Назальная обструкция в детском и юношеском возрасте с анатомической позиции

лет

предоставляем актуальную медицинскую информацию от ведущих специалистов, помогая врачам в ежедневной работе

Присоединяйтесь!

Уведомления

Личный
кабинет

лет

Присоединяйтесь!

лет

Присоединяйтесь!

Назальная обструкция в детском и юношеском возрасте с анатомической позиции

Педиатрия Оториноларингология

355

31 марта 2026

ФГБОУ ВО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава России, Саратов

ФГБОУ ВО ВолгГМУ Мин здрава России, Волгоград, Российская Федерация

ГБУЗ ВОКБ No 1, Волгоград

Введение: нарушение носового дыхания в детском возрасте может быть обусловлено патологией полости носа, околоносовых пазух и носоглотки. Одной из наиболее распространенных операций в педиатрической практике является аденотомия — удаление гипертрофированной глоточной миндалины из носоглотки. Чтобы правильно и своевременно поставить диагноз и выбрать оптимальный метод лечения, оториноларингологу необходимо не только глубокое знание анатомии, но и четкое представление о возрастных особенностях ЛОР-органов.

Цель исследования: определить варианты размеров глоточной миндалины и степень ее гипертрофии в различные возрастные периоды детского и юношеского возраста по данным компьютерной томографии для выявления причин назальной обструкции у детей и сроков обратного развития глоточной миндалины.

Материал и методы: проведен ретроспективный анализ 425 историй болезни и компьютерных томограмм ЛОР-органов детей и лиц юношеского возраста (от 1 до 21 года) с назальной обструкцией с учетом половой принадлежности. Определяли линейные размеры глоточной миндалины (высоту и длину), оценивали степень ее гипертрофии.

Результаты исследования: у девочек высота и длина глоточной миндалины увеличивается с грудного до подросткового возраста, у мальчиков высота увеличивается с 2–3 до 16 лет, а длина сохраняет стабильные значения с грудного до юношеского возраста. Инволюция лимфоидной ткани носоглотки происходит у девочек в подростковом возрасте, а у мальчиков — в юношеском. У детей грудного возраста глоточная миндалина имеется в 100% случаев, в 2–3 года может отсутствовать в единичных случаях, с возрастом частота ее отсутствия повышается, и в юношеском возрасте она не обнаруживается более чем у половины (58,7%) обследованных. С 1 года до 16 лет преобладает III степень гипертрофии глоточной миндалины, в юношеском возрасте более чем у половины пациентов глоточная миндалина не обнаруживается, но при ее наличии чаще встречается II степень ее гипертрофии, реже — III степень.

Заключение: у детей до 16 лет и почти у половины пациентов юношеского возраста назальная обструкция чаще всего обусловлена гипертрофией глоточной миндалины. Полученные данные имеют значение для дифференциальной диагностики назальной обструкции в детском и юношеском возрасте и анализа инволюции глоточной миндалины.

Ключевые слова: детский возраст, юношеский возраст, глоточная миндалина, морфометрия, компьютерная томография, назальная обструкция, аденотомия.

Anatomical perspective on nasal obstruction in pediatric and adolescent patients

M.V. Markeeva¹, O.Yu. Aleshkina¹, N.V. Tarasova², T.M. Zagorovskaya¹, O.V. Syrova¹, O.V. Konnova¹, G.F. Andreeva¹

Markeeva Marina Viktorovna, e-mail: mmarina-2011@mail.ru

¹Saratov State Medical University named after V.I. Razumovsky, Saratov

²Volgograd State Medical University, Volgograd

Background: impairment of nasal breathing during childhood may arise fr om various pathologies involving the nasal cavity, paranasal sinuses, and nasopharynx. Adenoidectomy (the surgical excision of hypertrophied pharyngeal tonsils) remains one of the most prevalent procedures in pediatric clinical practice. To ensure precise diagnosis and the selection of optimal therapeutic interventions, otorhinolaryngologists require a comprehensive understanding of age-specific anatomical variations within the upper respiratory tract.

Aim: to characterize variations in the size of the pharyngeal tonsil and the degree of its hypertrophy across different pediatric and adolescent age groups using computed tomography (CT), specifically focusing on identifying causes of nasal obstruction and the timeline of tonsillar involution.

Materials and Methods: a retrospective analysis was performed on 425 clinical records and CT images of pediatric and adolescent patients (ages 1 to 21 years) presenting with nasal obstruction, with data stratified by gender. The linear dimensions of the pharyngeal tonsil (height and length) were determined, and the degree of its hypertrophy was assessed.

Results: in female subjects, the height and length of the pharyngeal tonsil demonstrated consistent growth from infancy through adolescence. In males, tonsillar height increased between the ages of 2–3 and 16 years, while the length remained relatively stable from infancy to adolescence. Involution of the nasopharyngeal lymphoid tissue occurred during adolescence in females and during the adolescence in males. Although the pharyngeal tonsil was present in all infants, the frequency of its absence increased with age, exceeding 50% (58.7%) by the adolescence stage. Between the ages of 1 and 16 years, grade III hypertrophy was the predominant finding. In older patients wh ere the tonsil persisted, grade II hypertrophy was most common, while grade III was identified less frequently.

Conclusion: pharyngeal tonsil hypertrophy is the primary etiology of nasal obstruction in children under 16 and in nearly half of the adolescent population. These findings are critical for the differential diagnosis of nasal obstruction and the involution analysis of tonsillar involution.

Keywords: pediatric age, youth, pharyngeal tonsil, morphometry, computed tomography, nasal obstruction, adenoidectomy.

For citation: Markeeva M.V., Aleshkina O.Yu., Tarasova N.V., Zagorovskaya T.M., Syrova O.V., Konnova O.V., Andreeva G.F. Anatomical perspective on nasal obstruction in pediatric and adolescent patients. RMJ. 2026;1:39–42. DOI: 10.32364/2225-2282-2026-1-8

Для цитирования: Маркеева М.В., Алешкина О.Ю., Тарасова Н.В., Загоровская Т.М., Сырова О.В., Коннова О.В., Андреева Г.Ф. Назальная обструкция в детском и юношеском возрасте с анатомической позиции. РМЖ. 2026;1:39-42. DOI: 10.32364/2225-2282-2026-1-8.

Введение

Затруднение или отсутствие дыхания через нос является одной из основных причин обращения к оториноларингологу и приводит к снижению качества жизни, особенно в детском возрасте [1]. К состояниям, связанным с обструкцией носа и носоглотки, относятся гипертрофия носовых раковин, искривление носовой перегородки, полипы, кисты, инородные тела и опухоли полости носа и носоглотки, аллергический ринит [2–9]. Чаще причиной назальной обструкции в детском возрасте является гипертрофия глоточной миндалины [10–13], которую диагностируют у 35–70% детей¹, при этом II степень гипертрофии миндалины наблюдается примерно у 70% детей [14].

Размеры нормальной глоточной миндалины подвержены индивидуальным колебаниям: у детей от 1 дня до 3 мес. в среднем ее длина составляет 7 мм, ширина — 4 мм, толщина — 2 мм; после 3 мес. — 10, 7 и 4 мм; после 1 года — 11, 7 и 5 мм соответственно [15]. Полного развития глоточная миндалина достигает к 2,5–3 годам, нормальные размеры ее составляют: толщина 5–7 мм, ширина 20 мм, высота 25 мм [16], но до 4 лет может наблюдаться ее физиологическая гиперплазия. В современной литературе имеются данные размера глоточной миндалины у детей в возрасте 3 мес. — 10×7×4 мм, после года — 11×8×5 мм. К 2 годам миндалина имеет полноценный вид [17], но различия в возрастных группах у детей 2–12 лет все же имеются: в 2–5 лет средние значения длины — 1,18–2,04 см и в 6–12 лет — 1,35–2,18 см без учета половой принадлежности [18]. По данным ряда авторов, максимального развития глоточная миндалина достигает к 4–5 годам, после чего происходит ее возрастная инволюция с уменьшением в размерах к 7–8, реже к 10 годам [19], по другим данным, лимфоидная ткань носоглотки активно растет в возрасте 2–6 лет, уменьшаясь после 10 лет, и атрофируется к 14–15 годам [20, 21]. В работах описана медленная инволюция, у детей дошкольного возраста наблюдали гиперплазию глоточной миндалины, но в возрасте 8–12 лет существенных изменений в размере миндалины не отмечали [22]. Описаны случаи удаления гипертрофированной глоточной миндалины у младенцев [23] и у взрослых [24]. По-прежнему необходим точный и всесторонний анализ причин назальной обструкции и сроков инволюции глоточной миндалины в детском и юношеском возрасте [25].

Цель исследования: определить размеры глоточной миндалины в различные возрастные периоды детского и юношеского возраста по данным компьютерной томографии для выявления причин назальной обструкции и сроков обратного развития глоточной миндалины.

Материал и методы

Проведен ретроспективный анализ 425 историй болезни и компьютерных томограмм (КТ) голов детей и лиц юношеского возраста (1–21 год), имеющих жалобы на затрудненное носовое дыхание, без патологии околоносовых пазух, полости носа, без хирургических вмешательств в исследуемой области в анамнезе, проходивших обследование в отделении лучевой диагностики и лучевой терапии УКБ № 1 им. С.Р. Миротворцева ФГБОУ ВО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава России. КТ выполнены на томографе Asteion-S4 (Toshiba, Япония) с шагом сканирования 0,5–1,0 мм. Материал был разделен по гендерному и возрастному признакам на 6 возрастных групп в соответствии с возрастной периодизацией, утвержденной на VII Всесоюзном съезде анатомов, гистологов и эмбриологов (1965): I период — грудной возраст (1–1,5 года; женский пол (ж, n=30), мужской пол (м, n=38)); II период — раннее детство (2–3 года; ж (n=30), м (n=36)); III период — первое детство (4–7 лет; ж (n=37), м (n=42)); IV период — второе детство (8–12 лет; ж (n=29), м (n=39)); V период — подростковый возраст (13–16 лет; ж (n=32), м (n=37)); VI период — юношеский возраст (17–21 год; ж (n=34), м (n=41)).

Линейные размеры глоточной миндалины измеряли в сагиттальной проекции, используя программу RadiAnt DICOM Viewer (Medixant, Польша, v. 2025.2): высоту — от основания черепа до нижней точки миндалины, длину — от передней точки миндалины до задней стенки глотки (рис. 1).

Рис. 1. Данные КТ головы мальчика 4 лет в сагитталь- ной проекции: вертикальная линия — высота глоточной миндалины, горизонтальная линия — длина глоточной миндалины

Степень гипертрофии глоточной миндалины оценивали по общепринятой классификации А.Г. Лихачева (1967): I степень — глоточная миндалина прикрывает не более 1/3 верхней части сошника, II степень — глоточная миндалина прикрывает от 1/3 до 2/3 сошника, III степень — глоточная миндалина прикрывает более 2/3 сошника [16].

Полученные данные обрабатывали с использованием пакета прикладных программ Statistica v. 12.0 (StatSoft, США). Для изучаемых параметров определяли минимальное (Min), среднее арифметическое (M), максимальное (Max) значения, стандартное отклонение (s), ошибку средней арифметической (М±m). Статистическую значимость (р) различий между средними арифметическими вычисляли на основе t-критерия Стьюдента для независимых выборок:

|M₁ - M₂| .

t = s₁² s₂²

n₁ + n₂

Различия средних значений параметра между группами считали достоверными при пороге вероятности р<0,05.

В начале обработки материала осуществлялась проверка соответствия распределений полученных данных нормальному распределению с помощью критерия Шапиро — Уилка (рекомендован к использованию при малых объемах выборки, менее 50 элементов). В связи с нормальностью распределения для проверки равенства выборочных дисперсий использовали критерий Фишера. Для визуализации данных использовали Microsoft Excel.

Результаты исследования

Высота глоточной миндалины в 1–1,5 года составляет у мальчиков 9,6±0,5 мм, у девочек 11,3±0,6 мм (р<0,05), в 2–3 года увеличивается у мальчиков на 5,2 мм (14,8±0,7 мм; р<0,05), у девочек значимо не изменяется (9,6±1,0; р>0,05), выявлен половой диморфизм (р<0,05). В 4–7 лет высота увеличивается у девочек на 4,9 мм (14,5±0,4 мм; р<0,05), у мальчиков значимо не изменяется (13,3±0,9; р>0,05). В 8–12 лет высота глоточной миндалины остается на прежних значениях у детей обоих полов (у мальчиков 12,3±1,0 мм; у девочек 15,4±1,0 мм; р>0,05), выявлен половой диморфизм (р<0,05), а в 13–16 лет достоверно уменьшается у девочек на 5,0 мм (10,4±1,5 мм; р<0,05). В 17–21 год высота достоверно уменьшается у юношей на 7,6 мм (6,0±1,2 мм; р<0,05) и у девушек на 4,1 мм (6,3±1,4 мм; р<0,05) (рис. 2).

Рис. 2. Высота глоточной миндалины у девочек (ж) и мальчиков (м) по возрастным группам

Длина глоточной миндалины в 1–1,5 года составляет у мальчиков 21,0±0,2 мм, у девочек 21,3±0,2 мм (р>0,05), в 4–7 лет достоверно увеличивается у девочек на 4,5 мм (21,9±0,2 мм; р<0,05), у мальчиков уменьшается на 2,0 мм по сравнению с грудным возрастом (19,1±1,0 мм; р<0,05). В 8–12 лет длина глоточной миндалины остается на прежних значениях у детей обоих полов (17,6±1,3, 22,2±1,0; р>0,05), выявлен половой диморфизм (р<0,05), а в 13–16 лет достоверно уменьшается у девочек на 9,2 мм (13,0±1,7 мм; р<0,05). В 17–21 год длина достоверно уменьшается у юношей на 10,7 мм (7,5±1,5 мм; р<0,05) и у девушек на 4,6 мм (8,4±1,8 мм; р<0,05). Половые различия выявлены почти в каждой возрастной группе (р<0,05) (рис. 3).

Рис. 3. Длина глоточной миндалины у девочек (ж) и мальчиков (м) по возрастным группам

Гипертрофия глоточной миндалины по возрастным группам: в 1–1,5 года преобладает III степень (52,9%), реже встречается II степень (39,7%) и редко — I степень (7,4%); в 2–3 года также преобладает III степень гипертрофии (68,2%), реже встречается II степень (18,2%), редко — I степень (7,6%) и в 4 (6,1%) случаях миндалина в носоглотке не обнаруживается; в 4–7 лет преобладает III степень гипертрофии (77,2%), намного реже встречается II степень (19,0%), в единичных случаях миндалина отсутствует (3,8%), I степень гипертрофии глоточной миндалины в данной возрастной группе не встретилась; в 8–12 лет III степень гипертрофии превалирует (63,2%) по сравнению со II степенью (22,1%), I степень встречается в единичных случаях (4,4%) и уже в большем проценте случаев (10,3%) миндалина отсутствует; в 13–16 лет глоточная миндалина еще достаточно часто выявляется у детей, при этом преобладает III степень ее гипертрофии (40,6%), реже встречается II степень (27,5%), редко — I степень (10,1%) и в 21,7% случаев миндалина не обнаруживается. К возрасту 17–21 год в большинстве случаев миндалина подвергается обратной инволюции (в 58,7% случаев не выявляется при обследовании), но при ее наличии преобладает II степень гипертрофии (21,3%) или даже III степень (17,3%), I степень выявляется в единичных случаях (2,7%). Половой диморфизм степени гипертрофии не выявлен (р>0,05).

Обсуждение

Таким образом, проведенное исследование показало, что высота глоточной миндалины увеличивается у мальчиков в 2–3 года, у девочек в 4–7 лет, сохраняя достигнутые значения до 12 лет у девочек и до 16 лет у мальчиков. Длина глоточной миндалины растет у девочек в 4–7 лет, сохраняя достигнутые значения до подросткового возраста, у мальчиков же сохраняет стабильные значения с грудного до юношеского возраста. Инволюция лимфоидной ткани происходит у девочек чаще в подростковом возрасте, а у мальчиков позже — в юношеском. В литературе есть данные по отдельным возрастным группам, но описания в разные периоды детского возраста возрастной и половой изменчивости линейных размеров глоточной миндалины не встретились.

В грудном возрасте глоточная миндалина как иммунокомпетентный орган имеется у всех детей, с 2–3 лет может отсутствовать в единичных случаях, с возрастом частота ее отсутствия постепенно повышается и в юношеском возрасте более чем у половины пациентов (58,7%) не обнаруживается в носоглотке при обследовании. В оставшихся случаях преобладает III степень ее гипертрофии, что не согласуется с данными М.Е. Балашовой [14], где преобладает II степень гипертрофии глоточной миндалины у детей дошкольного возраста. Наши данные свидетельствуют, что назальная обструкция обусловлена чаще всего гипертрофией глоточной миндалины у детей до 16 лет и почти у половины пациентов юношеского возраста, что согласуется с данными C. Calvo-Henriquez et al. [13].

Заключение

При наличии глоточной миндалины у детей в возрасте 1–16 лет преобладает III степень ее гипертрофии, в юношеском возрасте встречается II или III степень и только в единичных случаях — I степень, инволюция лимфоидной ткани носоглотки у девочек наступает, как правило, в подростковом возрасте, а у мальчиков — в юношеском, поэтому назальная обструкция обусловлена чаще всего гипертрофией глоточной миндалины у детей до 16 лет и почти у половины пациентов юношеского возраста. Полученные результаты исследования дополняют встречающиеся в литературе данные о возрастных размерах глоточной миндалины, временных сроках ее инволюции и имеют значение для дифференциальной диагностики назальной обструкции в детском и юношеском возрасте.

¹Клинические рекомендацииМинздрава России. Гипертрофия аденоидов. Гипертрофия небных миндалин. 2024. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/662_2 (дата обращения: 25.02.2026).

1. Гаращенко Т.И., Пайганова Н.Э. Аллергический ринит и гипертрофия аденоидов у детей: рациональные пути терапии. Медицинский совет. 2025;19(11):50–59. [Garashchenco T.I., Payganova N.E. Allergic rhinitis and adenoid hypertrophy in children: rational ways of therapy. Meditsinskiy Sovet. 2025;19(11):50–59 (in Russ.)]. DOI: 10.21518/ms2025-290
2. Баранов К.К., Зябкин И.В., Пихуровская А.А., Богомильский М.Р. Анатомические особенности гипертрофии нижних носовых раковин у детей. Голова и шея. Российский журнал. 2019;7(3):23–27. [Baranov K.K., Zyabkin I.V., Pikhurovskaya A.A., Bogomilsky M.R. Anatomical features of the inferior nasal concha hypertrophy in children. Head and neck. Russian Journal. 2019;7(3):23–27 (in Russ.)]. DOI: 10.25792/HN.2019.7.3.23-27
3. Маркеева М.В., Алешкина О.Ю., Тарасова Н.В. и др. Особенности изменчивости костной части перегородки носа в детском возрасте. Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Медицинские науки. 2020;2(54):78–86. [Markeeva M.V., Aleshkina O.Yu., Tarasova N.V. et al. Features of the nasal septum bone variability in childhood. Proceedings of Higher Educational Institutions. Volga Region. Medical Sciences. 2020;2(54):78–86 (in Russ.)]. DOI: 10.21685/2072-3032-2020-2-8
4. Котова Е.Н., Вязьменов Э.О., Баранов К.К. Кисты носоглотки у детей. Педиатрия. Consilium Medicum. 2022;2:154–159. [Kotova E.N., Vyazmenov E.O., Baranov K.K. Nasopharyngeal cysts in children. Pediatrics. Consilium Medicum. 2022;2:154–159 (in Russ.)]. DOI: 10.26442/26586630.2022.2.201678
5. Прокофьев М.Е., Постаногова Н.О., Никонова О.Е. Назофарингеальная карцинома в детском возрасте: клинические случаи. Вопросы современной педиатрии. 2021;20(2):155–165. [Prokofyev M.E., Postanogova N.O., Nikonova O.E. Nasopharyngeal carcinoma in children: clinical cases. Issues of modern pediatrics. 2021;20(2):155–165 (in Russ.)]. DOI: 10/15690/vsp.v20i2.2260
6. Туровская А.А., Костина Е.М., Трушина Е.Ю., Орлова Е.А. Аллергический ринит и гипертрофия аденоидов: взаимосвязь, современный взгляд на диагностику и терапию. Практическая аллергология. 2023;(1):56–60. [Turovskaya A.A., Kostina E.M., Trushina E.Yu., Orlova E.A. Allergic rhinitis and adenoid hypertrophy: relationship, modern view on diagnosis and therapy. Practical Allergology. 2023;(1):56–60 (in Russ.)]. DOI: 10.46393/27129667_2023_1_56
7. Миннахметова Д.Р., Топольницкий О.З., Набиева Л.В. и др. Взаимосвязь транс-верзальных зубочелюстных аномалий с гипертрофией аденоидов в детском возрасте. Стоматология детского возраста и профилактика. 2025;25(2):112–120. [Minnakhmetova D.R., Topolnitsky O.Z., Nabieva L.V. et. al. Relationship between transverse maxillary constriction and adenoid hypertrophy in pediatric patients. Pediatric dentistry and dental prophylaxis. 2025;25(2):112–120 (in Russ.)]. DOI: 10.33925/1683-3031-2025-875
8. Лавренова Г.В., Верещагина О.Е., Чуйкова Д.А. Эмбриология, возрастные изменения и клинические аспекты перегородки носа: от формирования до хирургической коррекции. Российская оториноларингология. 2025;24(5):122–129. [Lavrenova G.V., Vereshchagina O.E., Chuikova D.A. Embryology, age-related changes, and clinical aspects of nasal septum: from development to surgical correction. Russian otorhinolaryngology. 2025;24(5):122–129 (in Russ.)]. DOI: 10.18692/1810-4800-2025-5-122-129
9. Орлова Е.С. Аденоиды у детей. Практика педиатра. 2015;3:53–56. [Orlova E.S. Adenoids in children. Pediatrician’s practice. 2015;3:53–56 (in Russ.)].
10. Бачурина А.С., Тихонова С.Н. Анализ отдаленных результатов аденотомии. В кн.: Тенденции развития науки и образования: сб. науч. трудов по материалам XX Международной научной конференции 30 ноября 2016 г. Часть 3. 2016:4–5. [Bachurina A.S., Tikhonova S.N. Analysis of long-term results of adenotomy. In: Trends in science and education: Collection of scientific papers based on the materials of the XX international scientific conference, November 30, 2016. Part 3. 2016:4–5 (in Russ.)]. DOI: 10.18411/lj-30-11-2016-3-01
11. Рязанская А.Г., Юнусов А.С. Проблема гипертрофии аденоидных вегетаций в условиях современной терапии. Вестник оториноларингологии. 2022;87(1):70–74. [Ryazanskaya A.G., Yunusov A.S. Hypertrophy of adenoid vegetation in modern treatment conditions. Vestn Otorinolaringol. 2022;87(1):70–74 (in Russ.)]. DOI: 10.17116/otorino20228701170
12. Patel A., Brook C.D., Levi J.R. Comparison of adenoid assessment by flexible endoscopy and mirror exam. Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2020;134:110073. DOI: 10.1016/j.ijporl.2020.110073
13. Calvo-Henriquez C., Branco A.М., Lechien J.R. et al. What is the relationship between the size of the adenoids and nasal obstruction? Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2021;151:110895. DOI: 10.1016/j.ijporl.2021.110895
14. Балашова М.Е. Влияние параметров воздухоносных путей на краниофациальные характеристики. Scientist. 2022;22(4):54–60. [Balashova M.E. Influence of the parameters of the airways on craniofacial characteristics. Scientist. 2022;22(4):54–60 (in Russ.)].
15. Княжецкий Н.Н. О миндалинах детского возраста: дис. … д-ра мед. наук. СПб.; 1899. [Knyazhetsky, N.N. On the Tonsils of Childhood: Dissertation. St. Petersburg; 1899 (in Russ.)].
16. Лихачев А.Г. Болезни уха, горла, носа. М.: Медицина; 1965. [Likhachev A.G. Diseases of the Ear, Throat, and Nose. M.: Meditsina; 1965 (in Russ.)].
17. Карпищенко С.А., Роднева Ю.А. Особенности терапии при аденоидите у детей с респираторным аллергозом. Фармакология & Фармакотерапия. 2024;2:83–94. [Karpishchenko S.A., Rodneva Yu.A. Features of therapy for adenoiditis in children with respiratory allergosis. Pharmacology & Pharmacotherapy. 2024;2:83–94 (in Russ.)]. DOI: 10.46393/27132129_2024_2_83
18. Терскова Н.В., Черкасов С.С., Молгачев А.А. и др. Сравнительное морфометрическое изучение носоглоточного пространства у детей с хроническим аденоидитом и челюстно-лицевой дизморфией. Российская оториноларингология. 2019;18(4);55–61. [Terskova N.V., Cherkasov S.S., Molgachev A.A. et al. The comparativ morphometric study of nasopharyngeal space in children with chronic adenoiditis and craniofacial dysmorphism. Russian Otorhinolaryngology. 2019;18(4);55–61 (in Russ.)]. DOI: 10.18692/1810-4800-2019-4-55-61
19. Сапожников В.Г., Холина Ю.А., Ларикова А.Д. О гипертрофии глоточной миндалины в педиатрической практике. Вестник новых медицинских технологий. 2017;24(1):99–102. [Sapozhnikov V.G., Holina J.A., Larikova A.D. About pharyngial tonsil hypertrophy in pediatric practice. Journal of New Medical Technologies. 2017;24(1):99–102 (in Russ.)]. DOI: 12737/25247
20. Соколов С.В., Гребенникова И.В. Нарушение внешнего дыхания как фактор развития дистального прикуса на примере клинического случая. Тенденции развития науки и образования. 2025;121–4:153–156. [Sokolov S.V., Grebennikova I.V. External respiration disorders as a factor in the development of distal occlusion: a clinical case study. Trends in science and education. 2025;121–4:153–156 (in Russ.)].
21. Arambula A., Brown J.R., Neff L. Anatomy and physiology of the palatine tonsils, adenoids, and lingual tonsils. World J Otorhinolaryngol Head Neck Surg. 2021;7(3):155–160. DOI: 10.1016/j.wjorl.2021.04.003
22. Yamada H., Sawada M., Higashino M. et al. Longitudinal morphological changes in the adenoids and tonsils in Japanese school children. J Clin Med. 2021;10(21):4956. DOI: 10.3390/jcm10214956
23. Yang N., Liu Y. Clinical analysis of adenoid surgery in infancy. Lin Chuang Er Bi Yan Hou Tou Jing Wai Ke Za Zhi. 2021;35(1):42–43 (in Chinese). DOI: 10.13201/j.issn.2096-7993.2021.01.010
24. Карпищенко С.А., Верещагина О.Е., Лысюк Е.О. Опыт хирургического лечения гипертрофии носоглоточной миндалины. Consilium Medicum. 2017;(7.2. Хирургия):33–35. [Karpishchenko S.A., Vereshchagina O.E., Lysyuk E.O. Experience of surgical treatment of hypertrophy of the nasopharyngeal tonsil. Consilium Medicum. 2017;(7.2. Surgery):33–35 (in Russ.)]. DOI: 10.26442/2075-1753_19.7.2.33-3525. Zwierz A., Masna K., Domagalski K., Burduk P. 150th Anniversary of global adenoid investigations: unanswered questions and unsolved problems. Front Pediatr. 2023;11:1179218. DOI: 10.3389/fped.2023.1179218