Антибиотики как модуляторы кишечной микробиоты: между добром и злом

Ключевые слова
Похожие статьи в журнале РМЖ

Читайте в новом номере

Импакт фактор - 0,738*

*Импакт фактор за 2017 г. по данным РИНЦ

Регулярные выпуски «РМЖ» №11(II) от 29.10.2018 стр. 131-136
Рубрика: Эндокринология
Ожирение прогрессирует в ряде стран мира со скоростью настоящей эпидемии. Микробиом играет важную роль в поддержании здоровья, иммунитета и обмена веществ. Сегодня антибиотики бесценны для лечения многих серьезных инфекций и продолжают спасать бесчисленные жизни. Побочные влияния от лечения антибиотиками на кишечную микрофлору варьируются от быстропроходящей самостоятельно «функциональной» диареи до опасного для жизни псевдомембранозного колита. Новые эпидемиологические исследования показали, что воздействие антибиотиков связано с повышенным риском набора избыточного веса и ожирения. Нарушения микрофлоры кишечника происходят не только из-за лечения антибиотиками. Антибиотики широко используются в качестве стимуляторов роста в сельском хозяйстве, они накапливаются в мясе животных и птицы, которое мы употребляем в пищу. Пробиотики являются агентами, способными модулировать и улучшать кишечную микрофлору при антибиотикотерапии. Пробиотики не только профилактируют и лечат антибиотик-ассоциированную диарею, но и способствуют снижению веса и уменьшают индекс массы тела, они могут помочь улучшить иммунитет, предотвратить простудные и атопические заболевания, а также обладают многими другими эффектами.

Ключевые слова: ожирение, антибиотики, антибиотикотерапия, пробиотики, Максилак.

Для цитирования: Плотникова Е.Ю., Захарова Ю.В. Антибиотики как модуляторы кишечной микробиоты: между добром и злом // РМЖ. 2018. №11(II). С. 131-136
Antibiotics as modulators of intestinal microbiota: between the good and the bad
Plotnikova E.Yu., Zakharova Yu.V.

Kemerovo State Medical University

Obesity is progressing in a number of countries around the world with a real epidemic speed. Microbiomas play an important role in maintaining health, immunity and metabolism. Today antibiotics are invaluable drugs used in the treatment of many serious infections and they continue to save countless number of lives. Side effects from antibiotic treatment on the intestinal microflora range from a self-limited «functional» diarrhea to a life-threatening pseudomembranous colitis. New epidemiological studies have shown that the use of antibiotics is associated with an increased risk of overweight and obesity. But it is not only antibiotic therapy that may cause the disturbance of intestinal microflora. Antibiotics are widely used as growth stimulators in agriculture, they are accumulated in the meat of animals and poultry that we eat. Probiotics are agents that can modulate and improve the intestinal microflora during antibiotic therapy. Probiotics not only prevent and treat antibiotic-associated diarrhea, but also contribute to weight loss and reduce overweight, they can improve immunity, prevent colds and atopic diseases, and also have many other effects.

Key words: obesity, antibiotics, antibiotic therapy, probiotics, Maxilac.
For citation: Plotnikova E.Yu., Zakharova Yu.V. Antibiotics as modulators of intestinal microbiota: between the good and the bad // RMJ. 2018. № 11(II). P. 131–136.

Рассмотрены вопросы антибиотикотерапии и ее влияния на кишечную микробиоту. Показано, что пробиотики являются агентами, способными модулировать и улучшать кишечную микрофлору при применении антибиотиков.

    Распространенность ожирения в мире достигла масштабов эпидемии за последние несколько десятилетий. В 2013 г. 36,9% взрослых мужчин и 29,8% женщин (в возрасте ≥20 лет) имеют избыточный вес (индекс массы тела (ИМТ) — 25–29,9 кг/м2) или ожирение (ИМТ ≥30 кг/м2) [1], а недавние анализы тенденций показывают, что число пациентов с избыточным весом или ожирением продолжает расти во всем мире [2]. Из-за многогранной природы ожирения нет единого или простого решения для борьбы с этой растущей эпидемией. Таким образом, необходимы новые, наиболее результативные индивидуальные методы для эффективной профилактики и лечения избыточного веса и ожирения.
    Исследования на животных и человеке показывают, что триллионы бактерий в кишечнике связаны с энергетическим гомеостазом [3, 4]. Кишечные бактерии ферментируют неперевариваемые углеводы, синтезируют из них короткоцепочечные жирные кислоты (КЖК) и аминокислоты и могут тем самым вносить энергетический вклад в метаболизм хозяина [5, 6]. Побочные продукты процесса бактериальной ферментации могут влиять на аппетит и чувство насыщения [7], также путем модуляции метаболизма желчных кислот [8] микробиота может управлять алиментарным ожирением, «увеличивая» калорийность потребляемой пищи [9, 10]. Кроме того, бактерии кишечника могут манипулировать вкусом индивидуума и его диетическими предпочтениями [11].
     Бактерии освоили нашу планету около 3 млрд лет назад. Доктор Martin J. Blaser очень интересно описывает это в своей книге «Удаленные микробы: как чрезмерное использование антибиотиков помогает развитию наших современных эпидемий», которая вышла в 2014 г. и стала бестселлером: «Они (бактерии) сделали кислород, которым мы дышим, почву, поддерживают наши океаны. Медленно, неумолимо, посредством проб и ошибок на протяжении всего времени они изобрели сложные и надежные системы обратной связи, которые по сей день поддерживают всю жизнь на Земле. Древние, но не примитивные бактериальные клетки — самодостаточные существа, достигают различных форм и размеров и адаптируются практически к каждой экосистеме на Земле» [12]. 99% уникальных генов в наших телах являются бактериальными. Эта популяция из более чем 100 трлн микроорганизмов составляет наш микробиом: совокупность микробных сообществ, которая развилась вместе с homo sapiens, чтобы помочь организовать основные жизненные процессы, начиная с момента рождения.

    Роль микробиоты в поддержании здоровья человека

    Метаболические изменения могут быть вызваны первичным нарушением микробиоты [13], что связано с современными изменениями в физиологии человека [14, 15], которые инициируются внешними факторами. Эпидемиологические исследования показали, что лечение антибиотиками в течение первых 6 мес. жизни [16] или рождение ребенка путем кесарева сечения [17, 18] может увеличить риск накопления избыточного веса в старшем возрасте, не воздействуя напрямую на потребление калорий или метаболизм хозяина [19], но оказывая большое влияние на микробиом [14, 20]. На взаимовыгодные отношения человека с собственными микробами влияют многие аспекты современного образа жизни, включая урбанизацию, международные путешествия и диетические изменения [21], а также антибиотики [22].
    Микробиом играет важную роль в поддержании здоровья, особенно иммунитета и обмена веществ. Не исключено и то, что нарушение этого равновесия может иметь серьезные последствия. Но об этом вряд ли задумывались в 1940-х гг., когда в нашу жизнь вошли антибиотики, уничтожающие бактерии или замедляющие их рост. Смертельные ранее болезни стало возможно предотвратить или вылечить, намного безопаснее стали хирургические операции. Побочные эффекты у антибиотиков казались немногочисленными и незначительными. Сегодня антибиотики — бесценное средство лечения многих серьезных инфекций, продолжающее спасать бесчисленные жизни. Побочные влияния от лечения антибиотиками на кишечную микрофлору варьируются от быстропроходящей самостоятельно «функциональной» диареи до опасного для жизни псевдомембранозного колита [23, 24]. Долгосрочные последствия изменений кишечного микробного пейзажа человека сложно выявить, но хронические состояния, такие как астма и атопические заболевания, зачастую связаны с использованием антибиотиков в детстве и изменениями вследствие этого микробиоты кишечника [25–27]. Многие химические процессы в кишечнике опосредованы специфическими микробными популяциями [28], что может провоцировать развитие рака [29, 30] и ожирения [31, 32], изменения в составе кишечной микрофлоры могут иметь и другие отсроченные серьезные последствия для здоровья [33]. Последствия приема даже одного курса антибиотиков в специфических микробных популяциях в естественных условиях могут сохраняться в течение многих лет [34–36].

    Использование антибиотиков: плюсы и минусы

   
Полная версия статьи доступна только зарегистрированным пользователям


Проблема заключается не в использовании антибиотиков, а в их применении без показаний. В среднем американцы проводят около 30 курсов антибиотиков за 40 лет жизни. При этом за последние 50 лет количество людей с избыточным весом увеличилось в 2 раза, а с ожирением — более чем в 3 раза [37]. При наличии избыточного веса и ожирения возникает повышенный риск таких серьезных заболеваний, как сердечные-сосудистые, онкологические и сахарный диабет. Marion Nestle, заведующая кафедрой исследований питания и пищевых продуктов в Нью-Йоркском университете и автор «Политики питания», утверждает, что стоимость ведения пациентов с заболеваниями, связанными с ожирением, будет «астрономической» [38]. Например, детское ожирение представляет собой дорогостоящую эпидемию, которая затрагивает каждого пятого ребенка, и лечение одного больного с ожирением может обойтись в 19 тыс. долл. США [39]. В 2016 г. было установлено, что затраты системы здравоохранения на лечение тучных австралийских дошкольников на 60% выше, чем на детей с нормальным весом, аналогичные финансовые затраты ожидаются в США и Великобритании [40]. А ожирение взрослых пациентов может быть большим бременем для здравоохранения, чем курение [41].

    Последствия применения антибиотиков у беременных женщин и младенцев

    Исследование когорты датских женщин выявило, что более 40% из них получали антибиотик хотя бы 1 раз во время беременности [42]. Было показано, что в дополнение к нарушению передачи микробиоты от матери к ребенку воздействие пренатального антибиотика влияло на весовые коэффициенты новорожденных, повышало риск ожирения и связанных с ним метаболических нарушений позже в жизни ребенка [43, 44].
    Анализ базы данных уровня антибиотикорезистентности в США в 2010 г., содержащей информацию о более чем 70% американских рецептов [45], продемонстрировал широкое использование антибиотиков, особенно в младенчестве и детстве, которые существенно варьировали в зависимости от региона. Экстраполяция данных показывает, что в возрасте 2 лет в среднем 1 американский ребенок получил почти 3 курса антибиотиков (в основном для лечения острых инфекций ушей и верхних дыхательных путей), около 10 курсов в возрасте до 10 лет и 17 курсов в возрасте до 20 лет. Хотя эти показатели поразительно высоки, они согласуются с предшествующими национальными обследованиями [46, 47]. Взаимосвязь между количеством назначаемых антибиотиков и уровнем ожирения в США представлена на рисунке 1 [48]. Выявлено, что в тех штатах, где чаще всего назначаются курсы антибиотикотерапии, проживают самые тучные люди.
Рис. 1. ИМТ у жителей США (А), количество курсов антибиотикотерапии на 1000 населения США (В)
    В отличие от этого, в Швеции использование антибиотиков у младенцев и взрослых пациентов составляет примерно 40% от того количества, которое назначается в США [49]. Тот факт, что большая часть предписанного использования антибиотиков у детей в США не нужна, признан профессиональными органами, включая Американскую педиатрическую академию [50] и Центр по контролю и профилактике заболеваний [51]. Тем не менее темпы использования антибиотиков в педиатрии в США в период с 2000 до 2010 г. увеличились [52]. Даже в пределах одного региона существует значительная вариабельность назначения врачами лекарств, о чем свидетельствует недавний большой обзор, проведенный крупным медицинским академическим центром [53].
    Новые эпидемиологические исследования подтвердили гипотезу о том, что воздействие антибиотиков в раннем детстве (от 1 года до 3-х лет) связано с повышенным риском развития ожирения. При исследовании более 28 тыс. пар мать — ребенок в датской национальной когорте новорожденных [54] было установлено, что воздействие антибиотика у детей в течение первых 6 мес. связано с повышенным риском избыточного веса в возрасте 7 лет, причем данный эффект у мальчиков был более выраженным, чем у девочек. Эти результаты были подтверждены в лонгитюдном когортном исследовании родителей и детей (ALSPAC), в котором участвовало более 10 тыс. детей. В когорте новорожденных ALSPAC использование антибиотиков в течение первых 6 мес. жизни было связано с увеличением ИМТ в возрасте 10, 20 и 38 мес. Исследование ALSPAC также определило, что материнский ИМТ является вторым фактором, способствующим развитию ожирения, после воздействия антибиотиков в раннем возрасте, причем с возрастом наблюдается усиление этого эффекта у детей от матерей с нормальным весом по сравнению с матерями с избыточным весом. В другом большом исследовании наблюдались около 11 500 детей, родившихся в Соединенном Королевстве в 1991–1992 гг., которые получали антибиотики до 6 мес. Установлено, что они имели больший риск развития ожирения в возрасте 38 мес. (отношение шансов 1,22) [16].
   В исследованиях с канадскими младенцами антибиотики, вводимые в первый год жизни, увеличивали вероятность того, что ребенок будет иметь избыточный вес в возрасте 9 и 12 лет, а также высокое центральное ожирение (маркер метаболического синдрома) [55]. Эти эффекты наблюдались после коррекции других факторов, которые влияют на вес тела, таких как диета, физическая активность и курение матерей во время беременности. Проявился выраженный половой диморфизм, эффект был сильнее у детей мужского пола. Продольное исследование в США с 2001 по 2009 г. с участием 65 480 детей из Филадельфии также показало связь между антибиотиками, применяемыми в первый год жизни, и ожирением в детском возрасте, которое было выражено значительно сильнее, если пациент получил несколько курсов антибиотикотерапии в период с 0 до 23 мес. Поскольку распространенные детские инфекции были наиболее частыми диагнозами, связанными с назначением антибиотиков широкого спектра действия, сужение выбора антибиотиков потенциально может быть управляемым фактором риска формирования ожирения у детей [56]. Примечательно, что эти эффекты имели сильную корреляцию с использованием антибиотиков широкого спектра, но не с антибиотиками с узким спектром.
    В глобальном кросс-секционном исследовании выявлено, что применение антибиотиков в течение первого года жизни влияет на массу тела у детей, а изменения в обоих направлениях (увеличение или уменьшение) зависят от места проживания, которое ассоциировалось с повышенным риском избыточного веса в возрасте 5–8 лет у мальчиков [57]. В том же исследовании увеличение массы тела или снижение веса у девочек зависело от места проживания, однако в целом у этих участников не наблюдалось статистически значимых эффектов. Все эти эпидемиологические исследования свидетельствуют о том, что воздействие антибиотиков в течение первого года жизни может увеличить риск формирования ожирения в будущем. Гендерная специфика этих эффектов пока изучается [58].
   Формирование нормальной кишечной микрофлоры 
младенца зависит от вертикальной передачи бактерий от матери во время родов; таким образом, применение антибиотиков матерью во время беременности или нарушения в родах также могут повлиять на формирование нормального микробного пейзажа у ребенка и последующее увеличение его веса. Изучение 436 пар мать — ребенок обнаружило повышение риска ожирения на 84% (33–154%) в возрасте 7 лет, если мать получала антибиотики во II или III триместре беременности [59]. В нескольких независимых исследованиях было выявлено, что повышенный риск ожирения или избыточного веса был связан с родоразрешением путем кесарева сечения [17, 18]. Независимо от пренатального применения матерью антибиотиков и других факторов у детей, рожденных путем кесарева сечения, риск ожирения был на 46% выше, чем у детей, рожденных естественным путем [60]. Эти исследования свидетельствуют о том, что передача материнской нормальной микрофлоры, вероятно, является значимым фактором, который формирует метаболическое развитие у детей.

   Влияние антибиотиков на микробиоту взрослых

    По результатам 10-месячного проспективного экспериментального исследования 3 взрослых пациентов, получивших два курса ципрофлоксацина, установлено, что микробиота кишечника быстро изменялась на фоне воздействия антимикробного препарата. Состав микробиоты стабилизировался через 10 мес., но в измененном состоянии [61].
    Французские исследователи наблюдали 48 взрослых пациентов с диагнозом «бактериальный эндокардит» (БЭ), получавших антибиотики, которых сравнивали с 48 людьми сопоставимого пола и возраста без БЭ. Их ИМТ определялся за 1 мес. до первых симптомов БЭ и через 1 год после выписки из больницы. ИМТ значительно увеличился у пациентов, получавших ванкомицин + гентамицин (В+Г) (p=0,03), но не в контрольной группе или у пациентов, получавших другие антибиотики. У 17 пациентов отмечали увеличение ИМТ ≥10%, а у 5 из группы антибиотиков В+Г развилось ожирение. Лечение В+Г было независимым предиктором увеличения ИМТ ≥10% (p=0,02). Увеличение веса было особенно выраженным после 6-недельного внутривенного лечения В+Г БЭ у мужчин старше 65 лет, которые не подверглись кардиохирургическому вмешательству [62].
    Механизм, с помощью которого антибактериальные агенты увеличивают показатели роста и веса, недостаточно известен, но было предложено несколько гипотез [63]:
    питательные вещества эффективнее усваиваются из-за более тонкого кишечного эпителия и нарушения его проницаемости;
    питательные вещества сохраняются из-за сокращения конкурирующих микроорганизмов;
    уменьшаются или устраняются микроорганизмы, ответственные за субклинические инфекции;
    снижается количество бактерий, стимулирующих рост токсинов и метаболитов;
    изменяется активность бактериальных ферментов, которые улучшают эффективность    метаболизма продуктов питания.
    Таким образом, появляется все больше доказательств роли микроорганизмов кишечника в отношении преобразования энергии питательных веществ [64] и их последствий для ожирения.

    Антибиотики в сельском хозяйстве

    Нарушения микрофлоры кишечника происходят не только из-за лечения антибиотиками. Препараты накапливаются в мясе животных и птицы, которое мы употребляем в пищу. Антибиотики широко используются в качестве стимуляторов роста в сельском хозяйстве. В 1940-х гг. использование Streptomyces aureofaciens способствовало увеличению веса у животных, что привело к открытию хлортетрациклина. Тетрациклины, макролиды, авопарцин и пенициллины обычно используются в животноводстве для ускорения роста за счет увеличения потребления пищи, увеличения веса и улучшения состояния здоровья стада [65]. Авопарцин, гликопептид, структурно связанный с ванкомицином, широко использовался в Европе в качестве стимулятора роста с начала 1970-х гг. до недавнего запрета из-за появления резистентных к ванкомицину энтерококков [66]. Было показано, что этот антибиотик улучшает эффективность корма и увеличивает вес у животных [67]. Как следствие, в мясе обнаруживаются ванкомицинрезистентные энтерококки, которые стали выделяться при инфекциях у людей. В связи с этим в настоящее время Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) рекомендует максимально снизить применение антибиотиков в животноводстве. Однако только в Евросоюзе прислушались к ее советам. США, Китай и Россия продолжают активно скармливать их животным, а заодно и конечным потребителям. Только с 2005 по 2009 г. российский рынок антибиотиков вырос в 2,3 раза [68]. В результате мы можем получить мясо, молоко и другие продукты с наличием в них антибиотиков в количестве, превышающем допустимые санитарные нормы. Наличие их в продуктах маркируется как пищевые добавки Е700–Е800. Например, молоко и мясо могут содержать, согласно нормам, до 100 мкг на 1 кг продукта тетрациклина — антибиотика широкого спектра действия. Это означает, что человек, выпивающий 2 стакана молока в день, употребляет около 50 мкг тетрациклина ежедневно. Это немного, но необходимо учитывать, что многие пьют молоко каждый день на протяжении всей жизни.
    Особенно опасно использование одних и тех же антибиотиков в животноводстве и в медицине, т. к. это способствует возникновению устойчивых к антибиотикам бактериальных штаммов, которые отрицательно влияют на здоровье человека, что является давней проблемой во многих странах. В США 80% от всего количества выпускаемых антибиотиков шло на нужды животноводства, причем около 60% из них — это те же наименования, которые используются и в медицине. Их применение запрещено с 1 января 2017 г. [69]. Кроме того, в новых исследованиях изучался вопрос о том, существуют ли прямые метаболические эффекты в результате потребления человеком загрязненных продуктов [70–72]. Примерно 70 лет назад ученые-ветеринары показали, что добавление низких (субтерапевтических) доз антибиотиков к корму или воде для домашнего скота привело к стимулированию его роста [73]. Этот эффект впоследствии был продемонстрирован у основных видов домашних млекопитающих (коров, свиней и овец) и домашней птицы [74]. Данный эффект наблюдался у различных антимикробных агентов, независимо от класса лекарственных средств (антибиотик или антисептик), химической структуры, способа действия и спектра активности [75, 76].
    Больше всего антибиотиков накапливается в свинине, несколько меньше — в курятине и еще меньше — в говядине. Кроме того, в фермерских креветках и рыбе, в частности в лососе, отмечается высокий уровень антибиотиков, потому что они необходимы для профилактики заболеваний. Даже органические овощи содержат в себе антибиотики, потому что в них концентрируется около 75% антибиотиков, получаемых домашними животными, — их навоз используется для удобрения земли [77]. Важно отметить, что животных кормят антибиотиками на ранней стадии жизни, потому что в этот период стимулирование роста и эффективность корма (способность превращать калории пищи в массу тела) выше, чем при применении антибиотиков в старшем возрасте [75, 78]. Эффекты, связанные с возрастом, согласуются с концепцией критического периода формирования метаболизма хозяина, причем в раннем возрасте способность подвергаться изменениям выше, чем в старшем. По оценкам специалистов, использование антибиотиков для домашних животных увеличится на 67% к 2030 г., т. к. спрос на белок растет во всем мире. В Китае, Индии, Бразилии и России ожидается, что использование антибиотиков увеличится на 99% — намного больше, чем прирост населения этих стран. Многие из этих продуктов будут экспортироваться [77].

    Коррекция дисбиоза

    Как же профилактировать и корректировать нарушения метаболизма, ассоциированные с воздействием антибиотиков на организм человека на разных этапах его жизни? Ожирение у людей связано с дисбиотическим сдвигом в фекальной микробиоте, а также с низким содержанием бифидобактерий [79]. С другой стороны, ограничение энергии и потеря веса связаны с повышенным содержанием бактерий [80]. Измененная микробиота в кишечнике субъектов с ожирением, по-видимому, эффективнее «усваивает» энергию из рациона и может способствовать дальнейшему увеличению веса [81]. Следовательно, микробиота кишечника является потенциально изменяемой мишенью для профилактики и/или лечения ожирения.
    Пробиотики (в основном бифидобактерии и лактобациллы) попадают в толстую кишку человека, где они участвуют в таких процессах, как модулирование микрофлоры толстой кишки, иммуногенные реакции и метаболические процессы. Пробиотики могут профилактировать инфекционные заболевания, снижать уровень холестерина, стимулировать синтез витаминов и цитокинов, ингибировать канцерогенез. Безопасность и эффективность определенных штаммов в контексте этих свойств должны быть научно доказаны для того, чтобы считать их пробиотиком. Сочетание пребиотиков и пробиотических бактерий образует синбиотики, которые могут обладать еще большими преимуществами, чем пробиотики или пребиотики в отдельности [82].
    Введение жизнеспособных штаммов бактерий (пробиотиков) в качестве способа влияния на экосистему кишечника в целях снижения веса сегодня достаточно серьезно изучается [83]. Ряд исследований показывают, что пробиотики могут влиять на функцию различных видов бактерий в кишечнике [84, 85], в нескольких недавних исследованиях было обнаружено, что пробиотические добавки могут способствовать снижению веса [86].

     Влияние пробиотиков на динамику массы телаQ

.     Zhang et al. опубликовали метаанализ 19 исследований, который показал снижение ИМТ на 0,49 кг/м2 (p<0,01) и снижение массы тела на 0,54 кг (р<0,01) по сравнению с контрольными группами. Пробиотические виды и используемые дозы варьировали в разных исследованиях. В 8 испытаниях использовали отдельные виды пробиотиков, а в остальных применяли более одного вида пробиотиков. Общая суточная доза потребления пробиотиков варьировала от 106 колониеобразующих единиц (КОЕ) до 1012 КОЕ. Продолжительность испытаний составляла от 3 до 24 нед. (в среднем 8,76 нед.). Метаанализ продемонстрировал, что пробиотики могут быть более эффективными в уменьшении ИМТ у людей с избыточным весом или ожирением, чем у людей с нормальным ИМТ. Исследование также показало больший эффект от потребления нескольких, а не отдельных видов пробиотиков [87].
    H. Borgeraas et al. провели еще один метаанализ 15 последних исследований по оценке результатов применения пробиотиков пациентами с избыточным весом и ожирением. Две трети (n=10) исследований включали один вид пробиотика, а остальные исследования (n=5) — два или несколько видов пробиотиков. Суточная доза пробиотиков варьировала от 1,0×109 до 4,8×1011 КОЕ, а длительность испытаний составляла от 3 до 12 нед. (медиана — 8 нед.). Установлено, что пробиотические добавки уменьшают массу тела (масса тела [95% ДИ], -0,60 [-1,19, -0,01] кг), ИМТ (-0,27 [-0,45, -0,08] кг/м2) и процентное содержание жира (-0,60 [-1,20, -0,01] %), но несущественно. Пробиотические добавки также уменьшали массу жировых отложений, хотя и незначительно (масса тела -0,42 [-1,08, 0,23] кг) [88].
    В многоцентровом двойном слепом рандомизированном плацебо-контролируемом клиническом интервенционном исследовании 87 пациентов с высоким ИМТ (24,2–30,7 кг/м2) и увеличением области брюшного висцерального жира (81,2–178,5 см2) были рандомизированы для приема либо ферментированного молока (FM), содержащего LG2055 (активный FM, n=43), либо FM без LG2055 (контроль FM; n=44). Испытуемые потребляли 200 г/сут FM в течение 12 нед. В активной группе FM область брюшного висцерального и подкожного жира значительно (р<0,01) уменьшалась по сравнению с исходным уровнем в среднем от 4,6 до 3,3%. Вес тела и другие параметры также уменьшились (р<0,001): вес тела — на 1,4%, ИМТ — на 1,5%, объем талии — на 1,8%, бедер — на 1,5%. Ни один из этих параметров статистически значимо не уменьшился в контрольной группе [89].
    Таким образом, антибиотики уменьшают разнообразие кишечной микрофлоры. Они снижают популяцию основных бактерий, живущих в кишечнике, что способствует разрастанию условно-патогенных, патогенных бактерий и грибов. Также использование антибиотиков может индуцировать у людей избыточный вес и ожирение. Пробиотики являются «противоядием» антибиотикотерапии, и это утверждение имеет под собой научную и практическую основу.
    В России зарегистрировано большое количество пробиотических продуктов в разных формах — лекарственных препаратов, БАДов, продуктов питания. Для терапии различных описанных выше заболеваний можно рекомендовать Максилак®.

    Синбиотик Максилак®


    Максилак® (Genexo Sp. z.o.o., Польша) — синбиотик, который содержит 9 культур кишечных бактерий в концентрации 4,5×109 КОЕ. Сегодня это самый высокодозированный пробиотический продукт в России. Содержащиеся в его составе лактобактерии подавляют рост патогенной микрофлоры, перерабатывают лактозу до простых сахаров, что полезно для лиц с лактазной ферментной недостаточностью, непереносимостью молока и молочных продуктов. Бифидобактерии, которые также входят в состав синбиотика Максилак®, поддерживают нормальные процессы пристеночного пищеварения, подавляют рост патогенной микрофлоры, способствуют стимулированию иммунитета, снижению рН пищевой массы. Пребиотик олигофруктоза стимулирует быстрое размножение полезных бактерий и тормозит развитие болезнетворных бактерий внешнего происхождения, уменьшает загрязнение кишечника токсинами и улучшает его работу, стимулирует перистальтику, служит для профилактики запоров и диареи.
   Благодаря применению инновационной технологии производства MURE® (Multi Resistant Encapsulation) бактерии, присутствующие в синбиотике Максилак®, защищены от кислого содержимого желудочного сока, солей желчи и пищеварительных ферментов. Такая защита позволяет им адаптироваться и прижиться в просвете кишечника, сохранив высокую биологическую активность. Более того, благодаря данной технологии большая часть пробиотических бактерий попадает в кишечник, а не инактивируется в желудке, что положительно сказывается на восстановлении кишечной микрофлоры, т. к. концентрация колоний микроорганизмов возрастает на пути от желудка к толстой кишке, достигая там своего максимума. Таким образом, лакто- и бифидобактерии попадают к очагу заболевания, где и начинают проявлять свое действие.
   Авторы статьи провели микробиологическое исследование содержимого капсул Максилак®. Содержимое капсулы было посеяно на тиогликолевую среду. После культивирования при 37 °С в течение 24 ч отмечали бурный рост микроорганизмов, который характеризовался диффузным помутнением и образованием придонного осадка. Из среды был сделан мазок, окрашен по Граму. При микроскопическом изучении мазка по Граму установлено наличие 3 морфотипов грамположительных бактерий: крупных, толстых плейоморфных палочек с закругленными концами, расположенных в виде «иероглифов», V-образно и короткими цепочками (предположительно род Bifidobacterium); тонких слегка изогнутых палочек, расположенных одиночно или короткими цепочками (предположительно род Lactobacillus); а также правильной шаровидной формы кокков, расположенных короткими цепочками и скоплениями (предположительно род Streptococcus). Посторонних морфотипов бактерий в составе препарата выявлено не было.
    При бактериологическом контроле контаминации препарата установлено отсутствие роста на среде Эндо, питательном агаре с 9% хлоридом натрия и на среде Сабуро, 
т. е. препарат характеризовался отсутствием посторонней микрофлоры (кишечных палочек, грибов, стафилококков). Для определения содержания количества микроорганизмов в каждой капсуле использовали метод разведений. В 1 дозе препарата содержится 20×1010 КОЕ бактерий, т. е. не меньше заявляемого производителем количества. При этом высокая концентрация бактерий in vitro (в 6 раз выше, чем указано в документации), вероятно, обусловлена стимулирующим действием олигофруктозы. В целом адгезивная способность была хорошей, т. к. индекс адгезии равен 3,61.
    Далее было проведено определение чувствительности к антибиотикам всего консорциума бактерий, без выделения чистых культур. Установлено, что бактерии были резистентны к следующим антибиотикам: имипенему, цефтазидиму, цефазолину, амоксициллину, офлоксацину. Консорциум бактерий был чувствителен к ципрофлоксацину, левофлоксацину, спарфлоксацину, рокситромицину, меропенему, гентамицину, амикацину.
    Таким образом, Максилак® характеризуется следующими микробиологическими признаками: содержание бактерий в 1 дозе препарата составило не менее 20×109 КОЕ/г, консорциум включает микроорганизмы родов Bifidobacterium, Lactobacillus, Streptococcus. Консорциум бактерий обладал устойчивостью к антибиотикам группы β-лактамов (имипенему, цефтазидиму, цефазолину, амоксициллину) и офлоксацину, что позволяет назначать Максилак® во время приема соответствующих антибиотиков.

    Заключение

    Если антибиотики делают людей тучными, то пробиотики могут помочь избежать этого. Антибиотики являются нужными и потенциально жизненно важными лекарствами, которые значительно снижают смертность и заболеваемость людей. Сегодня мы получаем четкое представление о том, как эти бактериомодулирующие агенты могут способствовать ожирению. С учетом затрат на устранение осложнений и связанных с этим методов лечения необходимо разумное использование антибиотиков. А все курсы антибиотикотерапии — у беременных женщин, новорожденных младенцев, детей разного возраста и взрослых пациентов — необходимо сопровождать приемом пробиотиков. В настоящее время в этой области ведется множество исследований, и особенно важно определить конкретные виды и штаммы пробиотиков, которые являются наиболее эффективными в каждой конкретной ситуации.
    Пробиотики не только профилактируют и лечат антибиотик-ассоциированную диарею, но и способствуют снижению веса и уменьшают ИМТ, они могут помочь улучшить иммунитет, предотвратить простудные и атопические заболевания, уменьшить стресс и тревогу, улучшить когнитивные возможности у пациентов с болезнью Альцгеймера, способствовать восстановлению после травмы, минимизировать осложнения заболеваний печени, регулировать артериальное давление, снизить уровень гликемии при диабете и многих других заболеваниях. Максилак® может быть препаратом выбора при всех вышеописанных заболеваниях — как для их профилактики, так и для лечения.
Зарегистрируйтесь сейчас и получите доступ к полезным сервисам:
  • Загрузка полнотекстовых версий журналов (PDF)
  • Медицинские калькуляторы
  • Список избранных статей по Вашей специальности
  • Видеоконференции и многое другое

С нами уже 50 000 врачей из различных областей.
Присоединяйтесь!
Если Вы врач, ответьте на вопрос:
Дисфагия это:
Нажимая зарегистрироваться я даю согласие на обработку моих персональных данных
Зарегистрироваться
Если Вы уже зарегистрированы на сайте, введите свои данные:
Войти
Забыли пароль?
Забыли пароль?
Литература
1. Ng M., Fleming T., Robinson M. et al. Global, regional and national prevalence of overweight and obesity in children and adults 1980–2013: a systematic analysis // Lancet (London, England). 2014. Vol. 384(9945). P. 766–781.
2. Collaboration NCDRF. Trends in adult body‐mass index in 200 countries from 1975 to 2014: a pooled analysis of 1698 population‐based measurement studies with 19.2 million participants // Lancet. 2016. Vol. 387(10026). P. 1377–1396.
3. Tremaroli V., Backhed F. Functional interactions between the gut microbiota and host metabolism // Nature. 2012. Vol. 489(7415). P. 242–249.
4. Ley R.E., Backhed F., Turnbaugh P. et al. Obesity alters gut microbial ecology // Proc Natl Acad Sci USA. 2005. Vol. 102(31). P. 11070–11075.
5. Плотникова Е.Ю., Краснов О.А. Метаболический синдром и кишечная микрофлора; что общего? // Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2015. № 112 (12). С. 64–73 [Plotnikova E.Ju., Krasnov O.A. Metabolicheskij sindrom i kishechnaja mikroflora; chto obshhego? // Jeksperimental’naja i klinicheskaja gastrojenterologija. 2015. № 112 (12). S. 64–73 (in Russian)].
6. Nieuwdorp M., Gilijamse P.W., Pai N., Kaplan L.M. Role of the microbiome in energy regulation and metabolism // Gastroenterology. 2014. Vol. 146(6). P. 1525–1533.
7. Cani P.D., Lecourt E., Dewulf E.M. et al. Gut microbiota fermentation of prebiotics increases satietogenic and incretin gut peptide production with consequences for appetite sensation and glucose response after a meal // Am J Clin Nutr. 2009. Vol. 90(5). P. 1236–1243.
8. Sayin S.I., Wahlstrom A., Felin J. et al. Gut microbiota regulates bile acid metabolism by reducing the levels of tauro‐beta‐muricholic acid, a naturally occurring FXR antagonis // Cell Metab. 2013. Vol. 17(2). P. 225–235.
9. Watanabe M., Morimoto K., Houten S.M. et al. Bile acid binding resin improves metabolic control through the induction of energy expenditure // PLoS One. 2012. Vol. 7(8). Р. e38286. DOI: [10.1371/journal.pone.0038286].
10. Гриневич В.Б., Сас Е.И. Физиологические эффекты желчных кислот // РМЖ. Медицинское обозрение. 2017. № 2. C. 87–91 [Grinevich V.B., Sas Ye.I. Fiziologicheskiye effekty zhelchnykh kislot // RMZH. Meditsinskoye obozreniye. 2017. № 2. C. 87–91 (in Russian)].
11. Alcock J., Maley C.C., Aktipis C.A. Is eating behavior manipulated by the gastrointestinal microbiota? Evolutionary pressures and potential mechanisms // Bioessays. 2014. Vol. 36(10). P. 940–949.
12. Missing microbes: How the overuse of antibiotics is fueling our modern plagues / ed. by Blaser M.J. Henry Holt and Company, LLC, New York, NY, USA, 2014. 288 р.
13. Cho I., Yamanishi S., Cox L. et al. Antibiotics in early life alter the murine colonic microbiome and adiposity // Nature. 2012. Vol. 488. P. 621–626.
14. Dominguez-Bello M.G., Blaser M.J., Ley R.E., Knight R. Development of the Human Gastrointestinal Microbiota and Insights From High-Throughput Sequencing // Gastroenterology. 2011. Vol. 140. P. 1713–1719.
15. Blaser M.J., Falkow S. What are the consequences of the disappearing human microbiota? // Nat Rev Micro. 2009. Vol. 7. P. 887–894.
16. Trasande L., Blustein J., Liu M. et al. Infant antibiotic exposures and early-life body mass // Int J Obes. 2013. Vol. 37. P. 16–23.
17. Blustein J., Attina T., Liu M. et al. Association of caesarean delivery with child adiposity from age 6 weeks to 15 years // Int J Obes. 2013. Vol. 37. Р. 900–906.
18. Huh S.Y., Rifas-Shiman S.L., Zera C.A. et al. Delivery by caesarean section and risk of obesity in preschool age children: a prospective cohort study // Arch Dis Childhood. 2012 . Vol. 97. P. 610–616.
19. Coates M.E., Fuller R., Harrison G.F. et al. A comparison of the growth of chicks in the Gustafsson germ-free apparatus and in a conventional environment, with and without dietary supplements of penicillin // Br J Nutr. 1963. Vol. 17. P. 141–150.
20. Dethlefsen L., Huse S., Sogin M.L., Relman DA. The pervasive effects of an antibiotic on the human gut microbiota, as revealed by deep 16S rRNA sequencing // PLoS Biol. 2008. Vol. 6.e280. DOI: 10.1371/journal.pbio.0060280.
21. Dethlefsen L., McFall-Ngai M., Relman D.A. An ecological and evolutionary perspective on human-microbe mutualism and disease // Nature. 2007. Vol. 449. P. 811–818.
22. Sullivan A., Edlund C., Nord C.E. Effect of antimicrobial agents on the ecological balance of human microflora // Lancet Infect Dis. 2001. Vol. 1. P. 101–114.
23. Beaugerie L., Petit J.C. Microbial-gut interactions in health and disease. Antibiotic-associated diarrhoea// Best Pract Res Clin Gastroenterol. 2004. Vol. 18. P. 337–352.
24. Wilcox M.H. Gastrointestinal disorders and the critically ill. Clostridium difficile infection and pseudomembranous colitis // Best Pract Res Clin Gastroenterol. 2003. Vol. 17. P. 475–493.
25. Marra F., Lynd L., Coombes M. et al. Does antibiotic exposure during infancy lead to development of asthma: a systematic review and metaanalysis // Chest. 2006. Vol. 129. P. 610–618.
26. Noverr M.C., Huffnagle G.B. The ‘microflora hypothesis’ of allergic diseases // Clin Exp Allergy. 2005. Vol. 35. P. 1511–1520.
27. Prioult G., Nagler-Anderson C. Mucosal immunity and allergic responses: lack of regulation and/or lack of microbial stimulation // Immunol Rev. 2005. Vol. 206. P. 204–218.
28. Nicholson J.K., Holmes E., Wilson I.D. Gut microorganisms, mammalian metabolism and personalized health care // Nat Rev Microbiol. 2005. Vol. 3. P. 431–438.
29. O’Keefe S.J., Chung D., Mahmoud N. et al. Why do African Americans get more colon cancer than Native Africans // J Nutr. 2007. Vol. 137. P. 175–182.
30. McGarr S.E., Ridlon J.M., Hylemon P.B. Diet, anaerobic bacterial metabolism, and colon cancer: a review of the literature // J Clin Gastroenterol. 2005. Vol. 39. P. 98–109.
31. Ley R.E., Backhed F., Turnbaugh P. et al. Obesity alters gut microbial ecology // Proc Natl Acad Sci USA. 2005. Vol. 102. P. 11070–11075.
32. Bäckhed F., Ding H., Wang T. et al. The gut microbiota as an environmental factor that regulates fat storage // Proc Natl Acad Sci USA. 2004. Vol. 101. P. 15718–15723.
33. Stewart C.S., Duncan S.H., Cave D.R. Oxalobacter formigenes and its role in oxalate metabolism in the human gut // FEMS Microbiol Lett. 2004. Vol. 230. P. 1–7.
34. Lofmark S., Jernberg C., Billstrom H. et al. Restored fitness leads to long-term persistence of resistant Bacteroides strains in the human intestine // Anaerobe. 2008. Vol. 14. P. 157–160.
35. Sjolund M., Wreiber K., Andersson D.I. et al. Long-term persistence of resistant Enterococcus species after antibiotics to eradicate Helicobacter pylori // Ann Intern Med. 2003. Vol. 139. P. 483–487.
36. Bäckhed F., Ley R.E., Sonnenburg J.L. et al. Host-bacterial mutualism in the human intestine // Science. 2005. Vol. 307. P. 1915–1920.
37. Parikh N.I., Pencina M.J., Wang T.J. et al. Increasing trends in incidence of overweight and obesity over 5 decades // Am J Med. 2007. Vol. 120(3). P. 242–250.
38. Food Politics: How the Food Industry Influences Nutrition and Health / ed. by Nestle M. Berkeley: U of California, 2002. 457 р.
39. Finkelstein E.A., Graham W.C., Malhotra R. Lifetime Direct Medical Costs of Childhood Obesity // Pediatrics. 2014. Vol. 133. P. 1–9.
40. Hayes A., Chevalier A., D’Souza M. et al. Early childhood obesity: Association with healthcare expenditure in Australia. Obesity, 2016. Vol. 24(8). P. 1752–1758.
41. Moriarty J.P., Branda M.E., Olsen K.D. et al. The effects of incremental costs of smoking and obesity on health care costs among adults: a 7-year longitudinal study // J Occup Environ Med. 2012. Vol. 54 (3). P. 286–291.
42. Broe A., Pottegård A., Lamont R.F. et al. Increasing use of antibiotics in pregnancy during the period 2000-2010: prevalence, timing, category, and demographics // BJOG. 2014. Vol. 121. P. 988–996.
43. Vidal A.C., Murphy S.K., Murtha A.P. et al. Associations between antibiotic exposure during pregnancy, birth weight and aberrant methylation at imprinted genes among offspring // Int J Obes. 2013. Vol. 37. P. 907–913.
44. Jepsen P.,  Skriver M.V., Floyd A. et al. A population-based study of maternal use of amoxicillin and pregnancy outcome in Denmark // Br J Clin Pharmacol. 2003. Vol. 55. P. 216–221.
45. Hicks L.A., Taylor T.H., Hunkler R.J. U.S. Outpatient Antibiotic Prescribing, 2010 // New Engl J Med. 2013. Vol. 368. P. 1461–1462.
46. McCaig L.F., Besser R.E., Hughes J.M. Trends in antimicrobial prescribing rates for children and adolescents // JAMA: The Journal of the American Medical Association. 2002. Vol. 287 .P. 3096–3102.
47. Grijalva C.G., Nuorti J., Griffin M.R. Antibiotic prescription rates for acute respiratory tract infections in us ambulatory settings // JAMA. 2009. Vol. 302. P. 758–766.
48. Blaser M.J. Antibiotics and obesity with Martin Blaser [Электронный ресурс]. URL: https://www.amnh.org/explore/science-topics/health-and-our-microbiome/meet-your-microbiome. (Дата обращения: 03.05.2018).
49. Ternhag A., Hellman J. More on U.S. Outpatient Antibiotic Prescribing, 2010 // New Engl J Med. 2013. Vol. 369. P. 1175–1176.
50. Hersh A.L., Jackson M.A., Hicks L.A. et al. Principles of Judicious Antibiotic Prescribing for Upper Respiratory Tract Infections in Pediatrics // Pediatrics. 2013. Vol. 132. P. 1146–1154.
51. Fridkin S., Baggs J., Fagan R. et al. Vital signs: improving antibiotic use among hospitalized patients // MMWR Morb Mortal Wkly Rep. 2014. Vol. 63. P. 194–200.
52. Lee G.C., Reveles K.R., Attridge R.T. et al. Outpatient antibiotic prescribing in the United States: 2000 to 2010 // BMC medicine. 2014. Vol. 12. P. 96.
53. Gerber J.S. Prasad P.A., Russell Localio A. et al. Variation in Antibiotic Prescribing Across a Pediatric Primary Care Network // J Pediatric Infect Dis Soc. 2015 . Vol. 4(4). P. 297–304.
54. Ajslev T.A., Andersen C.S., Gamborg M. et al. Childhood overweight after establishment of the gut microbiota: the role of delivery mode, pre-pregnancy weight and early administration of antibiotics // Int J Obes. 2011. Vol. 35. P. 522–529.
55. Azad M.B., Bridgman S.L., Becker A.B., Kozyrskyj A.L. Infant antibiotic exposure and the development of childhood overweight and central adiposity // Int J Obes (Lond). 2014. Vol. 38(10). P. 1290–1298.
56. Bailey L.C., Forrest C.B., Zhang .P et al. Association of Antibiotics in Infancy With Early Childhood Obesity // JAMA Pediatr. 2014. Vol. 168(11). P. 1063–1069.
57. Murphy R.,  Stewart A.W., Braithwaite I. et al. Antibiotic treatment during infancy and increased body mass index in boys: an international cross-sectional study // Int J Obes. 2013. Vol. 38. P. 115–119.
58. Cox L.M., Blaser M.J. Antibiotics in early life and obesity // Nat Rev Endocrinol. 2015. Vol. 11(3). P. 182–190.
59. Hooper L.V., Littman D.R., Macpherson A.J. Interactions between the microbiota and the immune system // Science. 2012. Vol. 336. P. 1268–1273.
60. Mueller N.T., Whyatt R., Hoepner L. et al. Prenatal exposure to antibiotics, cesarean section and risk of childhood obesity // Int J Obes (Lond). 2015. Vol. 39(4). P. 665–670.
61. Dethlefsen L., Relman D.A. Incomplete recovery and individualized responses of the human distal gut microbiota to repeated antibiotic perturbation // Proc Natl Acad Sci U S A. 2011. Vol. 108 (Suppl. 1). P. 4554–6110.
62. Thuny F., Richet H., Casalta J.P. et al. Vancomycin Treatment of Infective Endocarditis Is Linked with Recently Acquired Obesity // PLoS One. 2010. Vol. 5(2). e9074. DOI: 10.1371/journal.pone.0009074.
63. Feighner S.D., Dashkevicz M.P. Subtherapeutic levels of antibiotics in poultry feeds and their effects on weight gain, feed efficiency, and bacterial cholyltaurine hydrolase activity // Appl Environ Microbiol. 1987. Vol. 53. P. 331–336.
64. Backhed F., Ding H., Wang T. et al. The gut microbiota as an environmental factor that regulates fat storage // Proc Natl Acad Sci USA. 2004. Vol. 101. P. 15718–15723.
65. Angelakis E. Weight gain by gut microbiota manipulation in productive animals // Microb Pathog. 2017. Vol. 106. P. 162–170.
66. Acar J., Casewell M., Freeman J. et al. Avoparcin and virginiamycin as animal growth promoters: a plea for science in decision-making // Clin Microbiol Infect. 2000. Vol. 6. P. 477–482.
67. Dyer I.A., Koes R.M., Herlugson M.L. et al. Effect of avoparcin and monensin on performance of finishing heifers // J Anim Sci. 1980. Vol. 51. P. 843–846.
68. Война миров: антибиотики в сельском хозяйстве [Voyna mirov: antibiotiki v sel’skom khozyaystve (in Russian)] [Электронный ресурс]. URL: http://www.dairynews.ru/dairyfarm/voyna-mirov-antibiotiki-v-selskom-khozyaystve.html. (Дата обращения: 03.05.2018).
69. Marshall B.M., Levy S.B. Food Animals and Antimicrobials: Impacts on Human Health // Clin Microbiol Rev. 2011. Vol. 24. P. 718–733.
70. Donoghue D.J. Antibiotic residues in poultry tissues and eggs: human health concerns? // Poultry Sci. 2003. Vol. 82. P. 618–621.
71. Ternak G. Antibiotics may act as growth/obesity promoters in humans as an inadvertent result of antibiotic pollution? // Medical Hypotheses. 2005. Vol. 64. P. 14–16.
72. Riley L.W. Raphael E., Faerstein E. Obesity in the United States — dysbiosis from exposure to low-dose antibiotics? // Front Public Health. 2013. Vol. 1. P. 69.
73. Taylor J.H., Gordon W.S. Growth-promoting activity for pigs of inactivated penicillin // Nature. 1955. Vol. 176. P. 312–313.
74. Jukes T.H., Williams W.L. Nutritional effects of antibiotics // Pharmacol Rev. 1953. Vol. 5. P. 381–420.
75. Gaskins H., Collier C., Anderson D. Antibiotics as growth promotants: mode of action // Anim Biotechnol. 2002. Vol. 13. P. 29–42.
76. Butaye P., Devriese L., Haesebrouck F. Antimicrobial growth promoters used in animal feed: effects of less well known antibiotics on gram-positive bacteria // Clin Microbiol Rev. 2003. Vol. 16. P. 175–188.
77. Van Boeckel Т.Р., Brower С., Gilbert М. et al. Global trends in antimicrobial use in food animals // Proc Natl Acad Sci USA. 2015. Vol. 112(18). P. 5649–5654.
78. Muir L.A. Mode of action of exogenous substances on animal growth–an overview // Journal of animal science. 1985. Vol. 61. P. 154–180.
79. Le Chatelier E., Nielsen T., Qin J. et al. Richness of human gut microbiome correlates with metabolic markers // Nature. 2013. Vol. 500 (7464). P. 541–546.
80. Cotillard A., Kennedy S.P., Kong L.C. et al. Dietary intervention impact on gut microbial gene richness // Nature. 2013. Vol. 500(7464). Р. 585–588.
81. Turnbaugh P.J., Ley R.E., Mahowald M.A. et al. An obesity‐associated gut microbiome with increased capacity for energy harvest // Nature. 2006. Vol. 444(7122). P. 1027–1031.
82. He M., Shi B. Gut microbiota as a potential target of metabolic syndrome: the role of probiotics and prebiotics // Cell Biosci. 2017. Vol. 7. P. 54.
83. Sanders M.E. Probiotics and microbiota composition // BMC Med. 2016. Vol. 14(1). P. 82.
84. Eloe‐Fadrosh E.A., Brady A., Crabtree J. et al. Functional dynamics of the gut microbiome in elderly people during probiotic consumption // MBio. 2015. Vol. 6(2). P. 1–12.
85. McNulty N.P., Yatsunenko T., Hsiao A. et al. The impact of a consortium of fermented milk strains on the gut microbiome of gnotobiotic mice and monozygotic twins // Sci Transl Med. 2011. Vol. 3(106). 106ra106.
86. Drissi F., Raoult D., Merhej V. Metabolic role of lactobacilli in weight modification in humans and animals // Microb Pathog. 2016. Vol. 106. P. 182–194.
87. Zhang Q., Wu Y., Fei X. Effect of probiotics on body weight and body‐mass index: a systematic review and meta‐analysis of randomized, controlled trials // Int J Food Sci Nutr. 2015. Vol. 67(5). P. 571–580.
88. Borgeraas H., Johnson L.K., Skattebu J. et al. Effects of probiotics on body weight, body mass index, fat mass and fat percentage in subjects with overweight or obesity: a systematic review and meta‐analysis of randomized controlled trials // Obes Rev. 2018. Vol. 19(2). P. 219–232.
89. Kadooka Y., Sato M., Imaizumi K. et al. Regulation of abdominal adiposity by probiotics (Lactobacillus gasseri SBT2055) in adults with obese tendencies in a randomized controlled trial // Eur J Clin Nutr. 2010. Vol. 64(6). P. 636–643.

Только для зарегистрированных пользователей

зарегистрироваться

Поделитесь статьей в социальных сетях

Порекомендуйте статью вашим коллегам

Предыдущая статья
Следующая статья

Авторизируйтесь или зарегистрируйтесь на сайте для того чтобы оставить комментарий.

зарегистрироваться авторизоваться
Наши партнеры
Boehringer
Jonson&Jonson
Verteks
Valeant
Teva
Takeda
Soteks
Shtada
Servier
Sanofi
Sandoz
Pharmstandart
Pfizer
 OTC Pharm
Lilly
KRKA
Ipsen
Gerofarm
Farmak
Egis
Зарегистрируйтесь сейчас и получите доступ к полезным сервисам:
  • Загрузка полнотекстовых версий журналов (PDF)
  • Медицинские калькуляторы
  • Список избранных статей по Вашей специальности
  • Видеоконференции и многое другое

С нами уже 50 000 врачей из различных областей.
Присоединяйтесь!
Если Вы врач, ответьте на вопрос:
Дисфагия это:
Нажимая зарегистрироваться я даю согласие на обработку моих персональных данных
Зарегистрироваться
Если Вы уже зарегистрированы на сайте, введите свои данные:
Войти
Забыли пароль?
Забыли пароль?