Влияние наличия спондилита на показатели качества жизни, работоспособности, сопутствующих иммуновоспалительных заболеваний у пациентов молодого и среднего возраста с аксиальным спондилоартритом

лет

предоставляем актуальную медицинскую информацию от ведущих специалистов, помогая врачам в ежедневной работе

Присоединяйтесь!

Уведомления

Личный
кабинет

лет

Присоединяйтесь!

лет

Присоединяйтесь!

Влияние наличия спондилита на показатели качества жизни, работоспособности, сопутствующих иммуновоспалительных заболеваний у пациентов молодого и среднего возраста с аксиальным спондилоартритом

Ревматология

203

30 апреля 2026

Иванова Л.В. 1
Абдулганиева Д.И. 2, 3

БУЗ УР «РКДЦ МЗ УР», Ижевск, Россия

ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России, Казань, Россия

ГАУЗ «РКБ МЗ РТ», Казань, Россия

Цель исследования: оценка частоты встречаемости различных вариантов спондилита (Сп) по данным магнитно-резонансной томографии (МРТ) позвоночника у пациентов молодого и среднего возраста с аксиальным спондилоартритом (АксСпА), а также анализ показателей качества жизни (КЖ) и трудоспособности у пациентов со Сп и без него.

Материал и методы: в исследование включен 71 пациент с АксСпА. С помощью МРТ позвоночника определяли варианты Сп. Показатели, оцениваемые пациентами (Patient Reported Outcomes, PRO), тестировали по совокупности опросников: КЖ — с помощью опросников EQ-5D-5L, EQ-5D-3L, AsQoL, ASAS Health Index; для измерения трудоспособности использовали опросник WPAI. Скрининг на сопутствующие иммуновоспалительные заболевания (ИВЗ) проводили с помощью Универсального междисциплинарного опросника для выявления клинических признаков ИВЗ. Осуществляли сравнение показателей PRO, трудоспособности и сопутствующих ИВЗ среди пациентов с обнаруженным Сп и без него.

Результаты исследования: Сп выявлен у 42 (59,1%) пациентов, наиболее часто были представлены: передний Сп типа А (40,4%) и задний Сп типа А (14,3%). Костные шпоры в направлении передней связки обнаружены в 13 (30,9%) случаях, задней — в 7 (16,7%), анкилоз переднего угла — в 8 (19%), заднего угла — в 5 (11,9%). По результатам оценки показателей КЖ у пациентов со Сп и без Сп по опросникам AsQOL и ASAS-HI не выявлено значимых различий. Вне зависимости от наличия или отсутствия Сп пациенты с АксСпА были трудоустроены одинаково часто: среди пациентов со Сп имели трудоустройство 28 (66,7%) человек, без Сп — 19 (65,5%). У пациентов с АксСпА и Сп отмечено снижение показателей производительности в виде более выраженного абсентеизма (р<0,05). По результатам заполнения пациентами с АксСпА блоков «Дерматология» и «Гастроэнтерология» Универсального опросника для выявления сопутствующих ИВЗ выяснили, что в 31 (43,67%) случае требовалось исключение псориаза; в 36 (50,7%) — воспалительных заболеваний кишечника.

Заключение: полученные результаты свидетельствуют о высокой распространенности воспалительных изменений позвоночника по данным МРТ при АксСпА: передний Сп типа А — наиболее встречаемый (17 (40,4%) пациентов), несколько реже — задний Сп типа А (6 (14,3%)). Исследование показало значимое снижение КЖ согласно опросникам AsQoL, ASAS-HI у пациентов с АксСпА, но без различий среди групп со Сп и без Сп. Продемонстрировано также сильное снижение показателей производительности в виде более выраженного абсентеизма (р<0,05) у пациентов с АксСпА со Сп; у пациентов без Сп 100% абсентеизм не выявлен ни в одном случае (0%), со Сп — в 2 (6,9%) случаях (р<0,05). Показан пример практического применения Универсального опросника среди пациентов с АксСпА для скрининга сопутствующих ИВЗ.

Ключевые слова: анкилозирующий спондилит, псориатический артрит, сакроилиит, спондилит, качество жизни.

Impact of spondylitis on quality of life, work productivity, and comorbid immune-mediated inflammatory diseases in young and middle-aged patients with axial spondyloarthritis

L.V. Ivanova¹, D.I. Abdulganieva^2,3

¹Republican Clinical Diagnostic Center of the Ministry of Health of the Udmurt Republic, Izhevsk, Russian Federation

²Republican Clinical Hospital of the Ministry of Health of the Republic of Tatarstan, Kazan, Russian Federation

³Kazan State Medical University, Kazan, Russian Federation

Aim: to evaluate the prevalence of various spondylitis subtypes based on magnetic resonance imaging (MRI) of the spine in young and middle-aged patients with axial spondyloarthritis (axSpA), and to analyze quality of life (QoL) and work productivity outcomes in patients with and without spondylitis.

Materials and Methods: the study enrolled 71 patients with axSpA. Spondylitis subtypes were identified by spinal MRI. Patient-reported outcomes (PROs) were assessed using a combination of questionnaires: QoL was measured with the EQ-5D-5L, EQ-5D-3L, AsQoL, and ASAS Health Index instruments; work productivity was evaluated using the Work Productivity and Activity Impairment (WPAI) questionnaire. Screening for comorbid immune-mediated inflammatory diseases (IMIDs) was performed using the Universal Multidisciplinary Questionnaire for the identification of clinical signs of IMIDs. PROs, work productivity parameters, and comorbid IMIDs were compared between patients with and without detected spondylitis.

Results: spondylitis was identified in 42 (59.1%) patients, with the most common subtypes being anterior type A spondylitis (40.4%) and posterior type A spondylitis (14.3%). Bone spurs directed toward the anterior longitudinal ligament were found in 13 (30.9%) cases, toward the posterior ligament in 7 (16.7%), anterior corner ankylosis in 8 (19.0%), and posterior corner ankylosis in 5 (11.9%). Assessment of QoL using the AsQoL and ASAS-HI questionnaires revealed no significant differences between patients with and without spondylitis. Regardless of the presence or absence of spondylitis, patients with axSpA were equally likely to be employed: 28 (66.7%) patients with spondylitis and 19 (65.5%) without spondylitis were employed. Patients with axSpA and spondylitis demonstrated reduced productivity indices manifested as significantly greater absenteeism (p<0.05). Analysis of the "Dermatology" and "Gastroenterology" sections of the Universal Questionnaire for comorbid IMID screening in patients with axSpA revealed that 31 (43.67%) cases required exclusion of psoriasis and 36 (50.7%) required exclusion of inflammatory bowel disease (IBD).

Conclusion: the findings indicate a high prevalence of inflammatory spinal changes on MRI in axSpA: anterior type A spondylitis was the most common subtype (17 [40.4%] patients), followed somewhat less frequently by posterior type A spondylitis (6 [14.3%]). The study demonstrated a significant reduction in QoL according to the AsQoL and ASAS-HI questionnaires in patients with axSpA, albeit without differences between groups with and without spondylitis. A significant decrease in productivity indices was also demonstrated, manifested as greater absenteeism (p<0.05) in axSpA patients with spondylitis; among patients without Sp, 100% absenteeism was not detected in any case (0%), whereas in those with spondylitis it was observed in 2 (6.9%) cases (p<0.05). A practical application of the Universal Questionnaire for screening of comorbid IMIDs among patients with axSpA is demonstrated.

Keywords: ankylosing spondylitis, psoriatic arthritis, sacroiliitis, spondylitis, quality of life.

For citation: Ivanova L.V., Abdulganieva D.I. Impact of spondylitis on quality of life, work productivity, and comorbid immune-mediated inflammatory diseases in young and middle-aged patients with axial spondyloarthritis. Russian Medical Inquiry. 2026;10(3):116–121 (in Russ.). DOI: 10.32364/2587-6821-2026-10-3-2

Для цитирования: Иванова Л.В., Абдулганиева Д.И. Влияние наличия спондилита на показатели качества жизни, работоспособности, сопутствующих иммуновоспалительных заболеваний у пациентов молодого и среднего возраста с аксиальным спондилоартритом. РМЖ. Медицинское обозрение. 2026;10(3):116-121. DOI: 10.32364/2587-6821-2026-10-3-2.

Введение

Спондилоартриты (СпА) представляют собой гетерогенную группу иммуновоспалительных заболеваний (ИВЗ), имеющих общие клинико-патогенетические механизмы. Современная классификация выделяет аксиальный спондилоартрит (АксСпА) (включая рентгенографическую и нерентгенографическую формы) и периферические варианты заболевания [1, 2]. Рентгенографический АксСпА соответствует традиционным критериям и описанию анкилозирующего спондилита (Сп) (рентген-стадия сакроилиита II стадии и выше с обеих сторон или III стадии хотя бы с одной стороны), тогда как нерентгенографический АксСпА при наличии клинических признаков характеризуется отсутствием достоверных характерных структурных изменений по данным стандартной рентгенографии и/или признаков воспаления крестцово-подвздошных суставов и позвоночника по данным магнитно-резонансной томографии (МРТ) [3, 4]. Среди аксиальных проявлений особый интерес представляют малоизученные поражения позвоночника в виде угловых и неугловых Сп, воспаления задних элементов позвонка, поскольку они влекут за собой необратимые функциональные и метрологические нарушения, что зачастую определяет показатели работоспособности и качества жизни (КЖ) пациентов. В 2022 г. осевые поражения при СпА были унифицированы рабочей группой ASAS, однако частота их представленности и связь с отдельными внесуставными проявлениями СпА остаются неизученными, что акцентирует необходимость их дальнейшего всестороннего изучения [5]. Эпидемиологические исследования демонстрируют наибольшую распространенность АксСпА среди лиц молодого и среднего возраста согласно классификации Всемирной организации здравоохранения (преимущественно в возрастных группах 18–44 и 45–59 лет) [1]. Клинически АксСпА характеризуется вариабельностью сочетания различных аксиальных (Сп, сакроилиит), внеаксиальных (артрит, энтезит, дактилит) и внесуставных (увеит, воспалительные заболевания кишечника, псориаз, аортит) проявлений. Поскольку дебют болезни зачастую наблюдается в трудоспособном возрасте, это обусловливает его существенное социально-экономическое значение, которое отражается, в частности, на показателях профессиональной активности и уровне инвалидизации, а также КЖ, которые нельзя не учитывать при оценке течения заболевания в каждом клиническом случае индивидуально. Таким образом, очевиден социально-экономический ущерб от СпА, его влияние на функциональный статус и инвалидизацию пациентов, особенно при поздних аксиальных рентгенографических формах заболевания. Представляется целесообразным изучение степени влияния АксСпА на показатели, оцениваемые пациентами (Patient Reported Outcomes, PRO), — показатели КЖ и трудоспособности в зависимости от клинического течения заболевания [6]. Кроме явных клинических суставных и внесуставных симптомов в литературе обсуждается присутствие минимальных проявлений внесуставных ИВЗ при СпА. С целью ранней диагностики сопутствующих (внесуставных) проявлений СпА группой ведущих экспертов был разработан и рекомендован к внедрению Универсальный междисциплинарный опросник для выявления клинических признаков ИВЗ [7]. Его применение важно для оптимизации и стратификации рисков, индивидуализации терапии и разработки комплексных междисциплинарных подходов к ведению пациентов с АксСпА.

Цель исследования: оценка частоты встречаемости различных вариантов спондилита по данным МРТ позвоночника у пациентов молодого и среднего возраста с АксСпА, а также анализ показателей КЖ и трудоспособности у пациентов со спондилитом и без него.

Материал и методы

В исследование проспективно включен 71 пациент с АксСпА, обратившийся за амбулаторной помощью в БУЗ УР «РКДЦ МЗ УР» [3]. Критерии включения: достоверный диагноз АксСпА на основании рекомендаций ASAS, согласие участвовать во всех этапах исследования (МРТ позвоночника и заполнение опросников), добровольное подписание информированного согласия на участие в исследовании. Критерии невключения: невозможность проведения МРТ позвоночника, отказ от участия.

Большинство включенных пациентов с АксСпА — мужского пола (67,6%), трудоспособного возраста (29,6±10,0; 37,8–54,5 года), из которых 32 (45,1%) имеют 2-ю и 3-ю группу инвалидности. Средняя длительность заболевания составила 132 [84; 132]; 41,1–198,8 мес. Средние значения индекса ASDAS составили 2,9±1,3; 2,4–3,5 балла, BASDAI — 4,3±2,2; 3,43–5,2. Пятьдесят девять (83%) пациентов принимали нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП), 36 (50,7%) — базисные противовоспалительные, 42 (59,1%) — генно-инженерные биологические препараты. Среди пациентов с АксСпА 58 (81,7%) имели достоверный сакроилиит по данным рентгенографии таза (рентгенографический АксСпА).

Выявление Сп, классифицируемых ASAS, проводили с помощью МРТ позвоночника в импульсных последовательностях Т1 без подавления сигнала от жировой ткани и Т2 short tau inversion recovery (STIR) для оценки хронических и активных воспалительных изменений осевого скелета в виде Сп; количественную активность Сп учитывали по международному индексу SPARCC [8]. Выявлены следующие варианты Сп: «правильный» угловой Сп передний и задний (тип А); «неправильный» угловой Сп (тип В); асептический спондилодисцит; воспаление реберно-позвоночных суставов и фасеточных суставов; воспаление связок позвоночника и реберно-поперечных суставов; костная шпора в направлении продольных связок; анкилоз.

PRO оценивали по совокупности опросников: КЖ определяли с помощью опросников EQ-5D-5L, EQ-5D-3L, AsQoL, ASAS Health Index, в каждом из которых при наборе пациентами 0 баллов делали вывод об отсутствии снижения КЖ [9–12]; оценку трудоспособности определяли с помощью опросника WPAI [13]. Скрининг на сопутствующие ИВЗ проводили с помощью Универсального междисциплинарного опросника для выявления клинических признаков ИВЗ [7].

Этический комитет ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России одобрил проведение научного исследования (протокол № 11 от 19.12.2023). Каждый пациент подписал информированное согласие.

Статистическая обработка результатов проводилась с помощью компьютерного софта IBM SPSS Statistics 26.0. Нормальность распределения рядов определяли критерием Колмогорова — Смирнова. Для нормально распределенных данных определяли среднее значение (М), стандартное отклонение (СО) и 95% доверительный интервал (ДИ) (М±СО; 95% ДИ), для данных, распределенных отлично от нормального, указаны медиана (Me), 1-й и 3-й квартили и 95% ДИ (Ме [Q1; Q3]; 95% ДИ). Достоверность различий оценивали критерием Стьюдента для независимых выборок нормально распределенных независимых переменных, критерием Манна — Уитни — для распределенных отлично от нормального независимых переменных. Корреляционную связь определяли с помощью показателя ранговой корреляции Пирсона (r). Оценку степени корреляции проводили по шкале Чеддока. Различия считали статистически значимыми при p<0,05.

Результаты и обсуждение

Спондилит по данным МРТ позвоночника выявлен у 42 (59,1%) пациентов, в большинстве случаев — сочетанный (25 (59,5%)). Наиболее встречаемым вариантом Сп были передний Сп типа А — у 17 (40,4%) пациентов (чаще — в виде жирового перерождения, несколько реже — активный и в виде эрозивного поражения). Чаще Сп локализовался в поясничном отделе позвоночника (12 (28,5%) пациентов), реже — в грудном (9 (21,4%)) и шейном (5 (11,9%)) отделах (рис. 1). Ниже была частота заднего Сп типа А — в 6 (14,3%) случаях (чаще — в виде жирового перерождения, реже — активного и эрозивного поражения): в поясничном отделе позвоночника у 5 (11,9%) пациентов, в грудном — у 2 (4,8%) и в шейном отделе у 2 (4,8%) пациентов. Также был выявлен асептический спондилодисцит, который локализовался в грудном отделе позвоночника у 5 (71,4%) пациентов, в поясничном — у 2 (28,6%).

Рис. 1. Особенности спондилитов у пациентов с АксСпА. У ряда пациентов одновременно были выявлены несколько особенностей Сп, например явления и активного, и хронического Сп, а также жирового перерождения Fig. 1. Spondylitis patterns in patients with axSpA

Часто выявлялись костные шпоры, анкилозы. Костные шпоры в направлении передней связки выявлены в 13 (30,9%) случаях, задней — в 7 (16,7%), анкилоз переднего угла — в 8 (19%), заднего угла — в 5 (11,9%), сочетанные поражения — у 5 (11,9%) пациентов.

Обнаруженные данные частоты встречаемости Сп по данным МРТ сопоставимы с результатами зарубежных исследований [14–17].

Далее нами была проведена оценка КЖ у пациентов с АксСпА по опросникам AsQoL, ASAS-HI, EQ-5D-3L, EQ-5D-5L. Как показано в таблице 1, у пациентов с АксСпА отмечается снижение КЖ согласно опросникам AsQoL, ASAS-HI. Проведена оценка показателей опросников AsQoL, ASAS-HI у пациентов с АксСпА по группам со Сп (42 (59,1%)) и без Сп (29 (40,9%)), в результате не выявлено значимых различий в показателях КЖ.

Таблица 1. Оценка КЖ у пациентов с АксСпА по опросникам AsQoL и ASAS-HI Table 1. Quality of life assessment in patients with axSpA using the AsQoL and ASAS-HI questionnaires

При применении опросников EQ-5D-5L и EQ-5D-3L получены результаты, свидетельствующие о снижении КЖ среди пациентов с АксСпА (табл. 2).

Таблица 2. Оценка КЖ у пациентов с АксСпА по опросникам EQ-5D-5L и EQ-5D-3L Table 2. Quality of life assessment in patients with axSpA using the EQ-5D-5L and EQ-5D-3L questionnaires

Проведено сравнение показателей опросников EQ-5D-5L и EQ-5D-3L у пациентов с АксСпА в группах со Сп и без Сп, по результатам которого не выявлено значимых различий (табл. 3).

Таблица 3. Сравнение показателей КЖ у пациентов с АксСпА со Сп и без Сп по опросникам EQ-5D-5L и EQ-5D-3L Table 3. Comparison of QoL parameters in axSpA patients with and without Sp using the EQ-5D-5L and EQ-5D-3L questionnaires

Среди пациентов с АксСпА трудоустроены были 47 (66,2%) пациентов. Вне зависимости от наличия Сп пациенты с АксСпА были трудоустроены одинаково часто: среди пациентов со Сп имели трудоустройство 28 (66,7%) человек, без Сп — 19 (65,5%) (p>0,05).

Проведена оценка показателей работоспособности по опроснику WPAI (табл. 4). У пациентов с АксСпА отмечено снижение показателей производительности в виде абсентеизма (0% абсентеизм определен у 31 (43,67%) участника, 100% абсентеизм — у 2 (2,8%)), презентеизма, общего снижения производительности (ОСП) и снижения повседневной активности (СПА). У пациентов с АксСпА со Сп отмечено значимое снижение показателей производительности в виде более выраженного абсентеизма (p<0,05). У пациентов без Сп 0% абсентеизм определен в 14 (43,67%) случаях, со Сп — в 17 (58,6%) (p>0,05). У пациентов без Сп 100% абсентеизм не выявлен ни в одном случае (0%), со Сп — выявлен в 2 (6,9%) случаях (p<0,05).

Таблица 4. Оценка показателей работоспособности по опроснику WPAI у пациентов с АксСпА и в зависимости от нали- чия Сп Table 4. Work productivity assessment using the WPAI questionnaire in patients with axSpA according to spondylitis status

Более ранние исследования были направлены в первую очередь на сравнение КЖ и трудоспособности при рентгенографических и нерентгенографических формах СпА, они также не обнаружили значимых различий в PRO пациентов со СпА [17–19].

По результатам заполнения пациентами с АксСпА блоков «Дерматология» и «Гастроэнтерология» Универсального опросника для выявления сопутствующих ИВЗ было обнаружено, что 31 (43,67%) пациент (идентифицирован как группа «Дерматология+») предъявлял жалобы на кожный процесс, требующий исключения псориаза; 36 (50,7%) пациентов (идентифицированы как группа «Гастроэнтерология+») имели жалобы, требующие исключения воспалительных заболеваний кишечника (ВЗК). При сравнении групп «Дерматология+» и «Дерматология-» не выявлено различий в частоте вариантов Сп. При сравнении групп «Гастроэнтерология+» и «Гастроэнтерология-» выявлены различия в частоте вариантов Сп: в группе «Гастроэнтерология+» достоверно чаще встречались угловой Сп передний типа А (11 случаев против 6 случаев, p<0,05), костная шпора в направлении передней продольной связки (8 случаев против 5 случаев, p<0,05). В группе «Гастроэнтерология+» выявлены более высокие показатели активности спондилита SPARCC (19±1,3; 2,1–40,1 против 14,2±6,7; 3,5–24,9 (p<0,05)). Отмечена прямая корреляционная связь (заметная положительная) между фактом положительного скрининга на симптомы, требующие исключения ВЗК, и ростом значений счета активности Сп SPARCC (r=0,68, p<0,05), что можно объяснить с точки зрения современного понимания потенцирующей роли кишечного микробиома и его метаболитов в патогенезе СпА. В настоящее время считается, что дисбиоз и измененные иммунные реакции в кишечнике потенциально запускают или усугубляют СпА за счет нарушения кишечного барьера, изменения оси интерлейкинов 23 и 17 (рис. 2) [20, 21].

Рис. 2. Корреляционная связь между фактом положитель- ного скрининга на симптомы, требующие исключения ВЗК, и ростом значений счета активности спондилита SPARCC Fig. 2. Correlation between a positive screening result for symptoms requiring exclusion of IB

Заключение

Спондилит, выявляемый на МРТ, у пациентов молодого и среднего возраста с АксСпА является частым проявлением болезней группы СпА и по результатам проведенного исследования наиболее часто представлен передним и задним Сп, асептическим спондилодисцитом, костными шпорами. Для врача-ревматолога упрощается проведение дифференциального диагноза по данным МРТ позвоночника, а также мониторинга инструментальной активности и эффективности проводимого лечения и прогрессирования болезни, если он учитывает характер и частоту встречаемости вариантов Сп в совокупности с его клиническими проявлениями. Текущим исследованием среди пациентов молодого и среднего возраста с АксСпА выявлено снижение показателей КЖ и работоспособности по данным болезнь-специфических и болезнь-неспецифических опросников, при этом не обнаружены значимые различия в оценке PRO в зависимости от наличия или отсутствия у них Сп по данным МРТ. Однако у пациентов со Сп на фоне АксСпА 100% абсентеизм выявлен в 2 (6,9%) случаях, а среди пациентов без Сп не выявлен ни в одном случае. Таким образом, данное исследование подтверждает, насколько важно обращать внимание на то, что болезнь оказывает влияние на все аспекты жизни пациента (психологические, бытовые, социальные, профессиональные), а не только на медицинские. Учитывая влияние АксСпА на работоспособность, врачу следует уделять особое внимание вопросам трудового анамнеза, в том числе при планировании тактики ведения пациента. Пример практического применения среди пациентов с АксСпА Универсального опросника для скрининга сопутствующих ИВЗ подтверждает важность активного и целенаправленного поиска внесуставных ИВЗ, связанных со СпА. С практической точки зрения пациенты молодого и среднего возраста с АксСпА чаще всего предъявляют жалобы, требующие исключения сопутствующего ИВЗ в виде ВЗК и псориаза. Выявление признаков ИВЗ необходимо для выбора оптимального лечения и предупреждения осложнений.

Сведения об авторах:

Иванова Лариса Владимировна — главный внештатный специалист по ревматологии МЗ УР, заведующая ревматологическим отделением стационара БУЗ УР «РКДЦ МЗ УР»; 426009, Россия, г. Ижевск, ул. Ленина, д. 87Б; ORCID iD 0000-0003-0411-6118

Абдулганиева Диана Ильдаровна — д.м.н., профессор РАН, главный внештатный специалист по терапии МЗ РТ, заведующая кафедрой госпитальной терапии ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России; 420012, Россия, г. Казань, ул. Бутлерова, д. 49; главный специалист-терапевт ГАУЗ «РКБ МЗ РТ»; 420064, Россия, г. Казань, Оренбургский тракт, д. 138; ORCID iD 0000-0001-7069-2725

Контактная информация: Иванова Лариса Владимировна, e-mail: loraivanova7@mail.ru

Прозрачность финансовой деятельности: авторы не имеют финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.

Конфликт интересов отсутствует.

Статья поступила 17.02.2026.

Поступила после рецензирования 11.03.2026.

Принята в печать 27.03.2026.

About the authors:

Larisa V. Ivanova — Chief Freelance Rheumatologist of the Ministry of Health of the Udmurt Republic; Head of the Inpatient Rheumatology Department, Republican Clinical

Diagnostic Center of the Ministry of Health of the Udmurt Republic; 87В, Lenin str., Izhevsk, 426009, Russian Federation; ORCID iD 0000-0003-0411-6118

Diana I. Abdulganieva — Dr. Sc. (Med.), Professor of the Russian Academy of Sciences, Chief Freelance Internal Medicine Specialist of the Ministry of Health of the Republic of Tatarstan, Head of the Department of Hospital Internal Medicine, Kazan State Medical University; 49, Butlerov str., Kazan, 420012, Russian Federation; Chief Internal Medicine Specialist, Republican Clinical Hospital of the Ministry of Health of the Republic of Tatarstan; 138, Orenburgsky Trakt, Kazan, 420064, Russian Federation; ORCID iD 0000-0001-7069-2725

Contact information: Larisa V. Ivanova, e-mail: loraivanova7@mail.ru

Financial Disclosure: no authors have a financial or property interest in any material or method mentioned.

There is no conflict of interest.

Received 17.02.2026.

Revised 11.03.2026.

Accepted 27.03.2026.

1. Dean L.E., Jones G.T., MacDonald A.G. et al. Global prevalence of ankylosing spondylitis. Rheumatology (Oxford). 2014;53(4):650–657. DOI: 10.1093/rheumatology/ket387
2. Proft F., Poddubnyy D. Ankylosing spondylitis and axial spondyloarthritis: recent insights and impact of new classification criteria. Ther Adv Musculoskelet Dis. 2018;10(5–6):129–139. DOI: 10.1177/1759720X18773726
3. Van der Heijde D., Molto A., Ramiro S. et al. Goodbye to the term ‘ankylosing spondylitis', hello ‘axial spondyloarthritis': time to embrace the ASAS-defined nomenclature. Ann Rheum Dis. 2024;83(5):547–549. DOI: 10.1136/ard-2023-225185
4. Dougados M., Gensler L.S., Santos M.J. et al. Do patients with axial spondyloarthritis with radiographic sacroiliitis fulfil both the modified New York criteria and the ASAS axial spondyloarthritis criteria? Results from eight cohorts. Spondyloarthritis. 2019;78(11):1545–1549. DOI: 10.1136/annrheumdis-2019-215707
5. Baraliakos X., Østergaard M., Lambert R.G. et al. MRI lesions of the spine in patients with axial spondyloarthritis: an update of lesion definitions and validation by the ASAS MRI working group. Ann Rheum Dis. 2022;81(9):1243–1251. DOI: 10.1136/annrheumdis-2021-222081
6. Churruca K., Pomare C., Ellis L.A. et al. Patient-reported outcome measures (PROMs): A review of generic and condition-specific measures and a discussion of trends and issues. Health Expect. 2021;24(4):1015–1024. DOI: 10.1111/hex.13254
7. Абдулганиева Д.И., Бакулев А.Л., Белоусова Е.А. и др. Проект междисциплинарных рекомендаций по диагностике, методам оценки степени активности, терапевтической эффективности и применению генно-инженерных биологических препаратов у пациентов с сочетанными иммуновоспалительными заболеваниями (псориаз, псориатический артрит, болезнь Крона). Современная ревматология. 2018;12(3):4–18. DOI: 10.14412/1996-7012-2018-3-4-18Abdulganieva D.I., Bakulev A.L., Belousova E.А. et al. Draft interdisciplinary guidelines for diagnosis, methods for estimation of the degree of activity, for evaluation of therapeutic efficacy, and for use of biological agents in patients with concomitant immunoinflammatory diseases (psoriasis, psoriatic arthritis, Crohn's disease). Modern Rheumatology Journal. 2018;12(3):4–18 (in Russ.). DOI: 10.14412/1996-7012-2018-3-4-18
8. Акулова А.И., Гайдукова И.З., Ребров А.П. Валидация версии 5l опросника EQ-5D в России. Научно-практическая ревматология. 2018;56(3):351–355. DOI: 10.14412/1995-4484-2018-351-355Akulova A.I., Gaydukova I.Z., Rebrov A.P. Validation of the EQ-5D-5L version in Russia. Rheumatology Science and Practice. 2018;56(3):351–355 (in Russ.). DOI: 10.14412/1995-4484-2018-351-355
9. Александрова Е.А., Хабибуллина А.Р., Аистов А.В. и др. Российские популяционные показатели качества жизни, связанного со здоровьем, рассчитанные с использованием опросника EQ-5D-3L. Сибирский научный медицинский журнал. 2020;40(3):99–107. DOI: 10.15372/SSMJ20200314Aleksandrova E.A., Khabibullina A.R., Aistov A.V. et al. Russian population health-related quality of life indicators calculated using the EQ-5D-3L questionnaire. Siberian Scientific Medical Journal. 2020;40(3):99-107 (in Russ.). DOI: 10.15372/SSMJ20200314
10. Воробьева Л.Д., Дубинина Т.В., Саблина А.О. и др. Валидация русскоязычного опросника Ankylosing Spondylitis Quality of Life (ASQoL). Современная ревматология. 2024;18(4):43–50. DOI: 10.14412/1996-7012-2024-4-43-50Vorobyova L.D., Dubinina T.V., Sablina A.O. et al. Validation of the Russian-language version of Ankylosing Spondylitis Quality of Life (ASQoL) questionnaire. Modern Rheumatology Journal. 2024;18(4):43–50 (in Russ.). DOI: 10.14412/1996-7012-2024-4-43-50
11. Гайдукова И.З., Акулова А.И., Ребров А.П. и др. Адаптация русскоязычной версии индекса здоровья ASAS (ASAS Health Index). Научно-практическая ревматология. 2019;57(1):56–61. DOI: 10.14412/1995-4484-2019-56-61Gaidukova I.Z., Akulova A.I., Rebrov A.P. et al. Adaptation of the Russian version of the ASAShealth index. Rheumatology Science and Practice. 2019;57(1):56–61 (in Russ.). DOI: 10.14412/1995-4484-2019-56-61
12. Логинова Е.Ю., Коротаева Т.В., Корсакова Ю.Л. и др. Клинический статус и трудоспособность пациентов, включенных в Общероссийский регистр пациентов с псориатическим артритом. Современная ревматология. 2020;14(3):19–26. DOI: 10.14412/1996-7012-2020-3-19-26Loginova E.Y., Korotaeva T.V., Korsakova Y.L. et al. The clinical status and working capacity in patients included in the All-Russian Psoriatic Arthritis Registry. Modern Rheumatology Journal. 2020;14(3):19–26 (in Russ.). DOI: 10.14412/1996-7012-2020-3-19-26
13. Chen J., Huang Y., Huang H. Utility of Magnetic Resonance Imaging in Assessing Disease Activity in Axial Spondyloarthritis Regardless of C-Reactive Protein Status. J Inflamm Res. 2025;18:16519–16529. DOI: 10.2147/JIR.S543602
14. Farisogullari B., Wichuk S., Baraliakos X. Prevalence and anatomical distribution of MRI lesions in axSpA and differences between patients with and without peripheral involvement: results from the ASAS classification cohort. RMD Open. 2026;12(1):e006266. DOI: 10.1136/rmdopen-2025-006266
15. Motamedi D., Patel R., Devulapalli K.K. et al. MR distribution of active inflammatory and chronic structural sacroiliac joint changes in axial spondyloarthropathy: Challenging conventional wisdom. Clin Imaging. 2019;58:70–73. DOI: 10.1016/j.clinimag.2019.06.003
16. Ez-Zaitouni Z., Bakker P.A., van Lunteren M. et al. The yield of a positive MRI of the spine as imaging criterion in the ASAS classification criteria for axial spondyloarthritis: results from the SPACE and DESIR cohorts. Ann Rheum Dis. 2017;76:1731–1736. DOI: 10.1136/annrheumdis-2017-211486
17. Van Hoeven L., Boonen A., Hazes J.M.W. et al. Work outcome in yet undiagnosed patients with non-radiographic axial spondyloarthritis and ankylosing spondylitis; results of a cross-sectional study among patients with chronic low back pain. Arthritis Res Ther. 2017;19(1):143. DOI: 10.1186/s13075-017-1333-x
18. Paul L., McDonald M.T., McConnachie A. et al. Online physiotherapy for people with axial spondyloarthritis: quantitative and qualitative data from a cohort study. Rheumatol Int. 2024;44(1):145–156. DOI: 10.1007/s00296-023-05456-6
19. Hunter T., Sandoval D., Booth N. et al. Comparing symptoms, treatment patterns, and quality of life of ankylosing spondylitis and non-radiographic axial spondyloarthritis patients in the USA: findings from a patient and rheumatologist Survey. Clin Rheumatol. 2021;40(8):3161–3167. DOI: 10.1007/s10067-021-05642-6
20. Song Z.Y., Yuan D., Zhang S.X. Role of the microbiome and its metabolites in ankylosing spondylitis. Front Immunol. 2022;13:1010572. DOI: 10.3389/fimmu.2022.1010572
21. Lobiuc A., Groppa L., Chislari L. et al. Gut microbiota and ankylosing spondylitis: current insights and future challenges. Microb Cell. 2025;12:210–230. DOI: 10.15698/mic2025.08.857