
    •  при наличии множественных МГМ (до 10 очагов) с максимальным диаметром до 2,5 см без проявлений масс-эффекта и гидроцефалии с признаками внутричерепной гипертензии;
    •  после хирургического лечения крупного МГМ, для лечения оставшихся метастатических очагов, пригодных для проведения радиохирургического лечения;
    •  при наличии интракраниальных рецидивов МГМ после ОВГМ, хирургического лечения или СРТ.

    Гипофракционирование

    СРТ в режиме гипофракционирования имеет некоторые преимущества перед радиохирургией, включающие снижение токсичности лечения, особенно в случае крупных метастазов или тех очагов, которые локализуются в критических структурах мозга, и улучшение локального контроля за счет увеличения общей суммарной дозы радиации [15, 35]. 
   Результаты ряда исследований показывают эффективность и приемлемую токсичность СРТ в режиме гипофракционирования у пациентов с крупными МГМ (более 2,5 см в диаметре) и/или очагами, расположенными в непосредственной близости от критических структур мозга [36, 37]. 
    Симптоматические метастазы в головной мозг часто имеют крупные размеры. С одной стороны, увеличение размеров МГМ требует увеличения дозы ионизирующего излучения, что приводит к увеличению риска развития постлучевых осложнений, с другой стороны, снижение дозы ниже 20 Гр, по данным M. Shehata [35], приводит к ухудшению локального контроля метастатических очагов. Имеющиеся ретроспективные исследования показали лучшие результаты локального контроля и неврологической токсичности лучевой терапии крупных очагов в режиме гипофракционирования в сравнении с радиохирургическим лечением [38].
    Однако проспективные сравнительные исследования СРТ в режиме гипофракционирования и радиохирургии метастатических очагов, потенциально пригодных для проведения радиохирургии, не показали очевидных преимуществ гипофракционирования.
    В исследовании H. Aoyama [39] изучались эффективность и токсичность СРТ в режиме гипофракционирования. Локальный контроль метастатических очагов составил 85, 81 и 69% на сроке 6, 12 и 24 мес. соответственно. Фактором прогноза высокого риска локального рецидива был объем очага более 3 см3.
    В 2014 г. M. Ammirati [40] опубликовал результаты II фазы проспективного исследования СРТ в режиме гипофракционирования симптоматических метастазов, с использованием режима 30 Гр за 5 фракций. Исследование подтвердило приемлемую токсичность и эффективность этого режима радиотерапии. 
    Таким образом, СРТ в режиме гипофракционирования у пациентов с МГМ целесообразна:
    •  при наличии крупных (более 2,5 см в диаметре) метастатических очагов без проявлений масс-эффекта, гидроцефалии с признаками внутричерепной гипертензии и при наличии противопоказаний к хирургическому лечению;
    •  после хирургического лечения крупного МГМ с целью облучения ложа удаленного МГМ для снижения риска локального рецидива; 
    •  при наличии интракраниальных рецидивов МГМ после ОВГМ, хирургического лечения или радиохирургии;
    •  при наличии очагов, расположенных в функционально значимых и критических зонах мозга (центральные извилины, ствол мозга, хиазма и пр.). 

     Таргетная терапия

    За некоторыми исключениями МГМ малочувствительны к проведению системной химиотерапии [41]. Однако таргетная терапия показала определенную эффективность в отношении МГМ с наличием специфических генетических мутаций. Одним из таких примеров является немелкоклеточный рак легкого с наличием активирующей ЕGFR мутации [42]. 
    Частота регрессии метастатических очагов после терапии ингибиторами тирозинкиназы была у 10–38%, с медианой сохранения эффекта от 9 до 13,5 мес. [43]. 
    В случае Her2-положительного рака молочной железы в исследовании III фазы показано снижение частоты развития МГМ в группе терапии лапатинибом и капецитабином в сравнении с монотерапией капецитабином (4% против 13% соответственно, p=0,045) [44].
    В последние годы прогресс в области иммунотерапии обеспечил большие терапевтические возможности для больных меланомой. Применение ипилимумаба, который блокирует рецепторы цитотоксических Т-лимфоцитов и стимулирует Т-клеточно-опосредованный противоопухолевый иммунный ответ, позволяет достичь интракраниального контроля у 24% пациентов с бессимптомными и у 10% с симптоматическими метастазами меланомы в головной мозг без существенных побочных эффектов [45].
    Проведение терапии дабрафенибом и вемурафенибом у больных с МГМ  BRAF-мутированной меланомы обеспечивает интракраниальный контроль у 30– 39% пациентов [46].
    До сих пор существует мало данных об эффективности таргетной терапии у пациентов с МГМ рака почки. Имеющиеся серии ретроспективных исследований показали безопасность таргетной терапии, а также увеличение выживаемости за счет продолжения таргетной терапии после локального лечения [47].
    Имелись первоначальные опасения относительно применения ингибитора эндотелиального фактора роста (бевацизумаба) у пациентов с МГМ из-за повышенного риска интракраниальных кровоизлияний, но в дальнейшем была доказана его безопасность [48].
    Небольшие перспективные исследования бевацизумаба в сочетании с другими лекарственными препаратами продемонстрировали его активность при МГМ рака молочной железы [49], немелкоклеточного рака легких [50], меланомы [51]. 
    Бевацизумаб является перспективным средством для лечения радионекрозов после СРТ. Опубликованные данные показывают высокую частоту рентгенографической (97%) и клинической (79%) регрессии проявлений радионекроза [52]. Хотя в настоящее время эффективность таргетной терапии остается скромной, имеющиеся результаты являются обнадеживающими. 
    Системное лечение у больных с МГМ целесообразно:
    •  у всех больных с первично выявленными МГМ для контроля экстракраниальной болезни с целью профилактики развития новых (дистантных) МГМ;
    •  при выявлении МГМ у больных в процессе химиотерапии. В этой клинической ситуации химиотерапия продолжается для оценки чувствительности МГМ к проводимому лечению;
    •  при наличии молекулярно-генетических изменений, определяющих возможность проведения таргетной терапии;
    •  при невозможности проведения других вариантов лечения и наличии резервов системного лечения.
    Симптоматическое лечение больных с МГМ целесообразно: 
    •  у больных с низким функциональным статусом (индекс Карновского <70, RPA 3 класса, GPA 0–1 балл), не связанным с неврологической симптоматикой;
    •  при наличии экстракраниальной прогрессии болезни и отсутствии резервов системного лечения.

    Заключение

    Лечение больных с метастазами в головной мозг требует мультидисциплинарного подхода, когда рекомендации по лечению (хирургия, ОВГМ, радиохирургия и системная терапия) основываются на клинических факторах пациента (функциональный статус, возраст, интракраниальная и экстракраниальная распространенность болезни) и генетических изменениях в опухоли. Персонализированные подходы в лечении пациентов с МГМ являются оптимальными и улучшают результаты лечения. Подбор пациентов, основанный на имеющихся молекулярно-генетических изменениях, и создание таргетных и иммунотерапевтических препаратов будут способствовать дальнейшему улучшению результатов лечения пациентов с метастазами в головной мозг. ОВГМ сохраняет важное место в лечении этого заболевания, но его применение и роль в настоящее время пересматриваются.
Литература
1. Langley R.E., Stephens R.J., Nankivell M. et al. Interim data from the Medical Research Council QUARTZ Trial // Clinical oncology (Royal College of Radiologists (Great Britain)). 2013. T. 25. №3. Р. e23-30.
2. Голанов А.В., Банов С.М., Ильялов С.Р. и др. Современные подходы к лучевому лечению метастатического поражения головного мозга // Злокачественные опухоли. 2014. 3(10). C. 137–140 [Golanov A.V., Banov S.M., Il'jalov S.R. i dr. Sovremennye podhody k luchevomu lecheniju metastaticheskogo porazhenija golovnogo mozga // Zlokachestvennye opuholi. 2014. 3(10). S. 137–140 (in Russian)].
3. Nabors Louis Burt, Portnow Jana, Ammirati Mario et al. Central nervous system cancers, version 2.2014. Featured updates to the NCCN Guidelines // Journal of the National Comprehensive Cancer Network: JNCCN. 2014. T. 12. №11. Р. 1517–1523.
4. Коновалов А.Н., Корниенко В.Н., Пронин И.Н. Магнитно-резонансная томография в нейрохирургии. М.: VIDAR, 1997. 471 c. [Konovalov A.N., Kornienko V.N., Pronin I.N. Magnitno-rezonansnaja tomografija v nejrohirurgii. M.: VIDAR, 1997. 471 s. (in Russian)].
5. Patrick Hanssens, Bengt Karlsson, Tseng Tsai Yeo et al. Detection of brain micrometastases by high-resolution stereotactic magnetic resonance imaging and its impact on the timing of and risk for distant recurrences // Journal of neurosurgery. 2011. T. 115. №3. P. 499–504.
6. State of the Art of Gamma Knife Radiosurgery.
7. Vogelbaum Michael A., Suh John H., Resectable brain metastases // Journal of clinical oncology: official journal of the American Society of Clinical Oncology. 2006. T. 24. №8. Р. 1289–1294.
8. Kalkanis Steven N., Kondziolka Douglas, Gaspar Laurie E. et al. The role of surgical resection in the management of newly diagnosed brain metastases: a systematic review and evidence-based clinical practice guideline // Journal of neuro-oncology. 2010. T. 96. №1. P. 33–43.
9. Зайцев А.M., Куржупов M.И., Самарин A.E., Кирсанова O.H. Результаты лечения больных с метастатическим поражением головного мозга // Онкологический журнал им. П.А. Герцена. 2014. T. 3. C. 4–10 [Zajcev A.M., Kurzhupov M.I., Samarin A.E., Kirsanova O.N. Rezul'taty lechenija bol'nyh s metastaticheskim porazheniem golovnogo mozga // Onkologicheskij zhurnal im. P.A. Gercena. 2014. T. 3. S. 4–10 (in Russian)].
10. Patchell R.A., Tibbs P.A., Regine W.F. et al. Postoperative radiotherapy in the treatment of single metastases to the brain: a randomized trial // JAMA. 1998. T. 280. №17. P. 1485–1489.
11. Kaisorn L. Chaichana, Shami Acharya, Mariana Floreset al. Identifying better surgical candidates among recursive partitioning analysis class 2 patients who underwent surgery for intracranial metastases // World neurosurgery. 2014. T. 82. №1. P. e267-e275.
12. Patchell R.A., Tibbs P.A., Walsh J.W. et al. A randomized trial of surgery in the treatment of single metastases to the brain // The New England journal of medicine. 1990. T. 322. №8. C. 494–500.
13. Vecht C.J., Haaxma-Reiche H., Noordijk E.M. et al. Treatment of single brain metastasis: radiotherapy alone or combined with neurosurgery? // Annals of neurology. 1993. T. 33. №6. P. 583–590.
14. Mintz A.H., Kestle J., Rathbone M.P. et al. A randomized trial to assess the efficacy of surgery in addition to radiotherapy in patients with a single cerebral metastasis // Cancer. 1996. T. 78. №7. C. 1470–1476.
15. Ветлова Е.Р., Антипина Н.А., Голанов А.В., Банов С.М. Роль лучевой терапии в лечении метастатического поражения головного мозга // Медицинская физика. 2016. №4. C. 108–118 [Vetlova E.R., Antipina N.A., Golanov A.V., Banov S.M., Rol' luchevoj terapii v lechenii metastaticheskogo porazhenija golovnogo mozga // Medicinskaja fizika. 2016. №4. S.108–118 (in Russian)].
16. Eaton Bree R., Gebhardt Brian, Prabhu Roshan et al. Hypofractionated radiosurgery for intact or resected brain metastases: defining the optimal dose and fractionation // Radiation oncology (London, England). 2013. T. 8. P. 135.
17. Lippitz Bodo, Lindquist Christer, Paddick Ian. et al. Stereotactic radiosurgery in the treatment of brain metastases // Cancer Treatment Reviews. 2014. T. 40. №1. P. 48–59.
18. Regine W.F, Scott C., Murray K., Curran W. Neurocognitive outcome in brain metastases patients treated with accelerated-fractionation vs. accelerated-hyperfractionated radiotherapy // International Journal of Radiation Oncology*Biology*Physics. 2001. T. 51. №3. P. 711–717.
19. Chao J.H., Phillips R., Nickson J.J., Roentgen-ray therapy of cerebral metastases // Cancer. 1954. T. 7. №4. Р. 682–689.
20. Gaspar L., Scott C., Rotman M. et al. Recursive partitioning analysis (RPA) of prognostic factors in three Radiation Therapy Oncology Group (RTOG) brain metastases trials // International journal of radiation oncology, biology, physics. 1997. T. 37. №4. P. 745–751.
21. Kocher Martin, Soffietti Riccardo, Abacioglu Ufuk et al. Adjuvant whole-brain radiotherapy versus observation after radiosurgery or surgical resection of one to three cerebral metastases // Journal of clinical oncology: official journal of the American Society of Clinical Oncology. 2011. T. 29. №2. P. 134–141.
22. Arjun Sahgal, Whole- Brain Radiation Therapy of Brain Metastasis.
23. Ebi Junko, Sato Hisashi, Nakajima Masaru, Shishido Fumio/ Incidence of leukoencephalopathy after whole-brain radiation therapy for brain metastases // International journal of radiation oncology, biology, physics. 2013. T. 85. №5. P. 1212–1217.
24. Голанов А.В., Банов С.М., Ильялов С.Р. и др. Радиохирургическое лечение метастазов в головной мозг. Факторы прогноза общей выживаемости и интракраниальных рецидивов // Вопросы нейрохирургии им. Н.Н. Бурденко. 2016. T. 80. №2. C. 35–46 [Golanov A.V., Banov S.M., Il'jalov S.R. i dr. Radiohirurgicheskoe lechenie metastazov v golovnoj mozg. Faktory prognoza obshhej vyzhivaemosti i intrakranial'nyh recidivov // Voprosy nejrohirurgii» imeni N.N. Burdenko. 2016. T. 80. №2. S. 35–46 (in Russian)].
25. Канаев С.В., Гиршович ММ., Мельник Ю.С. Клинический опыт радиохирургического лечения метастатического поражения головного мозга при злокачественных новообразованиях // Вопросы онкологии. 2016. №2. том 2. C. 258–264 [Kanaev S.V., Girshovich MM., Mel'nik YU.S. Klinicheskij opyt radiohirurgicheskogo lecheniya metastaticheskogo porazheniya golovnogo mozga pri zlokachestvennyh novoobrazovaniyah // Voprosy onkologii. 2016. №2. tom 2. S. 258–264 (in Russian)].
26. Andrews D.W., Scott C.B., Sperduto P.W. et al. Whole brain radiation therapy with or without stereotactic radiosurgery boost for patients with one to three brain metastases: phase III results of the RTOG 9508 randomised trial // Lancet (London, England). 2004. T. 363. №9422. P. 1665–1672.
27. Kondziolka D., Patel A., Lunsford L.D. et al. Stereotactic radiosurgery plus whole brain radiotherapy versus radiotherapy alone for patients with multiple brain metastases // International journal of radiation oncology, biology, physics. 1999. T. 45. №2. P. 427–434.
28. Aoyama Hidefumi, Shirato Hiroki, Tago Masao et al. Stereotactic radiosurgery plus whole-brain radiation therapy vs stereotactic radiosurgery alone for treatment of brain metastases: a randomized controlled trial // JAMA. 2006. T. 295. №21. P. 2483–2491.
29. Chang E.L., Wefel J.S., Hess K.R. et al. Neurocognition in patients with brain metastases treated with radiosurgery or radiosurgery plus whole-brain irradiation: a randomised controlled trial // The Lancet. Oncology. 2009. T. 10. №11. P. 1037–1044.
30. Tsao May, Xu Wei, Sahgal Arjun. A meta-analysis evaluating stereotactic radiosurgery, whole-brain radiotherapy, or both for patients presenting with a limited number of brain metastases // Cancer. 2012. T. 118. №9. P. 2486–2493.
31. Marchan Edward M., Sheehan Jason. Stereotactic radiosurgery of brain metastasis from melanoma // Progress in neurological surgery. 2012. T. 25. P. 176–189.
32. Yamamoto Masaaki, Serizawa Toru, Shuto Takashi et al. Stereotactic radiosurgery for patients with multiple brain metastases (JLGK0901) // The Lancet Oncology. 2014. T. 15. №4. P. 387–395.
33. Muacevic Alexander, Wowra Berndt, Siefert Axel et al. Microsurgery plus whole brain irradiation versus Gamma Knife surgery alone for treatment of single metastases to the brain: a randomized controlled multicentre phase III trial // Journal of neuro-oncology. 2008. T. 87. №3. P. 299–307.
34. Serizawa Toru, Hirai Tatsuo, Nagano Osamu et al. Gamma knife surgery for 1-10 brain metastases without prophylactic whole-brain radiation therapy: analysis of cases meeting the Japanese prospective multi-institute study (JLGK0901) inclusion criteria // Journal of neuro-oncology. 2010. T. 98. №2. P. 163–167.
35. Shehata Michael K., Young Byron, Reid Brady et al. Stereotatic radiosurgery of 468 brain metastases < or =2 cm: implications for SRS dose and whole brain radiation therapy // International journal of radiation oncology, biology, physics. 2004. T. 59. №1. P. 87–93.
36. Kim Yeon-Joo, Cho Kwan Ho, Kim Joo-Young et al. Single-dose versus fractionated stereotactic radiotherapy for brain metastases // International journal of radiation oncology, biology, physics. 2011. T. 81. №2. P. 483–489.
37. Kwon Alexander K., Dibiase Steven J., Wang Brian et al. Hypofractionated stereotactic radiotherapy for the treatment of brain metastases // Cancer. 2009. T. 115. №4. P. 890–898.
38. Marchetti Marcello, Milanesi Ida, Falcone Chiara et al. Hypofractionated stereotactic radiotherapy for oligometastases in the brain // Neurological Sciences. 2011. T. 32. №3. P. 393–399.
39. Sahgal Arjun, Aoyama Hidefumi, Kocher Martin et al. Phase 3 trials of stereotactic radiosurgery with or without whole-brain radiation therapy for 1 to 4 brain metastases // International journal of radiation oncology, biology, physics. 2015. T. 91. №4. P. 710–717.
40. Ammirati Mario, Kshettry Varun R., Lamki Tariq et al. A prospective phase II trial of fractionated stereotactic intensity modulated radiotherapy with or without surgery in the treatment of patients with 1 to 3 newly diagnosed symptomatic brain metastases // Neurosurgery. 2014. T. 74. №6. P. 586–594; discussion 594.
41. Chen Gigi, Huynh Minh, Chen Allan. et al. Chemotherapy for brain metastases in small-cell lung cancer // Clinical lung cancer. 2008. T. 9. №1. P. 35–38.
42. Porta R., Sanchez-Torres J.M., Paz-Ares L. et al. Brain metastases from lung cancer responding to erlotinib: the importance of EGFR mutation // The European respiratory journal. 2011. T. 37. №3. P. 624–631.
43. Ceresoli G.L., Cappuzzo F., Gregorc V. et al. Gefitinib in patients with brain metastases from non-small-cell lung cancer: a prospective trial // Annals of oncology: official journal of the European Society for Medical Oncology. 2004. T. 15. №7. P. 1042–1047.
44. Cameron David, Casey Michelle, Press Michael et al. A phase III randomized comparison of lapatinib plus capecitabine versus capecitabine alone in women with advanced breast cancer that has progressed on trastuzumab: updated efficacy and biomarker analyses // Breast cancer research and treatment. 2008. T. 112. №3. P. 533–543.
45. Lin Nancy U., Lee Eudocia Q., Aoyama Hidefumi et al. Response assessment criteria for brain metastases // The Lancet Oncology. 2015. T. 16. №6. Р. e270–e278.
46. Long Georgina V., Trefzer Uwe, Davies Michael A. et al. Dabrafenib in patients with Val600Glu or Val600Lys BRAF-mutant melanoma metastatic to the brain (BREAK-MB) // The Lancet Oncology. 2012. T. 13. №11. P. 1087–1095.
47. Gore Elizabeth M., Bae Kyounghwa, Wong Stuart J. et al. Phase III comparison of prophylactic cranial irradiation versus observation in patients with locally advanced non-small-cell lung cancer: primary analysis of radiation therapy oncology group study RTOG 0214 // Journal of clinical oncology: official journal of the American Society of Clinical Oncology. 2011. T. 29. №3. P. 272–278.
48. Khasraw M., Holodny A., Goldlust S.A., DeAngelis L.M. Intracranial hemorrhage in patients with cancer treated with bevacizumab // Annals of oncology: official journal of the European Society for Medical Oncology. 2012. T. 23. №2. P. 458–463.
49. Falchook G.S., Moulder S.L., Wheler J.J. et al. Dual HER2 inhibition in combination with anti-VEGF treatment is active in heavily pretreated HER2-positive breast cancer // Annals of oncology: official journal of the European Society for Medical Oncology / ESMO. 2013. T. 24. №12. P. 3004–3011.
50. Braganca Kevin C. de, Janjigian Yelena Y., Azzoli Christopher G. et al. Efficacy and safety of bevacizumab in active brain metastases from non-small cell lung cancer // Journal of neuro-oncology. 2010. T. 100. №3. P. 443–447.
51. Gonzalez-Cao M., Viteri S., Diaz-Lagares A. et al. Preliminary results of the combination of bevacizumab and weekly Paclitaxel in advanced melanoma // Oncology. 2008. T. 74. 1–2. P. 12–16.
52. Tye Karen, Engelhard Herbert H., Slavin Konstantin V. et al. An analysis of radiation necrosis of the central nervous system treated with bevacizumab // Journal of neuro-oncology. 2014. T. 117. №2. P. 321–327.

Только для зарегистрированных пользователей

зарегистрироваться

Оцените статью


Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Farmak
Egis
Зарегистрируйтесь сейчас и получите доступ к полезным сервисам:
  • Загрузка полнотекстовых версий журналов (PDF)
  • Медицинские калькуляторы
  • Список избранных статей по Вашей специальности
  • Видеоконференции и многое другое

С нами уже 50 000 врачей из различных областей.
Присоединяйтесь!
Если Вы врач, ответьте на вопрос:
Ликвор это:
Нажимая зарегистрироваться я даю согласие на обработку моих персональных данных
Зарегистрироваться
Если Вы уже зарегистрированы на сайте, введите свои данные:
Войти
Забыли пароль?