Безопасность хондроитина сульфата у пациентов с остеоартритом и высоким кардио­васкулярным риском

лет

предоставляем актуальную медицинскую информацию от ведущих специалистов, помогая врачам в ежедневной работе

Присоединяйтесь!

Уведомления

Личный
кабинет

лет

Присоединяйтесь!

лет

Присоединяйтесь!

Безопасность хондроитина сульфата у пациентов с остеоартритом и высоким кардиоваскулярным риском

Ревматология

120

29 мая 2026

Шавловская О.А. 1

АНО ВО «МУВМ», Москва

Цель настоящей статьи — помочь врачу разобраться, насколько безопасно применение лекарственных препаратов (ЛП) на основе хондроитина сульфата (ХС) у пациентов с высоким кардиоваскулярным риском (КВР). В статье проанализированы основные характеристики ХС: стандартизация молекулы, молекулярная масса (ММ), источники сырья и их возможное влияние на показатели гемостаза. Наибольшим риском характеризуются препараты ХС с низкой ММ (нестандартизированный ХС <1 кДа) и очень высокой ММ (как у ХС акулы — 20,5–26,0 кДа или ХС из рыб — 27,0–34,0 кДа)), поскольку эффекты данных препаратов обладают неконтролируемым действием, особенно при взаимодействии с антикоагулянтами непрямого действия. Проведенный анализ результатов исследований позволяет сделать вывод о безопасности ХС (Хондрогард®) у пациентов с высоким КВР и об отсутствии значимого влияния стандартизированного ХС на систему гемостаза. ХС может потенцировать действие антикоагулянтов непрямого действия, хотя и не является аналогом препаратов данных групп, не оказывает прямого воздействия на факторы свертывания крови. ХС может совместно применяться с антикоагулянтами, антиагрегантами, что требует более частого лабораторного контроля крови по основному заболеванию. Только для стандартизированного ХС (Хондрогард®) показана безопасность приема у пациентов с высоким КВР, поэтому препарат может широко применяться в амбулаторной практике.

Ключевые слова: остеоартрит, хондроитина сульфат, кардиоваскулярные риски, антикоагулянты, антиагреганты, Хондрогард.

Chondroitin sulfate safety in osteoarthritis patients and high cardiovascular risk

O.А. Shavlovskaya

Olga A. Shavlovskaya, e-mail: shavlovskaya@1msmu.ru

International University of Restorative Medicine, Moscow

This article is aimed at assisting physicians in assessing the safety of chondroitin sulfate (CS)-based medicinal products in patients with osteoarthritis and high cardiovascular risk (CVR). The article also reviews the key characteristics of CS, including molecular standardization, molecular weight (MW), sources of raw materials, and their potential effects on hemostasis.

The greatest potential risk is associated with low-molecular-weight non-standardized CS (<1 kDa) and CS preparations with very high molecular weight, such as shark-derived CS (20.5–26.0 kDa) or fish-derived CS (27.0–34.0 kDa), since their biological effects may be uncontrolled, particularly when used concomitantly with indirect anticoagulants.

Analysis of the available study data suggests that standardized CS, specifically Chondroguard®, is safe for use in patients with high CVR and has no clinically significant effect on blood hemostasis. CS may potentiate the effects of indirect anticoagulants; however, it is not an analogue of these agents and does not directly affect blood coagulation factors. CS may be used in combination with indirect anticoagulants and antiplatelet agents, provided that more frequent laboratory monitoring of the patient’s underlying condition is performed. Thus, only standardized CS preparations, such as Chondroguard®, can be considered safe for patients with high cardiovascular risk and may be widely used in outpatient clinical practice.

Keywords: osteoarthritis, chondroitin sulfate, cardiovascular risks, anticoagulants, antiplatelet agents, Chondroguard.

For citation: Shavlovskaya O.А. Chondroitin sulfate safety in osteoarthritis patients and high cardiovascular risk. RMJ. 2026;5:32–38. DOI: 10.32364/2225-2282-2026-5-6

Для цитирования: Шавловская О.А. Безопасность хондроитина сульфата у пациентов с остеоартритом и высоким кардиоваскулярным риском. РМЖ. 2026;5:32-38. DOI: 10.32364/2225-2282-2026-5-6.

Введение

Остеоартрит (ОА) характеризуется деградацией экстрацеллюлярного матрикса, возникающей при микро- и макроповреждениях, которые запускают патологические адаптивные реакции. В крупномасштабных исследованиях отмечена высокая коморбидность ОА с сердечно-сосудистыми заболеваниями, особенно у пациентов старше 60 лет: артериальная гипертензия (АГ) — 65%, ишемическая болезнь сердца (ИБС) — 56% [1, 2]. У лиц старше 65 лет выявлено увеличение риска развития ОА на фоне ассоциированных заболеваний: АГ — на 20%, атеросклероз — на 30%, высокий (>26 кг/м2) индекс массы тела (ИМТ) — на 13%, сахарный диабет 2 типа — на 20%. Повышение риска хронизации боли при ОА отмечается при высоком ИМТ на 40%, при АГ — на 96%, атеросклерозе — на 90% [3].

В основе патогенеза ОА лежит воспаление хрящевой ткани сустава, которое ведет к повреждению хряща [4], запуская гиперпродукцию провоспалительных цитокинов: интерлейкина (ИЛ) 1, ИЛ-6, ИЛ-18, фактора некроза опухоли α (ФНО-α) [4, 5], сигнального каскада ядерного фактора каппа В (NF-ϰB), провоспалительных ферментов — С-реактивного белка (СРБ), циклооксигеназы (ЦОГ) [4]. В основе патогенеза кардиоваскулярных заболеваний (КВЗ) центральным патогенетическим звеном также является системное воспаление. В ответ на эндотелиальную дисфункцию, нестабильность атеросклеротических бляшек, повышение артериального давления происходит избыточный синтез провоспалительных цитокинов. Провоспалительные цитокины активируют рецепторы на хондроците, приводя в дальнейшем к синтезу матриксных металлопротеиназ, ИЛ-1, ИЛ-6, ИЛ-8, ФНО-α, молекул оксида азота, что в итоге способствует деградации хряща, апоптозу хондроцитов и новому синтезу провоспалительных медиаторов.

Таким образом, у ОА и КВЗ имеется схожий патогенетический механизм, поддерживаемый системным воспалением.

Ведение пациентов с болевым синдромом при ОА и коморбидными КВЗ

Остеоартрит характеризуется болью и скованностью в суставах, приводящими к снижению функциональной активности и качества жизни. В настоящее время для лечения ОА широко используются нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). Однако терапия болевого синдрома у коморбидных пациентов с ОА и сопутствующими КВЗ имеет ряд ограничений. Из-за выраженных нежелательных явлений НПВП со стороны желудочно-кишечного тракта и сердечно-сосудистой системы альтернативой в лечении и профилактике дегенеративно-дистрофических заболеваний суставов и позвоночника являются так называемые хондропротекторы (термин широко применяется врачами общей практики) [6, 7]. Одним из них является хондроитина сульфат (ХС), который обладает высоким уровнем доказательности в группе хондропротекторов и представлен в пяти действующих клинических рекомендациях Минздрава России по лечению пациентов с ОА различной локализации^1-5. Данные по безопасности применения ХС у пациентов с ОА и КВЗ подтверждены результатами клинических и когортных исследований. Например, в крупномасштабном исследовании VITAL при участии 77 510 человек, длительно принимавших хондроитин и глюкозамин, показано снижение показателей смертности [8]. В исследовании NHANES с участием около 10 000 взрослых пациентов в возрасте от 25 лет и старше показано, что применение хондроитина и глюкозамина было связано со значительно сниженным уровнем белка острой фазы — СРБ, более выраженным у женщин [9].

Нередко у практикующих врачей возникает вопрос о возможности совместного применения ХС с другими ЛП, в частности со средствами, влияющими на процессы свертываемости. Антитромботические средства (АТС) применяются для профилактики и лечения тромбоза и воздействуют на разные звенья системы гемостаза. К ним относятся антикоагулянты (АК), антиагреганты (АА) и фибринолитики. АТС назначаются длительными курсами пациентам с высоким кардиоваскулярным риском (КВР). В то же время в общей характеристике лекарственного препарата (ОХЛП) Хондрогард®⁶, препарата ХС, указаны противопоказания: «кровотечения и склонность к кровоточивости». В связи с этим возникает вопрос: а безопасно ли совместное применение ХС с АТС?

Для ответа на этот вопрос, прежде всего, надо дать характеристику механизма действия препаратов указанных групп. И в частности, определить, все ли ХС одинаковы с точки зрения безопасности; зависит ли безопасность применения ХС от стандартизации, молекулярной массы (ММ), источника сырья, возможно ли возникновение нежелательных явлений в виде кровотечений или кровоточивости при совместном применении ХС с ЛП, влияющими на гемостаз.

Хондроитина сульфаты: особенности строения и биологические эффекты

Хондроитина сульфат является одним из шести классов гликозаминогликанов (ГАГ), в число которых входят гепарин, гепаран сульфат, кератан сульфат, дерматан сульфат (ДС) и гиалуроновая кислота [10, 11].

Дисахариды ХC имеют цепи с разной степенью сульфатирования, которые могут быть различной длины, что обусловливает варьирование ММ ХС в широких пределах. В целом ХС является комплексом гетерогенных полисахаридов с различной плотностью заряда и ММ, которые могут влиять на его химические свойства и биологические/фармакологические эффекты [12]. Биологическое действие разных препаратов ХС зависит от ММ [13], сульфатирования и источников сырья [14].

Например, коммерчески доступный ХС извлекается из хрящей (трахея, ухо, нос) животных (крупного рогатого скота, свиньи, птицы, рыбы) и очищается, что существенно влияет на молекулярный состав вещества (сульфатирование и длина цепи). ММ ХС из крупного рогатого скота, свиней и курицы сопоставима с эталоном — бычьим ХС, а ММ ХС из акулы и рыб — значительно выше [15, 16] (табл. 1).

Таблица 1. Параметры ММ ХС (в сокращении) [16]

Стандартизированный фармацевтический ХС обладает симптом-модифицирующим и структурно-модифицирующим действием, относится к потенциальным болезнь-модифицирующим ОА препаратам — DMOADs (disease-modifying osteoarthritis drugs) [17]. Препараты группы DMOADs ингибируют активность провоспалительных цитокинов, обладают иммуномодулирующим действием, активируют противовоспалительные маркеры. При выборе препарата из группы DMOADs в терапии ОА следует ориентироваться на терапевтическую мишень (субхондральная кость, синовия, хрящ) и механизм действия (антицитокиновая активность). Всеми перечисленными свойствами обладает отечественный ХС — Хондрогард®.

В то же время, например, производители ЛП на основе биоактивного концентрата мелких морских рыб указывают на наличие ХС в составе препарата, что отражено в ОХЛП⁷ (пункт 5.1). Но изучение фармакокинетических характеристик данного препарата не представляется возможным (пункт 5.2 ОХЛП). Как видно из таблицы 1, ХС рыбного происхождения имеет высокую ММ, что несет в себе потенциальные риски нежелательных лекарственных взаимодействий в виде кровотечений при совместном приеме с АТС, о которых производитель в своей инструкции не сообщает. Между тем в случае, если в составе ЛП содержится ХС, то производитель обязан указать лекарственные взаимодействия, свойственные данной молекуле. В ОХЛП (пункт 5.1) гликозаминогликан-пептидного комплекса⁸ (ГГПК) указано, что препарат усиливает биосинтез сульфатированных мукополисахаридов, к которым относится ХС. Исследования лекарственных взаимодействий ГГПК производителем не проводились (пункт 5.2). Кроме того, производитель указывает, что во время терапии ГГПК (пункт 6.2 ОХЛП), в связи с отсутствием исследований совместимости, данный ЛП не следует смешивать с другими ЛП. Следует особо отметить важность фармакологического качества молекул ХС, так как содержание ХС в препарате и его очистка могут повлиять на эффективность терапии, недостаточно очищенные формы ХС могут влиять на безопасность терапии (повышать уровни провоспалительных факторов, провоцировать аллергические и аутоиммунные реакции) [12].

К числу наиболее важных параметров качества стандартизации субстанций ХС, которые необходимо учитывать, относятся диапазон ММ, наличие органических и неорганических примесей (токсичных тяжелых металлов, таких как ртуть, свинец, кадмий, таллий, кобальт и др.). Также необходимо учитывать содержание химических элементов в фармацевтической субстанции, что зависит от источников сырья, степени очистки и технологии производства препарата.

Например, в исследовании по изучению образцов препаратов, содержащих ХС, были выявлены отличия по суммарному и индивидуальному содержанию серы, токсичным и условно-токсичным микроэлементам [18]. Анализируемые образцы ЛП — ХС-1 (Хондрогард®), ХС-2 (концентрат ХС из морской рыбы), ХС-6 (смесь экстрактов ХС животного происхождения — ГГПК) отличались содержанием ХС (от 40 до 99%), ММ (от 3 до 80 кДа), степенью сульфатирования цепей ХС и наличием примесей. Было показано, что в образце ХС-1 было наименьшее суммарное содержание токсичных элементов (2,98±0,25 мкг/л) и наименьшее содержание белковых примесей (2,87 мг/мл) по сравнению с ХС-2 (6,64 мг/мл) и ХС-6 (9,62 мг/мл); у образца ХС-1 было наибольшее количество серы (6400 мг/кг), что является индикатором содержания ХС в ЛП (Хондрогард®).

Хроматографическое исследование ММ образцов выявило, что среднее значение ММ ХС для ХС-1 составляет 15–17 кДа, тогда как в образцах ХС-2 и ХС-6 присутствовал нестандартизированный ХС и лишь в следовых количествах (в 32 раза меньше в образце ХС-2 и в 4–5 раз меньше в образце ХС-6). Среди данных образцов только ХС-1 (Хондрогард®) соответствовал требованиям стандартизации фармацевтической субстанции [18].

Влияние ГАГ, ХС и гепарина на гемостаз

Хондроитина сульфат, так же как и гепарана сульфат (гепарин), ДС, относится к сложным полисахаридам ГАГ и в разной степени — в зависимости от ММ (табл. 2) — обладает потенциальной способностью увеличивать склонность к кровоточивости.

Таблица 2. Сравнение ММ различных препаратов на основе ХС и АКПД гепарина

Хондроитина сульфат представляет собой разновидность сульфатированного ГАГ, состоящего из чередующихся звеньев D-глюкуроновой кислоты и N-ацетил-D-галактозамина [10]. ГАГ морских животных отличаются от ГАГ наземных организмов, главным образом, по ММ и сульфатированию [19].

Гепарин, в свою очередь, является АК прямого действия (АКПД). Молекула гепарина имеет ММ менее 5,4 кДа, не ускоряет инактивацию тромбина антитромбином III, но способна катализировать инактивацию фактора Xa антитромбином III. Гепарин ингибирует активность факторов IX, X, XI, XII, тромбина (IIа) [20]. Гепарана сульфат (гепарин) представляет собой неоднородную группу сульфатированных мукополисахаридов различной длины и ММ. По своей структуре ХС и гепарана сульфат схожи, но по механизму влияния на гемостаз — различны (см. рисунок).

Рисунок. Схематическое изображение механизмов влияния на гемостаз ХС и антикоагулянтов прямого и непрямого действия (в модификации [20, 22])

Согласно ОХЛП терапия гепарином⁹ проводится под контролем показателей активированного частичного тромбопластинового времени (АЧТВ) и активированного времени свертывания крови (АВСК).

На рисунке показан механизм влияния стандартизированного ХС на систему гемостаза. ХС может потенцировать действие антикоагулянтов непрямого действия (АКНД), хотя и не является аналогом препаратов данной группы. Возможный антитромботический эффект ХС минимальный, так как он не оказывает прямого воздействия на факторы свертывания крови. Именно поэтому применение ХС не требует отдельного контроля лабораторных показателей свертываемости. ХС может назначаться пациентам пожилого возраста с ОА и КВЗ, получающим АА и АКНД, применение которых должно контролироваться лабораторными показателями в соответствии с рекомендациями, указанными в ОХЛП.

Применение ХС у пациентов с КВЗ, принимающих АК или двойную антиагрегантную терапию

Антиагреганты и АК — не взаимозаменяемые препараты. Они работают по принципиально разным механизмам (табл. 3), их прямые эффекты проявляются с разной скоростью и имеют различную длительность.

Таблица 3. Механизм действия средств в отношении влияния на свертываемость

Из таблицы 3 следует, что необходимо держать под контролем уровень показателей гемостаза крови у пациентов, получающих терапию АА и АК по основному заболеванию (как указано в ОХЛП). Проведение лабораторного контроля при применении ХС в качестве монотерапии не требуется, но при совместном применении с ХС возможно усиление действия АКНД, АА, что требует более частого контроля показателей свертывания крови, но не исключает их совместного применения.

Двойная антитромбоцитарная терапия назначается с целью профилактики тромбоэмболических осложнений при остром коронарном синдроме (ОКС), фибрилляции предсердий (ФП) или тромбозе стента после имплантации коронарных стентов (например, при ИБС), или перед плановым хирургическим вмешательством. ДАТ включает в себя назначение комбинации двух антитромботических препаратов, направленных на снижение риска тромботических осложнений. В схеме ДАТ [28], например, используется комбинация АА (АСК¹⁰) в сочетании с ингибиторами P2Y12-рецепторов тромбоцитов (клопидогрел¹¹). Механизм действия АСК10 связан с подавлением активности фермента ЦОГ-1, что опосредованно изменяет соотношение антитромбогенных и протромбогенных факторов, увеличивая КВР. Ингибиторы P2Y12-рецепторов тромбоцитов назначаются с целью вторичной профилактики атеротромботических осложнений (недавно перенесенный инфаркт миокарда, ФП, ОКС, транзиторная ишемическая атака). Согласно ОХЛП терапия клопидогрелом по показаниям проводится под контролем показателя АЧТВ. У пациентов с ОКС, принимающих ДАТ на догоспитальном этапе, функция тромбоцитов не зависит от наличия или отсутствия нагрузочной дозы антиагрегантного препарата [29].

Антикоагулянты прямого действия (апиксабан¹², ривароксабан¹³) назначают с целью профилактики инсульта и системной тромбоэмболии у взрослых, венозной тромбоэмболии у пациентов, подвергающихся большим ортопедическим оперативным вмешательствам на нижних конечностях, рецидивов тромбоза глубоких вен или тромбоэмболии легочной артерии. Согласно ОХЛП во время терапии АКПД концентрации ривароксабана или апиксабана в рутинной практике не оценивают, но при необходимости проверяют с помощью калиброванного теста для количественного определения анти-Ха активности. АКПД противопоказаны при одновременном назначении с НФГ с ММ в пределах до 30 кДа или НМГ — 3–4,2 кДа.

Антикоагулянты непрямого действия, например варфарин, назначают для лечения и профилактики тромбозов и эмболий кровеносных сосудов, преходящих ишемических атак и инсультов, для вторичной профилактики инфаркта миокарда и профилактики тромбоэмболических осложнений после инфаркта миокарда, таких как ФП, профилактики послеоперационных тромбозов. Согласно ОХЛП перед началом терапии варфарином¹⁴ определяют МНО, и в дальнейшем лабораторный контроль проводят регулярно каждые 4–8 нед.

Согласно ОХЛП ХС (Хондрогард®) среди противопоказаний указаны «кровотечения и склонность к кровоточивости». Такие указания в ОХЛП требуют разъяснения о возможности применения ХC у пациентов, принимающих АА, АК или ДАТ [27].

В литературе есть упоминания, что при совместном применении ХC определенной ММ может усиливать действие АКНД, АА, что требует более частого контроля показателей свертывания крови.

В экспериментальной работе [23] было показано, что экстракт ХС из хряща млекопитающего (ММ 68,78 кДа; хондроитин-6-сульфат — 45,3%, хондроитин-4-сульфат — 32,5%) пролонгировал АЧТВ в 1,4 раза, протромбиновое время (ПТВ) — в 3,44 раза по сравнению с контролем. Смесь экстрактов ХС и ДС (23,4 кДа; 74% ХС, 26% ДС, хондроитин-6-сульфат — 8,6%, хондроитин-4-сульфат — 40,0%) продемонстрировала отчетливый антикоагулянтный эффект, продлевая АЧТВ в 2,62 раза, ПТВ — в 1,26 раза по сравнению с контролем [30]. По сравнению с препаратами гепарина с низкой ММ (эноксапарин), фукозилированный 9-сахарид ХС (ММ около 5 кДа) проявлял сравнимые с гепарином эффекты в отношении увеличения АЧТВ и ингибирования теназы [31, 32].

Эффективность и безопасность применения инъекционной формы ХС (Хондрогард®, ММ 15–17 кДа) у пациентов с ОА и коморбидными заболеваниями подтверждены в клиническом исследовании с участием амбулаторных пациентов (n=67; возраст 62 года — 68 лет) с неспецифической болью в нижней части спины и высоким КВР (АГ, артериальное давление ≤139/89 мм рт. ст. на фоне принимаемой гипотензивной терапии, ИБС, включая пациентов, перенесших стентирование после ОКС). Все обследуемые пациенты применяли Хондрогард®. На фоне терапии не отмечено изменений ни одного из показателей плазменного звена гемостаза (тромбиновое время, протромбиновый индекс, АЧТВ) [33]. Данное исследование продемонстрировало безопасность стандартизированного ХС (Хондрогард®) и отсутствие влияния на показатели плазменного звена гемостаза.

В проспективном одноцентровом исследовании у пациентов (n=65; средний возраст 63,6±4,4 года) с ОА коленного сустава I–II ст. количественно оценили уровень маркеров риска тромбовоспаления и тромбообразования (D-димер, СРБ) на фоне инъекций ХС (Хондрогард®) [34]. Сравнивали 2 группы: 1-я принимала ХС, 2-я — местную терапию НПВП. На 50-й день терапии статистически значимо снизились уровень СРБ — на 52% (на 17,5% в группе сравнения), уровень D-димера — на 69,6% (на 26,6% в группе сравнения). Проведенное исследование показало, что ХС не влияет на показатели тромбообразования.

Возможности ХС в профилактике рестеноза

Рестеноз — значимое осложнение кардиоваскулярного стентирования. Активация рецептора CD44 ассоциирована с патофизиологией рестеноза, стимулируя рост неоинтимы, инфильтрацию макрофагами области неоинтимы, гиперпролиферацию гладкомышечных клеток в области стента и накопление протеогликана версикана. Перспективным направлением фармакологической профилактики рестеноза у пациентов после стентирования может являться использование ХС. В новых технологиях стентирования используют ХС для покрытия стентов для снижения риска тромбообразования и рестеноза [35]. Основанием для такого использования является тот факт, что рецептор CD44 — таргетный белок молекул ХС. При взаимодействии с рецептором CD44 происходит инактивация провоспалительного белка NF-kB, что препятствует избыточной пролиферации гладкомышечных клеток в просвете стента и является профилактикой развития рестеноза [35].

Заключение

Проведя анализ результатов ряда исследований, можно сделать вывод о безопасности фармацевтически чистого ХС (Хондрогард®) у пациентов с высоким КВР и отсутствие его значимого влияния на систему гемостаза: ХС (Хондрогард®) может совместно применяться с АКНД, АА, что требует более частого лабораторного контроля показателей крови по основному заболеванию.

Наибольшим риском обладают препараты ХС с низкой (нестандартизированный ХС <1 кДа) и очень высокой ММ (как у ХС акулы — 20,5–26,0 кДа или ХС из рыб — 27,0–34,0 кДа), поскольку характеризуются неизученными и неконтролируемыми лекарственными взаимодействиями, особенно при совместном применении с АКНД. Таким образом, стандартизированный ХС (Хондрогард®) безопасен у пациентов с высоким КВР и может широко применяться в амбулаторной практике.

Статья опубликована при поддержке компании ЗАО «ФармФирма «Сотекс». В статье выражена позиция автора, которая может отличаться от позиции компании ЗАО «ФармФирма «Сотекс». Автор несет полную ответственность за информацию, представленную в окончательной версии рукописи.

¹Клинические рекомендации Минздрава России. Гонартроз. 2021. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/recomend/667_1 (дата обращения: 10.05.2026).

²Клинические рекомендации Минздрава России. Коксартроз. 2021. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/recomend/666_1 (дата обращения: 10.05.2026).

³Клинические рекомендации Минздрава России. Хроническая боль у пациентов пожилого и старческого возраста. 2020. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/616_1 (дата обращения: 10.05.2026).

⁴Клинические рекомендации Минздрава России. Падения у лиц пожилого и старческого возраста. 2020. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/600_2 (дата обращения: 10.05.2026).

⁵Клинические рекомендации Минздрава России. Полиартроз (генерализованный остеоартрит). 2025. (Электронный ресурс.) URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/256_2 (дата обращения: 10.05.2026).

⁶Общая характеристика лекарственного препарата Хондрогард, 100 мг/мл, раствор для внутримышечного и внутрисуставного введения. ЛП-N=(000042)-(РГ-RU) от 10.03.2025. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

⁷Общая характеристика лекарственного препарата Алфлутоп, раствор для инъекций. ЛП-N=(008646)-(РГ-RU) от 21.08.2025. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

⁸Общая характеристика лекарственного препарата Румалон, 2,25 мг, раствор для внутримышечного введения. ЛП-N=(013608)-(РГ-RU) от 18.02.2026. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026

⁹Общая характеристика лекарственного препарата Гепарин, 5000 МЕ/мл, раствор для внутривенного и подкожного введения. ЛП-N=(012612)-(РГ-RU) от 27.11.2025. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

¹⁰Общая характеристика лекарственного препарата Ацетилсалициловая кислота, 250 мг, 500 мг, таблетки. ЛП-N=(002595)-(РГ-RU) от 22.06.2023. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

¹¹Общая характеристика лекарственного препарата Клопидогрел, 75 мг, таблетки, покрытые пленочной оболочкой. ЛП-N=(005686)-(РГ-RU) от 10.06.2024. Доступно по: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

¹²Общая характеристика лекарственного препарата Апиксабан, 2,5 мг, 5 мг, таблетки, покрытые пленочной оболочкой. ЛП-N=(005163)-(РГ-RU) от 12.04.2024. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

¹³Общая характеристика лекарственного препарата Ривароксабан, 15 мг, 20 мг, таблетки, покрытые пленочной оболочкой. ЛП-N=(005279)-(РГ-RU) от 23.04.2024. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

¹⁴Общая характеристика лекарственного препарата Варфарин, 2,5 мг, таблетки. ЛП-N=(005887)-(РГ-RU) от 07.11.2024. (Электронный ресурс.) URL: https://lk.regmed.ru/Register/EAEU_SmPC (дата обращения: 10.05.2026).

1. Wang X., Yao S., Wang M. et al. Multimorbidity among two million adults in China. Int J Environ Res Public Health. 2020;17(10):3395. DOI: 10.3390/ijerph17103395
2. Lee K.M., Chung C.Y., Sung K.H. et al. Risk factors for osteoarthritis and contributing factors to current arthritic pain in South Korean older adults. Yonsei Med J. 2015;56(1):124–31. DOI: 10.3349/ymj.2015.56.1.124
3. Шавловская О.А., Бокова И.А., Сарвилина И.В. и др. Хондроитина сульфат в терапии остеоартрита у пациентов с коморбидными сердечно-сосудистыми заболеваниями: артериальной гипертензией, атеросклерозом, ишемической болезнью сердца. Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2021;13(3):113–118. [Shavlovskaya O.A., Bokova I.A., Sarvilina I.V. et al. Chondroitin sulfate in osteoarthritis treatment in patients with comorbid cardiovascular diseases: hypertension, atherosclerosis, coronary heart disease. Neurology, Neuropsychiatry, Psychosomatics. 2021;13(3):113–118 (in Russ.)]. DOI: 10.14412/2074-2711-2021-3-113-118
4. Franceschi C., Garagnani P., Vitale G. et al. Inflammaging and "Garb-aging". Trends Endocrinol Metab. 2017;28(3):199–212. DOI: 10.1016/j.tem.2016.09.005
5. Minciullo P.L., Catalano A., Mandraffino G. et al. Inflammaging and antiinflammaging: the role of cytokines in extreme longevity. Arch Immunol Ther Exp (Warsz). 2016;64(2):111–126. DOI: 10.1007/s00005-015-0377-3
6. Bruyere O., Cooper C., Pelletier J.P. et al. An algorithm recommendation for the management of knee osteoarthritis in Europe and internationally: a report from a task force of the European Society for Clinical and Economic Aspects of Osteoporosis and Osteoarthritis (ESCEO). Semin Arthritis Rheum. 2014;44(3):253–263. DOI: 10.1016/j.semarthrit.2014.05.014
7. Bruyere O., Honvo G., Veronese N. et al. An updated algorithm recommendation for the management of knee osteoarthritis from the European Society for Clinical and Economic Aspects of Osteoporosis, Osteoarthritis and Musculoskeletal Diseases (ESCEO). Semin Arthritis Rheum. 2019;49(3):337–350. DOI: 10.1016/j.semarthrit.2019.04.008
8. Bell G.A., Kantor E.D., Lampe J.W. et al. Use of glucosamine and chondroitin in relation to mortality. Eur J Epidemiol. 2012;27(8):593–603. DOI: 10.1007/s10654-012-9714-6
9. Kantor E.D., Lampe J.W., Vaughan T.L. et al. Association between use of specialty dietary supplements and C-reactive protein concentrations. Am J Epidemiol. 2012;176(11):1002–1013. DOI: 10.1093/AJE/KWS186
10. Lan R, Li Y, Zhao X et al. Low-molecular-weight chondroitin sulfates alleviate simulated microgravity-induced oxidative stress and bone loss in mice. Curr Issues Mol. Biol. 2023;45:4214–4227. DOI: 10.3390/cimb45050268
11. Комарова Е.Л., Чернова С.В., Касумова К.В. и др. Хондроитина сульфат натрия — примеси и проблемы стандартизации (обзор литературы). Российский биотерапевтический журнал. 2019;1(18):25–36. [Komarova Е .L., Chernova S.V., Kasumova K.V. et al. Chondroitin sodium sulfate — impurities and standardization problems (literature review). Russian Journal of Biotherapy. 2019;1(18):25–36 (in Russ.)]. DOI: 10.17650/1726-9784-2019-18-1-25-36
12. Martel-Pelletier J., Farran A., Montell E. et al. Discrepancies in composition and biological effects of different formulations of chondroitin sulfate. Molecules. 2015;20(3):4277–89. DOI: 10.3390/molecules20034277
13. Deng Y., Li Q., Song J. et al. Intervention effects of low-molecular-weight chondroitin sulfate from the nasal cartilage of yellow cattle on lipopolysaccharide-induced behavioral disorders: regulation of the microbiome-gut-brain axis. Front Nutr. 2024;11:1371691. DOI: 10.3389/fnut.2024.1371691
14. Li L., Li Y., Feng D. et al. Preparation of low molecular weight chondroitin sulfates, screening of a high anti-complement capacity of low molecular weight chondroitin sulfate and its biological activity studies in attenuating osteoarthritis. Int J Mol Sci. 2016;17(10):1685. DOI: 10.3390/ijms17101685
15. Volpi N. Analytical aspects of pharmaceutical grade chondroitin sulfates. J Pharm Sci. 2007;96(12):3168–3180. DOI: 10.1002/jps.20997
16. Лила А.М., Громова О.А., Торшин И.Ю. и др. Молекулярные эффекты Хондрогарда при остеоартрите и грыжах межпозвоночного диска. Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2017;9(3):88–97. [Lila A.M., Gromova O.A., Torshin I.Y. et al. Molecular effects of chondroguard in osteoarthritis and herniated discs. Neurology, Neuropsychiatry, Psychosomatics. 2017;9(3):88–97 (in Russ.)]. DOI: 10.14412/2074-2711-2017-3-88-97
17. Шавловская О.А., Громова О.А., Кочиш Ю.А. и др. Болезнь-модифицирующие остеоартрит препараты (DMOADs) — новые тенденции в терапии пациентов с остеоартритом. ФАРМАКОЭКОНОМИКА. Современная фармакоэкономика и фармакоэпидемиология. 2023;16(3):482–499. [Shavlovskaya O.A., Gromova О.А., Kochish A.Yu. et al. Disease-modifying osteoarthritis drugs (DMOADs): new trends in osteoarthritis therapy. FARMAKOEKONOMIKA. Modern Pharmacoeconomics and Pharmacoepidemiology. 2023;16(3):482–499 (in Russ.)]. DOI: 10.17749/2070-4909/farmakoekonomika.2023.207
18. Громова О.А., Торшин И.Ю., Зайчик Б.Ц. и др. О различиях в стандартизации лекарственных препаратов на основе экстрактов хондроитина сульфата. ФАРМАКОЭКОНОМИКА. Современная фармакоэкономика и фармакоэпидемиология. 2021;14(1):50–62. [Gromova O.A., Torshin I.Yu., Zaychik B.Ts. et al. Differences in the standardization of medicinal products based on extracts of chondroitin sulfate. FARMAKOEKONOMIKA. Modern Pharmacoeconomics and Pharmacoepidemiology. 2021;14(1):50–62 (in Russ.)]. DOI: 10.17749/2070-4909/farmakoekonomika.2021.083
19. Valcarcel J., Novoa-Carballal R., Pérez-Martín R.I. et al. Glycosaminoglycans from marine sources as therapeutic agents. Biotechnol Adv. 2017;35(6):711–725. DOI: 10.1016/j.biotechadv.2017.07.008
20. Гуляихина Д.Е. Влияние варфарина, гепарина и новых пероральных прямых антикоагулянтов (дабигатрана этексилата, ривароксабана, апиксабана) на уровень факторов свертывания: V, VII, VIII, IX, XII, WF. Вестник Северо-Западного государственного медицинского университета им. И.И. Мечникова. 2019;11(1):79–92. [Gulyaikhina D.E. The effect of warfarin, heparin, and modern directly acting oral anticoagulants (dabigatran etexilate, rivaroxaban, apixaban) on the level of coagulation factors: V, VII, VIII, IX, XII, WF. Herald of North-Western State Medical University named after I.I. Mechnikov. 2019;11(1):79–92 (in Russ.)]. DOI: 10.17816/mechnikov201911179-92
21. Кричевский Л.А. Низкомолекулярные гепарины в современной системе управления свертываемостью крови. Доктор.Ру. 2015;15(116)-16(117):42–48. [Krichevsky LA. Low-Molecular-Weight Heparins’ Role in Current Strategies for Controlling Blood Coagulation. Doctor.Ru. 2015;15(116)-16(117):42–48 (in Russ.)].
22. Торшин И.Ю., Лила А.М., Громова О.А. и др. Антикоагулянтные и антиагрегантные эффекты хондроитина сульфата. РМЖ. 2020;7:44–48. [Torshin I.Yu., Lila A.M., Gromova O.A. et al. Anticoagulant and antiplatelet effects of chondroitin sulfate. RMJ. 2020;7:44–48 (in Russ.)].
23. Krichen F., Bougatef H., Sayari N. et al. Isolation, purification and structural characterestics of chondroitin sulfate from smooth hound cartilage: in vitro anticoagulant and antiproliferative properties. Carbohydr Polym. 2018;197:451–459. DOI: 10.1016/j.carbpol.2018.06.040
24. Гительзон Д.Г., Васильев А.Э., Данишян К.И. и др. «Подводные камни» прямых пероральных антикоагулянтов. Вестник Национального медико-хирургического центра им. Н.И. Пирогова. 2025;20(3):126–129. [Gitelson D.G., Vasiliev A.E., Danishian K.I. et al. The pitfalls of direct oral anticoagulants. Bulletin of the Pirogov National Medical and Surgical Center. 2025;20(3):126–129 (in Russ.)]. DOI: 10.25881/20728255_2025_20_3_126
25. Гительзон Д.Г., Васильев А.Э., Данишян К.И. Антикоагулянтная и антиагрегантная терапия при стентировании вен. Гематология и трансфузиология. 2024;69(2-S1):195. [Gitelson D.G., Vasiliev A.E., Danishian K.I. Anticoagulant and antiplatelet therapy in vein stenting. Hematology and transfusiology. 2024;69(2-S1):195 (in Russ.)].
26. Комиссаренко И.А. Эрозивно-язвенные осложнения антиагрегантной и/или антикоагулянтной терапии у пожилых больных. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2016;6(130):3–8. [Komissarenko I.A. Аerosive_ulcerative complications of antiplatelet and/or anticoagulant therapy in elderly patients. Experimental and clinical gastroenterology. 2016;6(130):3–8 (in Russ.)].
27. Эрлих А.Д. Основные положения двойной антиагрегантной терапии и современные тенденции к ее изменению. Consilium Medicum. 2019;21(10):79–84. [Erlih A.D. Main provisions of dual antiplatelet therapy and current trends in its change. Consilium Medicum. 2019;21(10):79–84 (in Russ.)]. DOI: 10.26442/20751753.2019.10.190547
28. Явелов И.С. Роль определения функциональной активности тромбоцитов при применении клопидогрела в практике лечения больных с коронарной болезнью сердца. Атеротромбоз. 2014;1:22–32. [Yavelov I.S. The role of determining the functional activity of platelets in the use of clopidogrel in the treatment of patients with coronary heart disease. Atherothrombosis. 2014;1:22–32 (in Russ.)].
29. Рахматуллина Д.М., Камалов Г.М. Клинико-лабораторная оценка двойной антиагрегантной терапии у пациентов с острым коронарным синдромом, подвергшихся чрескожному коронарному вмешательству. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2025;24(6S):17. [Rakhmatullina D.M., Kamalov G.M. Clinical and laboratory assessment of dual antiplatelet therapy in patients with acute coronary syndrome who underwent percutaneous coronary intervention. Cardiovascular Therapy and Prevention. 2025;24(6S):17 (in Russ.)].
30. Bougatef H., Krichen F., Capitani F. et al. Purification, compositional analysis, and anticoagulant capacity of chondroitin sulfate/dermatan sulfate from bone of corb (Sciaena umbra). Int J Biol Macromol. 2019;134:405–412. DOI: 10.1016/j.ijbiomac.2019.05.036
31. Zhang X., Liu H., Lin L. et al. Synthesis of Fucosylated Chondroitin Sulfate Nonasaccharide as a Novel Anticoagulant Targeting Intrinsic Factor Xase Complex. Angew Chem Int Ed Engl. 2018;57(39):12880–12885. DOI: 10.1002/anie.201807546
32. Zhang X., Yao W., Xu X. et al. Synthesis of fucosylated chondroitin sulfate glycoclusters: a robust route to new anticoagulant agents. Chemistry. 2018;24(7):1694–1700. DOI: 10.1002/chem.201705177
33. Золотовская И.А., Давыдкин И.Л., Повереннова И.Е. Терапия неспецифической боли в нижней части спины у пациентов с высоким кардиоваскулярным риском. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2019;119(8):18–23. [Zolotovskaya I.A., Davydkin I.L., Poverennova I.E. Therapy of nonspecific lower back pain in patients with high cardiovascular risk. S.S. Korsakov Journal of Neurology and Psychiatry. 2019;119(8):18–23 (in Russ.)]. DOI: 10.17116/jnevro201911908118
34. Васильева Л.В., Евстратова Е.Ф., Карпухина Е.П., Шавловская О.А. Оценка динамики уровня D-димера и С-реактивного белка у пациентов с остеоартритом, перенесших COVID-19, на фоне терапии парентеральной формой хондроитина сульфата. РМЖ. 2022;6:66–70. [Vasilyeva L.V., Evstratova E.F., Karpukhina E.P., Shavlovskaya O.A. Assessment of the D-dimer and C-reactive protein levels in patients with osteoarthritis who experienced COVID-19 during therapy with a parenteral form of chondroitin sulfate. RMJ. 2022;6:66–70 (in Russ.)].
35. Громова О.А., Торшин И.Ю., Лила А.М. и др. Профилактика рестеноза у пациентов после чрескожного коронарного вмешательства: возможный патогенетический подход. РМЖ. 2019;8(I):33–40. [Gromova O.A., Torshin I.Yu., Lila A.M. et al. Prevention of restenosis in patients after percutaneous coronary intervention: possible pathogenetic approach. RMJ. 2019;8(I):33–40 (in Russ.)].